разрезами по обеим сторонам до самых бедер, я не готова к внушающему трепет зрелищу, когда переступаю порог бального зала замка.
С потолка свисают сотни бумажных фонариков со свечами. Их свет отражается от высоких стеклянных окон, мерцая, словно звезды опустились на землю. Струнный квартет играет красивые и странные мелодии фей. Диссонирующие звуки нот не должны сочетаться друг с другом, но они сочетаются. В воздухе витают ароматы духов присутствующих и роскошные запахи от переполненных столов с изысканными яствами.
Участники вечеринки одеты в причудливые одежды, скопированные прямо с иллюстраций «Книги бессмертных», со смещенными застежками и асимметричными подолами, которые, как и странная музыка, заставляют меня почувствовать, что я попал в другой мир. На большинстве присутствующих атласные маски на глазах или маски на палочках. Почти в каждом наряде присутствуют перья или крылья ― как часть одежды, маски или вплетенные в волосы.
Пока я стою в коридоре у входа в бальный зал, Бриджит подходит ко мне сзади и поправляет серебристые крылья из гусиного пуха, прикрепленные к моей спине. В конце концов, я ― Крылатая Леди Дюрена, причина всех этих праздничных перьев, никто не ожидал от меня меньшего, чем самый пышный наряд.
Едва заметив меня, лорд Райан прекращает разговор с человеком в пернатом плаще и направляется ко мне. На нем нет маски. Единственное его украшение ― кожаная сбруя, утыканная железными заклепками, и, как всегда, тонкие линии синей подводки. Посыл его простого одеяния ясен ― он выше моды. И это правда ― каким-то образом он выглядит самым ярким из всех присутствующих.
― Леди Сабина. ― Он склоняется, чтобы поцеловать мою руку, и его глаза задерживаются на моих под белой маской из перьев. ― Прекрасная певчая птица Дюрена, которая поет на языке природы так, как остальные могут только мечтать.
Я бы закатила глаза, если бы не была все еще ошеломлена грандиозностью вечеринки.
В нескольких шагах позади меня, в доспехах дозорного и без единого перышка, Бастен фыркает, делая вид, что прочищает горло.
Райан с улыбкой выпрямляется.
― Идем, певчая птичка. Все ждут тебя, чтобы почтить будущую леди Сорша-Холла.
Я заставляю себя улыбнуться, прекрасно понимая, что Бастен смотрит на нас. Я не могу удержаться, чтобы не бросить на него взгляд через плечо. По крайней мере, мой гнев притупляет мою нервозность. Я громко говорю, слегка наклонив голову в сторону Бастена:
― С удовольствием.
Райан ведет меня прямо в причудливую толпу. Бастен остался на краю бального зала, он ни с кем не разговаривает, не пьет вино, его глаза прикованы ко мне, он полностью сосредоточен на своей задаче. Я не удивлена, что он совсем не может расслабиться и немного развлечься. По крайней мере, пока он следит за мной издалека, я могу почти забыть о нем.
― Леди Сабина. ― Лорд Берольт, в простой черной маске на глазах, встает из-за стола Высокого Лорда, чтобы поприветствовать меня затяжным поцелуем в щеку и горячей рукой на талии. Я сглатываю отвращение. ― Пресловутая Крылатая Леди. Тебе нравится, что мы выбрали темой сегодняшнего вечера образ твоего бунтарского появления? Видишь ли, стоит избавиться от бунтарства сейчас, до свадьбы. Когда ты станешь Валверэй, мы будем ожидать от тебя такого же послушания, как и от всех других жен нашей семьи.
Неприятный привкус появляется у меня во рту. Я бы с удовольствием выплюнула его вместе с клятвой, что никогда не стану Валверэй, но заставляю себя промолчать.
― О, думаю, бунт ― идеальная тема, ― говорю я сквозь сжатые зубы.
Леди Элеонора в маске из перьев павлина, которая косо сидит на ее лице, едва смотрит на меня, больше интересуясь вином с полынью, окрашивающим ее иссохшие губы. Остальные Валверэи и вельможи за столом Верховного лорда поднимают бокалы в приветственном тосте.
Как Верховный лорд, Райан занимает тяжелое дубовое кресло во главе стола, а затем указывает в сторону украшенного золотыми лентами кресла рядом с собой.
― Садись, Сабина, ― приказывает он. Я опускаюсь в кресло, сжимаясь, как комок нервов, и с трудом пытаюсь устроиться поудобнее, прижимая костюмные крылья к спинке кресла. Я чувствую себя самозванкой. Мое кресло и кресло Райана ― это практически троны. Такие троны чрезмерны для любого, кроме короля Йорууна. Но король стар и немощен, так кто же остановит Валверэев?
Едва я опускаюсь на кресло, как целая толпа слуг в масках ставит передо мной серебряные подносы и наполняет мой хрустальный кубок.
― Осторожнее с вином, ― язвительно предупреждает Райан. ― Несколько бокалов, и к концу ночи ты будешь изрекать пророчества, как бессмертный Мейрик.
Я снова бросаю взгляд на подвыпившую леди Элеонору в ее нелепой маске ― похоже, она готова пророчествовать о пробуждении богов уже сейчас, а бал только начался.
Хотя еда восхитительна, из-за нервов все кажется безвкусным. По мере того как тянется ночь, мое сердце стучит все громче, напоминая, что мне здесь не место.
Райан встает и стучит серебряной ложечкой по своему бокалу, привлекая внимание.
― Лорды и леди Астаньона, прошу вас поднять бокал за мою прекрасную невесту. Леди Сабина доказала свою стойкость во время поездки в честь бессмертной Солены и очаровала нас яркой демонстрацией своего дара по прибытии. Нам всем повезло, что в нашем городе живет эта прославленная красавица, но никому не повезло так, как мне. ― Он преувеличенно игриво подмигивает толпе. ― Руки прочь, негодяи. Леди моя.
По толпе прокатывается вежливый смех. Я смотрю в свою тарелку, вцепившись в подлокотники так сильно, что костяшки пальцев побелели, чувствуя, что все это не может быть реальностью.
― А теперь, ― говорит Райан, поднимая свой бокал. ― С радостью объявляю, что в канун Мидтэйна я женюсь на своей невесте здесь, в Сорша-Холле, древней резиденции моей семьи. И вы все приглашены, гуляки!
― Ура, ура! ― Присутствующие поднимают бокалы за нас под бурные аплодисменты. Мне становится нехорошо. Он назначил дату нашей свадьбы? До Мидтэйна осталось чуть больше месяца. Естественно, никто не спросил моего мнения, так же, как и по поводу обручения с Райаном. Было достаточно страшно, когда я была просто помолвлена с ним;
