предложила, когда они вошли в дом.
Роман тоже поднялся с ними, видимо, всё же была необходимость всё обсудить. Оба брата были погружены в невеселые мысли и просто молча кивнули. А потом старший, пытаясь как-то поддержать, наверное, произнес:
— Я взял на себя смелость и оставил этот адрес, предполагая, что им надо знать, где ты теперь живешь. Может, остынут и нанесут визит без предупреждения, так иногда правильнее. Разговор без подготовки получается честнее.
— Спасибо.
Минут через десять Ева вернулась в гостиную с подносом, всё так же покусывая губы, чтобы не расплакаться. Чувствовала себя невозможно уязвленной, разбитой и опутанной смертоносной паутиной, из которой не выбраться.
— Что ж, это всего лишь первая попытка. Мы же не отступаем, — начал мужчина, пригубив из своей чашки. — Дадим им время переварить и снова пойдем… Мне кажется, для традиционной семьи вполне ожидаемая адекватная реакция. По крайней мере, нас вежливо выслушали и только потом указали на дверь. У тебя очень интеллигентные родители, Ева.
— Ага. И старомодные до зуда, — вставил Руслан, прижимая девушку к себе, — никаких отношений до свадьбы…
— Кстати, вы что собираетесь делать по этому поводу?..
— Я не хочу, — панически выдала девушка, покачав головой, — без них не смогу. Лучше оставить всё так, как есть. Мне ни к чему эти формальности. Брак, свадьба…
— Я бы понял, что вам не хочется торжества, но ЗАГС? Если бы не ребенок, и не стал бы задаваться этим вопросом, но
Конечно, Разумовский-старший был прав. Но…Ева не могла сказать ему правду, поэтому гнула свою линию:
— Не могу думать об этом сейчас. Да и потом…сколько пар так живут? Без оформления. Разве это так плохо?..
— У нас просто не было прецедентов. Не особо принято, понимаешь? Естественно, это не те жесткие рамки, присущие вашим традициям, но и моя семья никогда не признавала гражданские браки. Отцу было двадцать, когда он женился.
— Сколько? — изумленно подалась вперед Ева, на короткое время забыв о своих бедах.
Руслан хохотнул, и она почувствовала вибрации, прошедшие по его телу от этого гортанного звука. Роман тоже улыбнулся и как-то по-мальчишески пожал своими широкими плечами, обтянутыми тонким пиджаком поверх белоснежной рубашки.
— Иначе я рисковал появиться на свет незаконнорождённым.
В голове закрутился ворох вопросов. Всё-таки плохо, что они с Русланом так и не обсудили закрытые темы…по сути, Ева ничего не знала о его родных, как и парень — о её. Лишь пару слов.
— Говорят, на нас висит интересное проклятие, — продолжил тот, переглянувшись с братом и улыбаясь еще шире, — мужчины в роду все — однолюбы…
— Только этим я и объясняю то, как стойко дед терпел бабушку, — подхватил весело Руслан. — Леся рассказывала, что, когда мадам категорически отказалась принимать маму, папа впал в бешенство и, скажем, поступил по-своему коварно — сделал любимой ребенка без её согласия.
— Что? — тупо захлопала она ресницами, до этого неоднократно слышавшая, что девушки специально подстраивают беременность с целью привязать мужчину, но, чтобы наоборот…это нонсенс.
— Ну, Зефирка, ты ж не маленькая. Десятки способов это провернуть, особенно, когда оба влюблены.
— Понимаешь, Ева, Анастасия Ильинична не позволила бы такого пятна на своей безупречной репутации, а отец это прекрасно знал, — Роман вдруг посерьезнел, — но и отказаться от любимой женщины не мог. Нашел своеобразный выход из ситуации, уже в свои юные двадцать твердо зная, что никто ему больше не нужен. Их история была бы верхом романтизма…если бы…
— Если бы не сопровождалась кучей дерьма, — жестко перебил его младший брат.
Повисла пауза. Говорить дальше никто из двоих не решался. Оба удрученно молчали. Кажется, это была болезненная часть радужного повествования. Ева действительно отвлеклась от своих переживаний, углубившись в размышления. Это она, получается, зря грешила на возраст Руслана? Он-то по сравнению с отцом ещё опоздал где-то… Аж на целых пять лет. Но то была другая эпоха, юноши быстрее мужали, и удивляться не стоит. Но девушка всё равно удивлялась.
— А сколько было вашей маме?
— Едва исполнилось восемнадцать. Приехала поступать в Гнесинку, а попала замуж…
Звонок в дверь застал их врасплох.
Роман отложил чашку и встал:
— Сидите, я открою.
Ева с Русланом действительно так уютно и прочно сплелись, что разлучаться не хотелось. Безмолвная поддержка сейчас важнее воздуха.
— Сколько ей было, когда она умерла? — тихо поинтересовалась девушка.
— Не дожила нескольких недель до своего сорокалетия.
Она содрогнулась от плескавшейся в его голосе тоски и поспешно коснулась губами шеи, в которую уткнулась, прошептав:
— Мне очень, очень жаль.
Проникновенный момент был разрушен раздавшимися из коридора криками, смешавшимися с явными следами причиняемых телесных повреждений. Нецензурная лексика заставляла уши сворачиваться в трубочки, а испуг парализовал на какое-то время.
— Что за?.. — изумленно выдал Руслан, привстав.
Голоса становились ближе к ним. И, естественно, Ева узнала второй. Обреченно вздохнув, оповестила:
— Это…Элиза.
И в следующее мгновение в гостиную влетело нечто. Растрепанная, злая и принявшая боевую стойку сестра застопорилась, растерявшись, когда наткнулась разъяренным взором на Руслана. Вошедший следом Роман произвел ещё больший фурор. Щеки мужчины были рассечены, причем, на одной из них красовалась глубоковатая ссадина, из которой текла кровь. Рубашка выбилась из брюк, пиджак съехал, а идеально приглаженные до этого волосы сейчас торчали в разные стороны. А взгляд… Боже, этот взгляд впору было увековечить. Направлен он был, само собой, на Элизу. И сочетал в себе благоговейный ужас вперемешку с оторопью, недоумением и полным отсутствием понимания того, что происходит.
— Какого хрена?! — выдала юная фурия и резко обернулась, зыркнув на свою жертву, а потом снова вернулась к созерцанию Руслана. — Вы, блин, близнецы?
Ей понадобилось минуты две, чтобы досконально изучить обоих братьев. Остальные присутствующие от греха подальше сохраняли тишину, кажется, боясь попасть под раздачу. Ева бы обязательно рассмеялась комичности ситуации, если бы не причина, вызвавшая сей инцидент.
Разумовские между собой действительно были очень похожи. Но лишь поверхностно. Уже второго взгляда было достаточно, чтобы отметить ряд различий. Наверное, Ева тоже слегка опешила при знакомстве со старшим и даже слегка испугалась факту такой схожести. Но вскоре успокоилась. Роман был на добрых сантиметров десять выше, с более заостренными чертами лица и менее массивной комплекцией. Хотя плечи его и отличались широтой, как у Руслана, он был более худощавого типа телосложения. И в нем отсутствовала импульсивность, вспыльчивость, необдуманность. Ощущение, что этот мужчина даже дышит с определенным расчетом, и у него всё под контролем. В общем, Роман Разумовский — это эталон влиятельного и уравновешенного бизнесмена, настоящего интеллигента и светского человека. Что его еще раз отличает от младшего отпрыска, который такими добродетелями
