Майкл поднялся и быстро перешел к столу. Он говорил тихо, зная, что микрофон передаст его людям даже шепот.
– Я уже за столом. Компьютер работает нормально, несмотря на сильные помехи. И Эми – чистое золото.
Он перевел взгляд на линию горизонта. Разрыв между деревьями в сумерках вырисовывался разинутой пастью.
– Всем оставаться на местах. Внимание, леди и джентльмены. Зверь здесь. Он окликнул девочку.
– Эми. Он с минуты на минуту будет здесь.
– Да где же?
– Видишь те деревья на холме за озером? Щенок прибежит оттуда.
– Так далеко?
– Сама видишь, ему придется побегать, чтобы к тебе добраться.
– Вот пыхтеть будет!
– Это точно.
– Ты его видишь, Майкл?
– Нет еще. Но я знаю, что он близко. Вот, Эми, он спускается с холма, через озеро...
– Он умеет плавать?
– О, этот щенок все умеет. Сейчас он пробежит через лужайку и к тебе, на террасу.
– Он на меня прыгнет?
– Он захочет вспрыгнуть к тебе на колени, Эми. Он так долго ждал встречи с тобой.
Малышка во все глаза смотрела на лужайку.
– Пусть он бежит скорее, Майкл. Я не могу дождаться.
– Потерпи, Эми. Он торопится.
– Мне уже делать, как ты сказал, Майкл?
– Да Эми. Зажмурь глаза и ни за что не открывай. Готово?
– Да.
– Глаза крепко закрыты?
– Да, Майкл.
– Смотри, не открывай, пока я не скажу. Тогда ты увидишь щенка. Теперь, Эми, слушай внимательно. Ты должна представить себе, как щенок бежит по лесу. Он весь черный и пушистый, уши длинные и хлопают на бегу... блестящие карие глазки, – Майкл считывал текст с экрана компьютера. – Постарайся увидеть, как он пробегает между деревьями. Это одинокий щенок. Он знает, что ты его любишь и ждешь, поэтому он очень спешит. Когда он прибежит к тебе, то захочет поиграть. Но будь осторожна. Иногда он безобразничает. Может, он вздумает запрыгнуть к тебе на голову. Тогда ты велишь ему сесть к тебе на колени... и сидеть очень, очень смирно. Поняла, Эми?
Он увидел, что девочка кивнула.
– Теперь представь себе, как щенок бежит. Он все ближе... ближе... ближе...
Перенос начался.
* * *
8:30 вечера. Джо застыл, услышав стон.
Совсем как человеческий.
Только невероятно громкий.
Снова стон. Такой низкий и громкий, что отдавался дрожью в земле под ногами. Он звучал, как предсмертная песнь одинокого и забытого бога.
У Джо перехватило дыхание. Ужас пронзил его ударом тока.
Он смотрел вверх, мышцы шеи свела судорога, глаза слезились.
Травяной откос и рощи не изменились, только деревья в сумерках казались совсем черными, потому что солнце скрылось, оставив над горизонтом меркнувшую багровую полоску.
Снова раздался стон, решетка на дороге задрожала. Джо, не отрывая глаз от просвета между деревьями, дернул цепь. Он попытался выдернуть руки из браслетов, но пухлые кисти не пролезали, стальные полоски только глубже врезались в кожу.
– Уходи!.. Убирайся прочь, оставь меня в покое!
Зверь надвигался. Джо чувствовал, как нарастает в воздухе напряженность электрического заряда, язык кололи тысячи иголок.
– ...оставь... оставь меня в покое... – голос дрожал. – ...уходи...
Из рощи взметнулась стая перепуганных галок, черные крылья хлопали над головой.
Мимо пробегали кролики и лисы. Стадо оленей унеслось к дальнему концу загона. Там животные в панике сбились в кучу. Только изгородь не давала им умчаться дальше.
– Нет... Майкл... Пусти... пожалуйста... ПОЖАЛУЙСТА!
Появился.
Над рощами выросла темная тень. На мгновенье ужаснувшийся Джо вообразил, что видит самого Зверя.
Смутная фигура колебалась, ежесекундно меняя форму, и ровно, неудержимо, непреклонно продвигалась вперед. Надвигалась.
Молот Господень.
Темная тень над деревьями взметнулась и опала.
Тогда Джо понял, что видел миллионы листьев, сорванных с ветвей бешеным ударом воздуха.
В сумерках они казались черными, и только на краях вспыхивали алым сиянием, отражая последний луч заката.
– Господи, нет... это не со мной. Я сплю... Меня здесь нет, ничего этого нет, я не умру, я не умру... О, Боже! Крисси! Крисси! Прости... ПРОСТИ!
Тень накатывала сквозь просвет между рощами, и крайние деревья валились наземь, раскалываясь в щепки. Твердая древесина превращалась в труху.
Скорость возрастала.
Скорчившийся на дороге Джо бессильно наблюдал, как листья потоком устремляются в вакуум, оставшийся за Зверем.
По траве пролегла широкая вытоптанная полоса. Джо не мог оторвать немигающего взгляда от этой все удлинявшейся полосы. Словно невидимое колесо катилось к нему, сокрушая все на своем пути. Одинокое дерево на склоне разлетелось белым фонтаном щепы.
– Нет, Господи, пожалуйста, не надо. Джо рванул цепь.
Звено со звоном лопнуло. Выброс адреналина наполнил рывок силой, которая навзничь бросила Джо на землю.
“Сделано! Боже мой, сделано! Вставай же, ради Бога, и беги... беги...”
Он попытался встать.
И не смог даже шевельнуться.
Выпучив глаза, он уставился в небо. Задохнулся. Сердце гулко билось в стену грудной клетки.
Над ним не было ничего. Ничего видимого глазу.
Но он чувствовал...
Тяжесть...
Невыносимая тяжесть навалилась на грудь, на лицо, на руки и ноги.
Он распластался на решетке, придавленный к ней тяжестью Зверя.
Он не мог даже выплеснуть боль и ужас в крике. Не мог издать ни звука.
Тяжесть нарастала. Прутья решетки врезались в спину. Треснули ребра, лопнула кожа.
Расплющенный, словно ударом молота Господнего, Джо больше не чувствовал боли.
Глава 81
Темнее
Майкл, продолжая ровным спокойным голосом говорить с Эми, следил за приближением Зверя.
Он слышал отдаленных треск ломающихся деревьев, видел взлетевший в сумрачное небо дымный шлейф сорванных листьев.
Он различил вдали металлический звон, когда лопнула решетка на дороге. Бедный Джо...
Майкл покачал головой.
Сквозь бушующий в наушнике шум помех прорвался взволнованный голос. Наблюдатели тоже видели.
Майкл продолжал говорить. Негромко, спокойно.
– Щенок бежит, Эми. Не открывай глаз. Представь, как он бежит вниз с холма, виляет хвостом, смотрит вперед. Он торопится увидеть тебя. Помни, он иногда безобразничает.
Но тебя он послушается. Если он вздумает прыгать, вели ему сидеть у тебя на коленях.
Явственно донесся грохот развалившегося лодочного сарая.
– Почти добежал, Эми.
Майкл видел, что малышка вся дрожит от сильнейшего волнения.
Озеро вскипело. Вода, отражавшая черное вечернее небо, стала молочно-белой, вспенилась, как пиво в стакане.
Озеро расступилось. Даже Майкла поразило это зрелище. Через несколько секунд Зверь был уже на берегу, и две волны устремились навстречу друг другу, сошлись в плеске и брызгах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
