Читаем без скачивания Закат Пятого Солнца (СИ) - Штаб Юрий

Но до прямого столкновения свое слово сказали стрелы и камни. Сотни лучников и пращников сделали залп по неприятелю. Испанцы, повинуясь приказу Ордаса, тут же выстроили настоящую стену щитов в два ряда высотой. Фернан замер, выставив перед собой круглую стальную роделу. Он чувствовал удары вражеских снарядов, слышал лязг кремневых и обсидиановых наконечников. Зазоров между щитами практически не было, так что он не видел индейцев, ориентируясь лишь по звукам.

— Сейчас они сообразят, что стрелами нас не взять и полезут в ближний бой! — прокричал стоящий рядом Себастьян.

Так и произошло. Воздух наполнился хриплым ревом раковин и громким стуком барабанов. Но все эти звуки очень быстро оказались заглушены боевыми воплями атакующих индейцев. Тут-то и стало заметным превосходство европейцев в дисциплине. Испанский отряд сразу же ощетинился копьями. Четыре ряда солдат нацелили на туземцев длинные пики. Стальные острия образовали настоящий смертельно опасный лес.

Испанцы поспешно кололи копьями, не позволяя нападающим подобраться поближе. Индейцы гибли десятками. Лишь считанным единицам удавалось проскользнуть под этим гибельным частоколом и подобраться вплотную к противнику, но что они могли сделать? В первом ряду испанцев стояли опытные солдаты, ветераны итальянских войн, мастера одиночного боя. Они убивали врагов практически мгновенно.

Атака индейцев захлебнулась и они в панике отступили. Фернан лихорадочно пытался вытереть рукавом пот, струящийся из-под шлема. Да, пока что враги отошли, но надолго ли?! У них многотысячное войско, а испанцев всего пятьсот человек. Перебить всех невозможно, на это просто не хватит сил. Что здесь сможет сделать кавалерия? Лошадей слишком мало. Разве они станут серьезным подспорьем против такой армии? Неужели придется покидать этот берег?!

Рядом с Гонсалесом стоял и Себастьян. Он, естественно, тоже оказался в первом ряду. Во время боя Фернану некогда было смотреть за другом, но теперь он заметил, что возле Риоса убитых индейцев особенно много. Ни один из нападавших не успевал ни нанести удар, ни отскочить. Себастьян сражался как ураган, уничтожая всех, что окажется на его пути. Да, в поединке один на один он уступал Фернану, зато в плотном строю воевал более умело. Сейчас он торопливо прятал кинжал в ножны, чтобы снова перебросить со спины щит. Обернувшись к Фернану, Риос сказал:

— Готовь свою роделу. Дикари скоро опять стрелять начнут.

Все копейщики действительно поспешно закрывались щитами. И не зря. Индейцы, отойдя подальше от страшного врага, взялись за луки. Видимо, надеялись, что длительный обстрел принесет свои плоды. Но к этому времени испанские артиллеристы подготовились. Рявкнула одна пушка, за ней остальные. Местные жители, до того не видевшие такого оружия, не сразу поняли, что производит такое опустошение в их рядах. Они отступили еще дальше и принялись поднимать пыль, бросать в воздух листья и пучки травы. Но разве все это могло остановить ядра?

— Дикари полагают, что если их не видно, то это спасет от пушек, — заметил Диего де Ордас. — Однако нужно признать, что они храбрецы. Уже добрых три десятка погибло от выстрелов артиллерии, но они и не думают обращаться в бегство.

А туземцы, сообразив, что эта грохочущая смерть находит их даже сквозь клубы пыли и что дистанция для нее тоже не помеха, снова двинулись в атаку. Испанцы схватились за копья и мечи. Фернан бил без промаха, но разве это могло помочь? На месте одного убитого воина тут же оказывался другой. Зачастую индейцы подбегали поближе, но так, чтобы копья их не достали и стреляли из луков. Конкистадоры отвечали залпами арбалетов и аркебуз, но стрелков у них было слишком мало, всего около тридцати человек. И все же квадрат испанской пехоты медленно двигался вперед, опрокидывая отряды врага, рассекая их и обращая в бегство.

И в это время в тыл индейцам ударила кавалерия. Кортес вел всадников за собой. Им пришлось долго обходить поле боя по топким местам, где запросто можно было увязнуть в трясине. И все же подобраться к арьергарду чужого войска удалось. Теперь конница на полном ходу врезалась в ряды противника.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Кортес летел вперед. Копье вонзилось в лицо первого индейца и отбросило его назад. Конь грудью протаранил линию вражеских солдат, расшвыряв их в разные стороны. А стальное острие пики уже искало новую жертву. Оно играючи проткнуло горло следующему воину. Всадники старались целиться в головы или шеи, чтобы копья не застревали в телах убитых неприятелей. Кортес слышал ржанье лошадей и боевые кличи испанцев.

На индейцев зрелище атакующей кавалерии оказало шокирующее впечатление. Десятки людей роняли оружие и, не задумываясь, кидались бежать со всех ног. Некоторые в оцепенении замирали на месте и гибли от ударов пик или же под конскими копытами. Испанцы сначала атаковали плотным клином. Так было удобнее прорывать вражеские ряды. Но теперь, когда индейцы массово обратились в бегство, всадники растянулись широкой цепью и преследовали бегущих, рубя их мечами.

Альварадо, разгоряченный боем, раз за разом понукал свою лошадь. Его длинный стальной клинок уже до самой рукояти был обагрен кровью. Он и сам не ожидал, что атака конницы даст такой ошеломляющий эффект. Вот впереди застыл лучник. Он даже не подумал пустить стрелу. Стоял, глядя выпученными глазами на несущегося навстречу наездника, раскрыв рот и мелко дрожа. Потом вдруг колени у него подкосились и индеец повалился на землю. То ли сообразил, что это единственный шанс на спасение, то ли не выдержал напряжения и упал в обморок. Альварадо промчался мимо и тут же снес голову другому неприятелю, который со всех ног убегал в сторону растянувшихся вдалеке холмов.

— Сеньоры, все за мной! — разнесся над полем боя крик Кортеса. — Не давайте дикарям разбегаться, гоните их на нашу пехоту. Зажимайте в тиски.

Послушные воле командира, всадники стали теснить обезумевших от ужаса туземцев на пеший отряд конкистадоров. Последние, в свою очередь, соблюдая правильное построение, двигались вперед, убивая индейцев десятками. Ни о каком сражении уже и говорить не приходилось. Местные жители, совсем еще недавно уверенные в победе, теперь мечтали лишь о том, как бы спастись. Бросая оружие, не задумываясь о продолжении битвы, они старались ускользнуть от грозных всадников. Сбежать удалось многим сотням, ведь наездников было всего тринадцать.

Фернан осмотрелся по сторонам. В победе конкистадоров он не сомневался. Кавалерия умчалась далеко вперед, преследуя панически убегающих туземцев. Множество вражеских солдат погибло. За неполные два часа огромная армия, способная, казалось бы, сокрушить горы, теперь рассеялась. Это был первый громкий триумф Эрнана Кортеса в Новом Свете. Среди испанцев оказалось более сотни раненых, но лишь двое убитых. Индейцы же потеряли более восьми сотен человек. Да еще два десятка попало в плен.

Гонсалес утвердил тупой конец копья в утоптанную почву. Руки у него ощутимо дрожали. В такой длительной схватке ему еще не доводилось участвовать. Нестерпимо хотелось пить. Сейчас только заканчивался март, но жара так изнуряла его, как будто он стоял на раскаленной сковороде. На самом деле Фернан понимал, что все это из-за битвы. В стеганке было нестерпимо душно, зато она полностью оправдала себя. В толстой куртке застряло с десяток стрел, но на теле не оказалось ни единой раны.

Стоящий рядом Себастьян расплылся в улыбке и дружески хлопнул Гонсалеса по плечу, от чего тот чуть не упал.

— Спасли нас Дева Мария и Сантьяго! — торжественно сказал он. — Ну и кавалерия тоже вовремя подоспела.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Говоря это, Себастьян задумчиво выдергивал из хлопкового панциря одну стрелу за другой, с интересом ведя им подсчет. Одиннадцатая застряла в толстом воротнике. Под стеганкой на Риосе была кираса, но она не закрывала горло и здесь бы не спасла.

— Вот она, моя смерть, — задумчиво сказал он, показывая обсидиановый наконечник. — В очередной раз промахнулась.

Вскоре к пехоте присоединилась конница. Всадники торжествовали. Кто бы мог подумать, что удастся одержать такую триумфальную победу над столь многочисленным врагом. Кругом раздавались радостные крики.