Читаем без скачивания Королева теней - Сара Маас

***

После того, как Рован принял решение, что ее порезы были небольшие, и что она была вне опасности, он не говорил с ней всю дорогу до дома.

Если Лоркан был прав – нет, он не был прав. Он был лжецом, и его сделка сильно пахла уловкой Маэвы.

Аэлина прижала платок к шее, когда они шли, и к тому времени, когда они достигли квартиры, кровь на ране уже свернулась. Эдион, к счастью, уже был в постели.

Рован направился прямиком в спальню.

Она последовала за ним, но он достиг ванной и тихо закрыл за собой дверь.

Бегущая вода булькала с каждым ударом сердца. Ванна.

Он проделал хорошую работу, скрывая их, а его ярость была…она никогда не видела кого-то столь яростным. Но она по-прежнему видела ужас на его лице. Этого было достаточно, чтобы она высвободила свой собственный страх, поскольку огонь начал потрескивать в ее жилах. И она пыталась – черт побери, она пыталась – найти выход из захвата, но Лоркан – Рован был прав. Без ее магии, она не шла ни в какое сравнение с ним.

Он мог убить ее.

Все, о чем она могла думать, несмотря на свое королевство, несмотря на все, что она делала, это был страх в глазах Рована.

Было бы обидно, если бы он никогда не узнал…если она никогда не скажет ему…

Аэлина обработала шею на кухне, отмыла небольшое количество крови с костюма и повесила его сушиться в гостиной, а затем надела одну из рубашек Рована и забралась в постель.

Она едва слышала всплеск. Может, он просто лежит в ванне, ни на что не смотря, с тем пустым выражением, которое появилось после того, как Лоркан убрал нож от ее шеи.

Минуту спустя, она пожелала Эдиону спокойной ночи, его пожелание спокойной ночи прогремело сквозь стену.

Затем дверь ванной открылась, высвобождая облако пара, и Рован появился в полотенце, обернутом вокруг бедер. Она уставилась на мускулистый живот, мощные плечи…

Но вот пустота в его глазах.

Она похлопала по кровати.

- Иди сюда.

Он стоял там, его глаза задержались на ее поврежденной шее.

- Мы оба эксперты в молчании, поэтому давай заключим сделку, что поговорим сейчас как уравновешенные, разумные люди.

Он не встретил ее пристальный взгляд, когда пошел в сторону кровати, и резко упал возле нее, растягиваясь на одеяле. Она даже не сделала ему выговор за то, что он намочил простынь - и не упомянула, что он мог потратить полминуты, чтобы одеться.

- Похоже, что дни веселья закончились, - сказала она, подперев голову кулаком и глядя на него сверху вниз. Он смотрел безучастно в потолок. - Ведьмы, темные лорды, королевы Фэ…если мы пройдем через это и останемся живы, я собираюсь взять хороший, длинный отпуск.

Его глаза оставались холодными.

- Не отталкивай меня, - выдохнула она.

- Никогда, - пробормотал он, - это не...

Он потер глаза большим и указательным пальцами.

- Я подвел тебя сегодня вечером, - его слова были шепотом в темноте.

- Рован...

- Он подобрался к тебе достаточно близко, чтобы убить. Если бы это был другой враг, он мог бы это сделать. Кровать загремела, когда он судорожно вздохнул и опустил руки от его глаз. Сырая эмоция заставила ее закусить губу. Никогда – он никогда бы не позволил ей увидеть это.

- Я подвел тебя. Я клялся защищать тебя, и сегодня мне это не удалось.

- Рован, это нормально...

- Это не нормально, - его рука была теплой, когда он взял ее за плечо.

Она позволила ему повалить себя на спину, и он накрыл ее своим телом, когда взглянул ей в лицо.

Его тело было крупным, несокрушимая сила природы, которая была выше её, но его глаза – паника задержалась там.

- Я разрушил твое доверие.

- Ты не сделал ничего подобного. Рован, ты сказал, что не отдашь ключ.

Он втянул воздух, его широкая грудь расширилась.

- Я бы отдал. Боги, Аэлина – я был у него в руках, и он даже не знает этого. Он мог подождать минуту, и я бы рассказал ему: с кольцом или без него. Эраван, ведьмы, король, Маэва… Я бы противостоял каждому из них. Но потерять тебя…

Он наклонил голову, согревая ее губы своим дыханием, когда он закрывал свои глаза.

- Я подвел тебя сегодня, - пробормотал он, его голос охрип. - Прости.

Его аромат сосны и снега окружил ее. Она должна отойти, оказаться вне досягаемости. Не трогай меня так.

И все же, он был здесь, его рука была на ее голом плече, его тело почти полностью покрывало ее.

- Тебе не за что извиняться, - прошептала она. - Я доверяю тебе Рован.

Он едва кивнул ей.

- Я скучал по тебе, - сказал он тихо, его пристальный взгляд метался между ее ртом и глазами. - Когда я был в Вендалине. Я солгал, когда говорил, что не скучал. С момента, когда ты уехала, я так скучал по тебе, что мне казалось, будто я был не в своем уме. Я был рад использовать слежку за Лорканом как оправдание, просто чтобы увидеть тебя снова. И сегодня, когда он приставил нож к твоему горлу...

Теплота его пальцев прошла сквозь нее, когда он проследил путь по порезу на ее шее.

- Я все время думал о том, что ты, возможно, не знаешь, что я скучал по тебе, зная, что между нами только океан. Но даже если бы смерть разлучила нас…я бы нашел тебя. Мне плевать, сколько правил я бы нарушил. Даже если бы я должен был получить три ключа для себя и открыть врата, я бы нашел тебя. Всегда.

Она моргнула, чтобы убрать жжение в глазах, когда он взял руку между их телами, и направил вверх, чтобы положить себе на татуированную щеку.

Это была попытка вспомнить, как дышать, чтобы сосредоточиться на чем-либо кроме его гладкой, теплой кожи. Он не отрывал своих глаз от ее, когда она задела большим пальцем его острую скулу. Наслаждаясь каждым движением, она ласкала его лицо, его татуировку, она не нарушила его взгляд, даже когда это обнажило ее душу.

Прости, кажется, он по-прежнему говорил ей.

Она задержала свой пристальный взгляд на его глазах, когда отпустила его лицо и медленно, убедившись, что он все понял, склонила голову, пока ее горло не было выгнуто и обнажено перед ним.

- Аэлина, - выдохнул он.

Не выговор и не предупреждение, но…мольба. Это звучало как мольба. Он опустил голову к ее выставленной шее и завис на волоске от нее.

Она выгнула шею сильнее, тихо приглашая.

Рован выпустил тихий стон, и зубы впились в ее кожу.

Один укус, одно движение, это было все, что требовалось ему, чтобы вырвать ей горло.

Его удлиненные клыки скользнули в ее плоть – нежно, точно. Она сжала простыни, чтобы удержаться от желания провести пальцами вниз по его голой спине и привлечь его ближе.

Он уперся одной рукой рядом с ее головой, зарываясь ей в волосы.

- Никто другой, - прошептала она. - Я никогда бы не позволила никому другому приблизиться к моей шее.

Это был единственный способ, который он мог понять, показать ее доверие, только хищная сторона Фэ могла понять.

- Никто другой, - повторила она.

Он издал еще один низкий стон, ответ, подтверждение и запрос, и грохот эхом отозвался внутри нее. Осторожно, он вынул свои зубы на месте, где ее жизненная сила барабанила и стучала, его дыхание было горячим на ее коже.

Она закрыла глаза, каждое ее чувство было сосредоточено на этом ощущении, на зубах и рте возле ее горла, на сильном теле над ней, дрожащим от сдерживания. Его язык скользнул по ее коже.

Она издала небольшой шум, который, возможно, мог быть стоном или словом, или его именем. Он вздрогнул и отстранился, прохладный воздух поцеловал ее шею. Дикость – чистая дикость была в этих глазах.

Затем он тщательно, нагло рассмотрел ее тело, его ноздри изящно раздулись, когда он точно учуял, то чего она желала.

Ее дыхание стало рваным, когда он перевел свой взгляд на ее – голодный, дикий, упорный.

- Пока нет, - сказал он грубо, его дыхание было неровным. - Не сейчас.

- Почему, - это была попытка вспомнить, как говорить, с ним, пристально смотрящим на нее так. Так, как будто он мог ее съесть живьем. Теплота распространилась внутри нее.

- Я хочу не торопиться с тобой – чтобы изучить каждый дюйм твоего тела. К тому же, в этой квартире очень, очень тонкие стены. Мне не нужны зрители, - добавил он, когда склонился снова, очищая своим ртом порез на ее шее. - Когда я заставлю тебя стонать, Аэлина.

О, Вэрд. Она была в беде. В такой проклятой беде. И когда он произнес ее имя так…

- Это меняет дело, - сказала она, едва выговаривая слова.

- Все меняется уже некоторое время. Нам предстоит столкнуться с этим.

Интересно, как долго продлилась бы его решимость ждать, если бы она подняла лицо, чтобы встретиться своим ртом с его, если бы она провела пальцами вниз, по его позвоночнику. Если бы она тронула его еще ниже. Но...

Драконы. Ведьмы. Армия. Эраван.

Она выпустила тяжелый вздох.

- Сон, - пробормотала она. - Мы должны лечь спать.

Он снова вздохнул, медленно отрываясь от нее, и шагнул к шкафу, чтобы одеться. Честно говоря, это было пыткой - не прыгнуть за ним, срывая это проклятое полотенце.