— Слушаюсь…
Моё тело подняли и начали уносить…
…
И вот, я сижу в холодной, сырой камере, в то время как мог бы трахаться.
Уже близится вечер. Скоро всё начнётся.
Жалею ли я о своём решении? Немного…
Пожалуй, для меня слишком поздно играть в «не-такого».
Но, думаю, я бы не простил себя, если бы ебал эту грязную суку, одновременно думая о Сир.
… Насвистывая песенку из той самой постановки про Рыцаря Айрона, я смотрел на небо, на котором уже почти была полная луна.
— Вау, это же мелодия из Сказании о Рыцаре Айроне, не так ли? — раздался голос из соседней камеры.
Женский…
— Ага…
— Вы очень красиво исполняете… — кажется, кто-то за стеной обрадовался моим навыкам.
Я продолжал смотреть на улицу.
— Люблю полнолуние.
— А почему? — голос был красивым. С нотками аристократизма. Очень правильный, что ли… Медленно, чётко, выразительно и очень мягко.
— По ночам в Орарио было довольно удобно зарабатывать. А чем выше луна была, тем ярче было на улицах. Банально проще… Хотя, сейчас те времена для меня в прошлом, но полная луна для меня всё равно, как же там было…
Я вспомнил книгу того священника…
— Символ. Символ того, что всё пройдёт успешно.
— Вот как… Сказали, прямо как будто вы Серебрянный Охотник…
— Ульф?! — я почти прокричал, — ха-ха. Да, меня даже дедушка сравнивал с ним из-за того, что у нас обоих белые волосы и красные глаза.
— Что, правда?! — я услышал, как кто-то подполз ближе.
— Да… Вот. — высунув локон за пределы решётки, я почувствовал, как мою руку, а затем и локон, коснулась чья-то мягкая рука.
— Ва-ау… И правда, я представляла его волосы именно так. А как вас зовут?
Хм…
Какая неожиданно-приятная беседа у меня завязалась.
Нет ничего плохого, чтобы поговорить перед тем, как я убью здесь всех.
— Белл… А вас?
— Меня зовут Сейджуро Харухиме, рада знакомству… Сейджуро — это фамилия, а Харухиме — имя.
… Вот так совпадение.
— Девушка-ренар Харухиме, которую ищет Семья Такемикадзучи? Удачно… — сказав это, я поднялся на ноги.
— Почтенный Такемикадзучи ищет меня? — её голос звучал обеспокоенно.
— Ага… — прижавшись спиной к прохладной стене, я тут же отпрял, — ух, в одежде Аполлона холодно. Но, в общем, я всё понял… Сейджуро, моя дополнительная цель — твоё спасение.
Я сложил руки, и, закрыв глаза, наконец-то услышал то, что меня интересовало.
— А основная? — поинтересовалась зооморф, в то время как я, подойдя к зарешётчатому окну, увидел смотрящие на меня, золотые глаза.
— Убить всех в Семье Иштар, конечно…
***
[Божественный Бордель, Складские Помещения]
Находясь на складе, Самира смотрела на сидящую на коленях «собачку», девушка-полурослик радостно пускала слюни, смотря на «дозу», которую держала в руках серебровласая амазонка.
— После того, как Госпожа Иштар обработала эту дуру, она стала такой податливой. А за остатки особого вина Сома, она что угодно сделает, посмотрите сами…
Несколько амазонок, стоящих вокруг, радостно гоготали, когда Самира заставила Лили раздеться и начать танцевать.
Никакого самоконтроля или сопротивления. Полное повиновение.
Пленённая чарами сразу двух богов, её воля и личность была полностью перемолота.
— Ладно… Поиграли и хватит… — Айша, вошедшая в комнату, взглянула на Лили, — дайте ей то, что она хочет, после того, как она отдаст артефакт.
— Лили отдаст артефакт! — сказав это, девушка-полурослик тут же бросилась к своему огромному рюкзаку, едва ли не разрывая его в поисках «артефакта».
— Вот! Вот он! Лили послушная! — сказав это, Лили, волоча чудовищно тяжёлую по её меркам перчатку, вернулась к Айше.
Вид артефакта был без преуменьшения чудовищным. Мрачную, чёрную латную перчатку, раскрытую наподобие сороконожки. Она и в собранном виде, будучи на руке Белла Краннела, выглядела пугающе. А так…
Айша чувствовала опасность, исходящую от этого предмета, и поэтому, взяв её в руку, не решилась надевать.
— Тяжёлая… — подняв её, она посмотрела на амазонок, — кто хочет примерить артефакт за четыреста миллионов?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В этот же момент, амазонки перестали отличаться от обычных девчонок, которые увидели модную вещицу, начав спорить между собой.
Но, в конечном счёте, вышедшая вперёд Самира, взяла эту перчатку и надела на свою левую руку.
— Незачем спорить. Кто старший, тот и носит…
Стоило перчатке защёлкнуться на руке Самиры… Как та упала на землю.
— ААААААААААААААААААААААААА!!! — звуки агонии тут же разнеслись по всему складскому помещению…
Все замерли, кроме полурослика, которая слизывала Вино Сома, которое упало на пол и разлилось.
— ПОМОГИТЕ!!! — крик агонии продолжался, и амазонки, кинувшиеся к Самире, заметили огромную струю крови, которая вытекала из-под перчатки…
— ОНО РЕЖЕТ МОЮ РУКУ! ОНО РЕЖЕТ МОЮ РУКУ!!!
Все попытки снять артефакт оказывались безуспешными. Крики и вопли заполняли склад, в то время, как узоры на перчатке, нарисованные будто бы для красоты, начинали разгораться красным свечением.
Самира орала, пока не потеряла сознание…
В этот момент, амазонкам показалось, что всё закончилось.
И так было до момента, пока левая рука Самиры не отделилась от тела…
А затем, резким прыжком, выпрыгнула в открытое окно.
— А? — выражение непонимания застыло на лицах всех присутствующих амазонок.
И лишь обезумевшая Лили продолжала слизывать вино с пола, игнорируя абсолютно всё происходящее.
Глава 58: Неудачная Эвакуация
[Гильдия, Утро]
— Гильдия сказала, что не может никак нам помочь, пока мы сами не принесём доказательства незаконности удержания Харухиме.
Вышедший Огга тяжело вздохнул и посмотрел в землю.
— Огга, всё хорошо… — Чигуса, подошедшая к нему, взяла своего союзника за руку, — тогда, мы должны что-нибудь придумать…
— Почтенный Такемикадзучи, дайте своё разрешение на то, чтобы я проникла в Дом их Семейства… Я найду документы и принесу…
— Это опасно, Микото… — Такемикадзучи, который находился в раздумьях, не хотел подвергать жизнь своей дочери неоправданному риску.
Семья Иштар славится не только своей красотой, но и жестокостью… Множество семей уже пострадали от их рук, и сейчас, сталкиваться с ними было себе дороже.
— Кого я вижу! Такемикадзучи, дорогой друг! — раздался голос неожиданного «друга», подошедшего к Такемикадзучи со спины.
— А? — Бог Боевых Искусств взглянул в лице Бога, подошедшего сзади. Гермес, один из личных подчинённых Урана, улыбался ему, и сказал:
— Я слышал о проблеме, которая возникла от моего хорошего друга… Если ты хочешь, я могу помочь тебе.
— … А?
— Я говорю, что хочу вам спасти Милую Лисицу из лап Иштар. И у меня даже есть кое-кто, кто согласен помочь вам…
Сказав это, Гермес указал рукой на девушку, стоящую позади него.
Прекрасная воительница с длинными золотыми волосами и янтарными глазами, которая стояла в бело-синем платье и, судя по взгляду, не до конца понимала, что именно от неё потребовалось Гермесу.
— Принцесса Битв? — прошептал Такемикадзучи, бросив на Гермеса подозревающий взгляд, — на оплату её помощи у меня не хватит средств, дорогой друг.
— Не нужно никаких денег… Эта Героиня сама согласилась помочь, узнав о том, что бедную девушку держат в рабстве против её воли, и хотят принести в жертву для создания Камня Ренаров…
… После последнего утверждения, у Такемикадзучи не осталось ни единой причины, чтобы отказаться от помощи.
***
Прутья были вырваны, и в мою камеру аккуратно запрыгнула фигура в чёрной кожаной броне.
— На улицах Района Развлечений происходит кровавое месиво. Это ты всё устроил?
Запах сигарет тут же распространился по моей камере, и, лишь пожав плечами, я сказал:
— Я просто попал в плен Семьи Иштар, когда меня почти взяли в Семью Аполлона.
