давать воду тем, кто жаждет, одевать тех, у кого нет одежды.
Я вот часто думаю: за эти двенадцать лет, которые мы здесь, в Столешниковом переулке, сколько всё-таки людей удалось одеть, сколько людей удалось накормить. И очень часто невозможно даже сказать, а кто же делал больше всего для этого. Потому что одни находили деньги на еду и одежду, другие приносили эту одежду, третьи ее стирали и гладили, четвертые раздавали, пятые, получив возможность накормить бедного, готовили эту еду, а другие ее раздавали, а третьи мыли церковь после того, как уходили эти бедные люди. Вот тут все вместе мы много делаем, и нельзя сказать, чей вклад важнее, потому что здесь мы всё делаем вместе. И это делает нас христианами, делает нас учениками Христовыми, которые, действительно, могут сказать, что мы накормили Тебя, Господи, когда Ты был голоден.
С другой стороны, давайте подумаем: а как много не сделали мы из того, что могли бы сделать. Поэтому не будем уставать молиться и поститься, поскольку без молитвы и поста никогда мы не сможем даже руки протянуть тому, кто нуждается в помощи, по очень простой причине – просто ни на что тогда сил не хватит. Силы даются человеку, который молится. Силы даются человеку, который предстоит Богу. Силы даются человеку, который отдает свое сердце Христу Спасителю и сердце которого горит, как оно горело у апостолов, когда они шли по дороге в Эммаус. Сердце, которое горит, когда к нам со страниц Евангелия обращается Сам Христос. Поэтому главная наша задача – от Него, от Господа нашего, не отрываться, и тогда, братья и сестры, Он даст нам силы, чтобы мы могли творить то добро, к которому Он Сам нас призывает.
Бог вас всех благословит!
Неделя сыропустная. Воспоминание Адамова изгнания
Прощеное воскресенье
17 марта 2002 года
Ранняя Литургия (Мф 6: 14–21)
«Где сокровище ваше, там будет и сердце ваше», – говорит нам Господь наш Иисус накануне наступления Великого поста. «Собирайте себе сокровища», ведь начинается пост, начинается время собирания сокровищ; только сокровищ не в расхожем смысле этого слова, не того имущества, которое существует иногда даже непонятно зачем, которое наполняет дома, наполняет сундуки, закрома и т. д. Нет, речь идет о сокровище в лучшем смысле этого слова.
Вы знаете, если исследовать историю возникновения самого слова «сокровище», то окажется, что в эпоху до евангельской проповеди Иисуса это слово было скорее плохое, чем хорошее. Этим словом обозначались избыточные и никому не нужные богатства. И основная тема размышлений самых разных писателей и философов, когда они употребляют это слово, была всегда, в общем, одна и та же. Сколько ни собирай сокровищ, от этого не станешь счастливее. Сокровища только отягощают твою жизнь. И это была, я повторяю, тема постоянная у самых разных античных писателей: у Эпиктета, у Горация, у Сократа, у кого угодно – и у греков, и у римлян, и в VI веке до нашей эры, и во II, – в каком угодно веке до нашей эры.
И вот приходит Иисус, и вдруг за короткое время смысл слова «сокровища» изменяется коренным образом. Теперь уже «сокровища» – это не материальное богатство, которое в избытке попросту никому не нужно, а нечто главное, самое важное, то, что собирает человек в сердце, то, что делает сердце человеческое другим, то, что преображает человека. Вот отсюда уже идет новый смысл слова «сокровища» – духовные сокровища, которые собираются на Небе, которые даются Богом. Сокровища, главным из которых, наверное, является смирение. Но только смирение, не вульгарно нами понимаемое как покорность, задавленность, а то смирение, о котором говорит авва Дорофей, когда восклицает, что никто не знает и не узнает, чту такое смирение, если не переживет это сам. То смирение, о котором говорит владыка митрополит Антоний Сурожский, когда напоминает нам о том, что слово «смирение», humilitas по-латыни, происходит от слова humus. Это та плодородная земля, которая рождает плод, которая приносит плод в саду, на огороде, где угодно.
Вот и наше человеческое смирение – оно тоже прежде всего заключается в духовной плодоносности. А когда возможна духовная плодоносность? Когда есть те духовные богатства, те духовные сокровища, которые нам даются Богом в изобилии, даются через Сына Его возлюбленного и через Евангелие, даются через книги Ветхого Завета, даются через музыку, через литературу, через живопись, через искусство: через искусство церковное и искусство, которое мы называем светским, потому что иной раз в искусстве так называемом светском не меньше Бога, не меньше Духа, чем в искусстве церковном. Все эти сокровища, которые даются нам, делают наше сердце плодоносным. На самом деле эта плодоносность и это владение сокровищами сердца не связано напрямую с культурностью человека. Можно быть очень культурным, грамотным, образованным, можно всё знать, всё помнить, владеть материалом и при этом не обладать сокровищами внутри своего сердца. И можно быть очень простым человеком, можно знать только «Отче наш» и «Богородице Дево, радуйся», и то, может быть, не очень твердо, и быть при этом человеком духоносным и обладающим этими духовными сокровищами. Поэтому не надо путать сокровища с образованностью, со знанием, с культурным багажом. Это нечто неизмеримо большее, неизмеримо более прекрасное – те сокровища, которые дает нам Господь, те сокровища, которые проливаются в сердца наши от Бога, та просветленность человека, которая становится особенно заметной в последние годы его жизни.
И вот именно оценивая людей уже по последним годам, месяцам, а то и дням их жизни, видишь, чту такое – этим обладать, как светло проходит старость у людей, которые этим обладают, и как, увы, этого нет у тех, кто почему-то закрыл свое сердце. И, в общем, наверное, правы те мыслители, которые говорят, что можно сказать о человеке, каким он был, только после того, как он умрет. И как закрыта последняя страница, так ясно, что один был святой, а другой просто, быть может, играл роль – прекрасно, замечательно, причем не только для других, но и для себя, но только играл роль. А другой такой роли не играл, был абсолютно незаметен, но по-настоящему нес в своем сердце вот эти сокровища, о которых говорит нам сегодня Христос. И, повторяю, главное сокровище – это смирение, это та удивительная плодоносность, которая делает человека сияющим, которая делает человека прекрасным. Человека, быть может, даже с некрасивым лицом, с некрасивыми движениями, всё равно делает таким прекрасным, что на него смотришь и удивляешься. А почему? Потому что в
