Шелли прошел мимо зарешеченных окошек тотализатора. Недавно здесь принимали ставки на участвующих в Партии. Толкались обыватели, звенели монеты, звучала ругань и вопли проигравшихся в дым…
Партия больше не существует. Ее кровавая эпоха канула в прошлое. И он – Шелли – так или иначе, приложил к этому руку. Есть чем гордиться! А эксперты, которые утверждают, будто из-за перенаселения грядет голод, – все они не правы…
Куда вероятнее, что косное Сопряжение ждут перемены.
– О благородные! Трайтонскому информационному агентству удалось связаться с главой прайдов Сэтана, с самым авторитетным астрофизиком Сопряжения Планет – Прискином, иерархом Гиперионским, – продолжил читать свиток оратор. – Нашего репортера интересовало, как именно будут развиваться взаимоотношения внутри пары Солнце–Юпитерекс. Останется ли новая звезда на прежней орбите? Или оба светила станут обращаться вокруг общего центра масс, нарушив тем самым механику движения планет всей системы Солнца? Существует ли, наконец, угроза целостности Сопряжения? Иерарх Прискин ответил, что его служащие и рабы ведут непрерывное наблюдение за Юпитерексом, и в ближайшее время, на основе полученных данных, он сформулирует гипотезу. В общем, его ответ звучал, как… – Галерею огласил яростный звон. Шелли поднял глаза к стрельчатому своду, под которым проецировались стереоэкраны, и увидел, что оратор неистово стучит молотком в медный таз…
Шелли были известны и другие новости. Пермидион стремился отсрочить их появление в информационных сетях как можно дольше. В Совете остерегались всеобщей истерии и «охоты на ведьм».
Необозримые пространства по ту сторону от Солнца обитаемы! Их жители враждебны по отношению к Сопряжению! Закаленные воины, не носящие имен, свободно перемещаются в мире людей. Маскируясь под добропорядочных граждан, ничем себя не выдавая, они наносят удары по благородным, чья деятельность, по мнению безымянных лидеров, может спровоцировать вмешательство Надзирателей. То есть по кому угодно.
«Экскалибур» и «Дюрандаль» в сопровождении огромного базового корабля, дюжины других крейсеров и кораблей обеспечения передислоцированы в околосолнечное пространство. Об этом тоже стараются не говорить во всеуслышание. Пермидион отсрочил вторжение в «потусторонье», однако переговоры с безымянными планирует вести с позиции силы.
Шелли подошел к дверям зала для аудиенций. Из боковой ниши выскользнул молодой раб. Поклонился и зацокал языком, вопросительно глядя на благородного.
– Айвен Шелли к Огру Мейде, – ответил на немой вопрос раба Шелли.
– Могу я узнать цель вашего визита, благородный, чтобы как следует доложить хозяину?
– Цель – интересы Сопряжения, личные интересы, – сообщил, не раздумывая, Шелли.
Раб кивнул и отступил к дверям. Через миг под правым виском у него что-то завибрировало. Шелли понял, что раб получил ответ от секретаря Мейды.
– Прошу, благородный!
Двери распахнулись, обдав Шелли ветерком с запахом лимонной цедры и свежего чая. Раб поклонился и вновь скрылся в нише.
Шелли вошел в приемную дедушки Огра. Кланяться не стал, поцокал языком. Опустился в кресло, стоявшее напротив стола, за которым возился со свитками Огр Мейда.
– Как возмужал!.. – Упитанный старик с моложавым лицом отодвинул свитки и стал пристально разглядывать Шелли. – А сколько седины!..
В свою очередь Шелли не отводил глаз от нерадивого деда. За маской бесконечно уверенного в своей правоте трайтонского божка угадывалась тревога.
Открылась боковая дверь. Бесшумно ступая босыми ногами по толстому ковру, вошла девочка-рабыня. Перед собой она несла бронзовый поднос с чайным прибором.
– Не стоит! – Шелли отказался от предложенной пиалы. – У меня нет времени на чайные церемонии!
– Не подозреваешь ли ты, что я собрался тебя отравить? – насмешливо спросил Мейда.
– Меня уже травили, – пожал плечами Шелли. – Нейронным активатором. И Климентину тоже травили, только чем-то другим.
– Какие ужасы ты мне рассказываешь! Перед обедом! Нейронный активатор – это, наверное, жутко больно?
– Чудовищно больно.
Мейда рассмеялся. От удовольствия постучал ладонью по крышке стола, едва не опрокинув на пол чайник с заваркой.
– Ну, так уж и быть! – сказал он, отсмеявшись. – И у меня нет желания тратить время, бастард Шелли. Ты сказал, что печешься об интересах Сопряжения. Итак, я слушаю. Ну же!
– Мой прайд озабочен, – начал Шелли дрожащим от гнева голосом, – сомнительной надежностью транспортной сети в свете появления в нашем пространстве новой звезды.
В отличие от Шелли Огр Мейда расслабился окончательно. Его всегда забавляла эта черта молодых – мгновенно вскипать, услышав в свой адрес всего одно бранное слово.
– Спокойно! Спокойно, молодой человек! Не нужно эпилептических припадков в моей приемной! Вообще-то я не обязан предоставлять отчеты в частной беседе. Трижды благородный Шелли – не Пермидион. Но, – Мейда прищурился, – сделаю тебе скидку. Раз ты так взволнован… Слушай же: движение вдоль гравитационных магистралей безопасно, – таково мое авторитетное заключение. Я распорядился усилить охрану ключевых компонентов сети. Само собой – в интересах Сопряжения.
– Наверняка основные силы Патруля окажутся возле мятежной Плутонии? – уточнил Шелли. Он почти смог справиться с яростью и даже позволил себе откинуться на спинку кресла и прикрыть глаза.
– Действительно, – согласился Огр Мейда, – в нынешних обстоятельствах недопустимо ослаблять Сопряжение ни на одно звено. Даже на такое никчемное, как Плутония. Это все? Или же у тебя есть еще вопросы, юный бастард?
Пришел черед улыбаться Шелли. Улыбка вышла – хуже некуда, кислая гримаса. Но и ее хватило, чтобы Огр Мейда мгновенно подобрался.
– У меня нет вопросов, дедушка Огр! – сказал Шелли. – У меня гора ответов. И почти каждый из них я получил во время путешествия на Ганомайд.
– Не называй меня дедушкой, бастард, – отрезал Огр Мейда и со смаком отпил из пиалы.
– Я знаю, что на протяжении долгих лет ты поддерживаешь связь с плутонианскими экстремистами и безымянными…
– Безымянными?
– С безымянными прайдами, живущими на астероидах по другую сторону от Солнца.
– Чудно-о… – протянул Огр Мейда. – А такие существуют?
Шелли хлопнул ладонями по лакированным подлокотникам.
– Каждый благородный знает: двадцать лет назад ты был беден… словно каменотес с Хаврона, – с нежностью проговорил он. – Ты лелеял мечту разжиться за счет прайда Шелли. Но твоя дочь – моя благородная мать – вышла замуж и отказалась от тебя… словно от паршивого проходимца.
Шелли с удовлетворением отметил, что круглые щечки Огра Мейды налились кровью, и продолжил:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
