Янифф был готов к такой реакции своего названного сына.
- Я сделал это только из любви к тебе. Со временем ты все поймешь. Ты не можешь прятаться вечно.
- Конечно, нет. Я лишь мечтал об этом. Ты, который владеет истиной магией, сам видишь.
Старик быстро кивнул. Он прекрасно понимал дилемму Трэда.
- Я должен идти. Оставайся с Хранителем. Ты будешь ему нужен, чтобы открыть туннель.
- Ты так уверен, что у меня получится?
- Конечно, - Янифф удивленно приподнял бровь и открыл портал.
Пульсирующее окно портала все росло и росло, пока не достигло нужного размера, чтобы старец смог беспрепятственно в него войти.
- О, Боже! – заикаясь, воскликнула Агата.
Перед тем как окончательно скрыться в портале, седовласый маг нахально взглянул на Агату и пристально осмотрев даму с ног до головы, дерзко подмигнул ей. Окно портала закрылось.
- Нет, ну вы видели? Какая наглость! - Агата энергично начала обмахивать себя веером. Дерзкий поступок Яниффа помог ей выйти из ступора.
По крайней мере, ее тетя вновь обрела дар речи. Лайлек снова забралась на кровать, чувствуя себя ужасно подавленной. Тонкая ткань сорочки белой волной окружила ее, когда она села на колени, отчего стала выглядеть совсем юной.
- Риджар, ты вернешься на свою звезду из озера? – её глаза наполнились слезами.
Она ещё много чего не понимает, но она старается. Риджар нежно улыбнулся, любуясь ее красотой. Она восхитительно выглядит, особенно сейчас, когда готова расплакаться.
- Конечно, - он провел пальцем по ее нежной губке, - так же как и ты с Агатой.
От удивления её губы приоткрылись.
- Как ты могла подумать, что я брошу тебя, соук-соук?
- Но я же не умею плавать!
Риджар громко рассмеялся.
- Лайлек, тебе не нужно уметь. Обещаю, ты полюбишь Авиару. Там прекрасные сады, погода не такая мерзкая как здесь и полно прекрасных цветов. А воздух чист и свеж! К тому же, нет никаких рамок, в которые вы себя заковали здесь в АНГИЛИИЭПОХИРЕГЕНСТВА.
Он взял в ладони такое любимое лицо.
- Думаю, что цветок Сирень, расцветет на Авиаре!
- Как замечательно звучит, - она потерлась лицом об его ладони.
- Это чудесное место и ты никогда не будешь страдать там так, как здесь, - он провел пальцами по темным кругам под ее прекрасными глазами, - свидетельство ее недавней болезни. – И у меня есть подарок для тебя. Это маленькое домашнее животное, которое зовут Сооука. Она очаровательная и ласковая, ну или будет, когда перестанет ревновать меня к тебе.
- А что это за животное? – осторожно спросила Лайлек.
- Оно называется соук-соук, - глаза Риджара вспыхнули от смеха.
Лайлек бросила в него подушкой. Риджар одарил ее особенной кошачьей улыбкой, как будто бы его поймали с перьями на мордочке на месте преступления.
- Агата, когда я брал в жены Лайлек, я пообещал, что позабочусь о вас обеих. Вас не сильно огорчит, если вы покинете этот дом.
- Конечно же, нет! Я ненавижу общество, в котором мне приходилось сражаться всю свою жизнь. Подумать только! Я смогу на практике изучать все мистическое! Это же мечта всей моей жизни! Я так взволнована перспективой, что едва сдерживаюсь от нетерпения.
Разноцветные глаза Риджара засветились смехом смешанным пополам с присущим всем мужчинам Авиары высокомерием.
- Вам и вправду несказанно повезет!
Он никогда бы не бросил пожилую даму одну.
Агата косо взглянула на него.
- Мне нужно поработать над вашими манерами, молодой человек. И я должна выяснить, кто этот негодяй, который, побывав здесь самую малость, заразил тебя своей заносчивостью!
- Мы больше никогда сюда не вернемся, - мягко добавил Риджар, сразу открывая Агате правду.
Агата прикрыла ладошкой рот.
- Хорошо. Тогда мне нужно подумать, что нужно взять с собой, - неважно, что будет потом, но она всегда будет с Лайлек.
- Агата, - мягко сказал Риджар, не нужно ничего с собой брать.
- Понятно, - это заявление заставило Агату немного помолчать, но она быстро взяла себя в руки, – Но медальон своей матери я все-таки возьму. – Она провела пальцем по единственной драгоценности, с которой никогда бы не смогла расстаться.
- Конечно, - улыбнулся Риджар.
Послышался стук в дверь, и в комнату вошла Эмми, которая удивленно распахнула глаза, увидев разбитые окна и люстру.
- Я просто хотела узнать о здоровье ее Высочества. Леди Агата, я своими глазам увидела, что с ней все в порядке. Я вас не сильно побеспокоила?
Взгляды Риджара и леди Агаты встретились, и они оба ухмыльнулись. Эмми не знает, что очень скоро станет самой богатой горничной во всей Англии.
- Леди Агата, Эмми давайте оставим обоих … выздоровевших наедине, - протянул Трэд, подводя дам к двери.
«Спасибо, брат. За все. Я знаю, чего тебе это стоило. Ты уже давно занял свое место в семье Крю.»
Трэд помедлил у выхода. Повернувшись, он посмотрел на Риджара.
- Не я ли твой старший брат в семье Крю? – спросил он очень тихо.
«Да».
- А ты мой младший брат?
Какое-то время Риджар тянул с ответом. «Да».
- И ты должен учитывать все, что скажет тебе старший брат? Да или нет?
Риджар надулся, страшась того, что сейчас будет. Его опыт общения с Лорджином приучил ждать от старшего брата все что угодно. ВСЕ ЧТО УГОДНО!
- Отлично! Тогда убирайся из моей головы!! – лицо Трэда осветилось широкой улыбкой.
Риджар ошарашено смотрел во все глаза на Трэда. Он лыбится! Может я еще при смерти? Оборотень искренне улыбнулся в ответ.
Насмешливо изогнув бровь, Трэд вышел из комнаты.
Авиара
Лорджин ждал в зале туннелей. Внезапно открылся портал и из него вышел Янифф. Один. Лорджин от неожиданности даже заглянул за спину старого мага. Но тот на самом деле был один. Портал закрылся.
- Где Риджар и Трэд?
Он отчаянно беспокоился за брата. Прошло уже много времени с тех пор, как он пропал. Сулейла не находит себе места от тревоги за сына, а Крю грозится отправиться за своим блудным сыном лично. Самолюбие Риджара сильно пострадает, если это случится.
- Они скоро прибудут.
- Но кто откроет для них туннель?
- Трэд откроет.
Лорджин не совсем был уверен, что расслышал старика правильно.
- Трэд? Как он сможет…
- Я тебе все расскажу при случае. Ах, да. У Риджара для вас есть сюрприз. Думаю, вы все очень удивитесь!
Заявление Яниффа оставило Лорджина равнодушным. Он уже привык к выходкам оборотня. Его опыт в общении с братом научил его не удивляться ничему. А это могло быть что угодно!
