с готовностью признавал, что в одиночку ничего бы подобного провернуть никогда не смог бы. Наконец, был найден управляющий, и дело сдвинулось с мёртвой точки. Теперь Отто смог заняться своей работой, а Олегу пришлось часами беседовать с художником, в попытках объяснить, что и как следует рисовать. Поначалу тот подумал о порнографии в жанре весёлых картинок, но попаданец разъяснил, что всё должно быть довольно чинно, дабы гравюры могли быть вывешены в любом месте.
Первым таким местом должен стать тренировочный зал мастера Сухо. Затем пришлось договариваться с владельцами постоялых дворов и многочисленных закусочных, чтобы те разрешили бесплатно повесить гравюры на стенах своих заведений. Кто-то соглашался, некоторые отказывались. Из-за всех этих хлопот день бракосочетания короля Канга Тэхён Тоннэ и принцессы Лавинии настал совершенно неожиданно.
***
Горожане толпами шли к главному храму, в стенах которого веками проводили данную церемонию. Конечно же, обычных людей в него не пустили. Даже ближайшие подходы были заполнены дворянами и высокоранговыми чиновниками. Звучала музыка, исполнялись соответствующие песнопения.
В крытой повозке привезли невесту. Через минут десять прибыл и король. Жрецы, стоящие в отдалении от храма, начали объяснять смысл происходящего, поскольку самого главного жреца, находящегося у входа в храм, слышно не было. Наконец, жениха и невесту начали одевать в традиционные свадебные одежды: Лавинию — в платье красного цвета, а короля — в синий костюм. Затем забили барабаны, и процессия направилась в храм. Что там происходило, никто не видел, но стоящие поблизости жрецы, ориентировавшиеся на удары колокола, продолжали свои пояснения.
Когда через два часа церемония завершилась, со специальных помостов начали горстями разбрасывать медные деньги и специальные памятные жетоны. Конечно, не обошлось без давки, но сеятелей было так много, что жертв в толпе удалось избежать. Отто ещё за день предупредил, что парочку жетонов ему уже обещали, да и Олегу даже и не пришло бы в голову лезть в толпу, в слабой надежде хоть что-то да поймать.
Затем горожане дружно повалили к столам, где раздавались угощения: местные пирожки и мешочки с рисом и пшеном. Таких мест было больше двадцати, и беспорядки случались довольно редко. Празднования продолжались до самого вечера, а с наступлением сумерек люди любовались фейерверками, озаряющими небо. ***
— Это… Это… — мастер Сухо держал в руках первую сделанную картинку с изображениями Кёси и Мани и выглядел одновременно смущённым и возмущённым.
— …Прикольно? — решил помочь с выбором слова Олег, пришедший в тренировочный зал.
Пожилой человек бросил взгляд на парня:
— Мне не нравится молодёжный сленг! Хотя, возможно, это слово подходит лучше всего.
— Но ничего позорного вы, мастер, в этом не видите?
— Не вижу, но так не принято! Никто подобное не делает!
— Уф… — с облегчением выдохнул Олег, который за прошедший день неоднократно встречался с подобной реакцией. — Представляете, мастер Сухо? Мне тут один заявил: «Что скажут женщины, когда увидят такое?»
— Кого интересует, что скажут женщины?! — фыркнул хозяин тренировочного зала. — Их дело заниматься хозяйством и растить детей. Если бы мужчины всё время думали о мнении женщин, то у нас было бы бабье королевство. Хмм… Знаете, благородный Игу… Я внимательно рассмотрел этот рисунок и пришёл к выводу, что он прекрасно подойдёт для моего зала.
— Ну, и замечательно! — еле сдерживая улыбку, ответил молодой человек.
Как и предполагалось, далеко не всем пришлось по душе картинки в стиле аниме. Даже некоторые мужчины воротили носы, но всё же удалось договориться примерно с половиной людей, которые ранее дали предварительное согласие. Кому-то пришлось даже заплатить, но Олег был уверен в успехе и без сомнения пошёл на такой шаг.
Теперь осталось лишь популяризировать свою задумку. Может, написать небольшую пьесу для театра? Ха-ха! Вот зрители обалдеют! Впрочем, вначале поразятся сами актёры. Даже удивительно, что здесь, в отличие от древних земных театров выступать могут и женщины, иначе на этой задумке можно было бы поставить крест.
***
Вот кого молодой маг не ожидал увидеть у себя, так эту напыщенную дуэнью.
— Что-то с дочерью случилось? — засуетился Олег, лихорадочно представляя себе негативные варианты.
— Дочерью? — удивилась придворная дама. — Ах… Дочерью… Нет, с ней всё нормально. Замечательно, даже. Проблема не в ней.
— Ну, и хорошо, — сразу расслабился Олег.
— Дело в другом… — женщина явно смущалась и даже покраснела. — Я могу надеяться на сохранение тайны?
— Вроде бы я не давал повода думать обратное.
— Да, но всякое может случиться.
— Скажу честно, — молодого человека совершенно не забавлял этот разговор. — Я не привык играть фразами и разгадывать загадки. Я привык к чёткому пониманию ситуации, для её наилучшего разрешения.
— Мне сложно вот так всё объяснить, — замялась женщина, ещё больше покраснев.
— Считайте, что пришли к лекарю. И всё, что требуется — рассказать о своих проблемах.
— Проблемах… Проблема в жжении внизу живота… Там… И боли при отправлении естественной надобности.
— А-а… — с облегчением протянул молодой маг, почему-то вспомнив о молодом Тэбариле. — Понятно.
— Что понятно?
— Это врачебная тайна.
— Теперь и мне понятно, — со вздохом произнесла женщина.
— Я ничего не говорил.
— Да, конечно. Молодой человек возьмётся за лечение?
— Возьмусь, — настала очередь
