он в таком виде. Мятая белая рубашка, на которого ярко выделялись капельки крови, взъерошенные волосы, тусклые глаза... Глаза привлекли меня больше всего.
- Что случилось? - спрашиваю и делаю несколько шагов к нему навстречу.
Голубоглазый быстрым шагом пересекает коридор и заключает меня в свои крепкие объятия. Я обнимаю его в ответ, чувствуя, что ему это нужно. В данный момент ему не до того, что произошло между нами около полугода назад.
Мы стояли в обнимку примерно минут пять, после чего он переплел наши пальцы и повел в зал, где отпустил мою руку и сел на белый кожаный диван, упершись локтями в колени и зарывшись пальцами в волосы. Я стояла рядом, не отводя взгляда от его сгорбленной фигуры.
- Паша... - начал говорить Александр, не меняя позы. - Я узнал, что это он отправил тебе письмо, где сказал, что я специально подстроил аварию, хотя это не так. Я решил с ним поговорить, выяснить, зачем он это сделал... Мы начали ругаться, - парень поднял голову, заглядывая мне в глаза, и протянул ладонь, прося тем самым, чтобы я приблизилась.
Сажусь рядом с ним и сжимаю его ладонь, предполагая, что сейчас начнется самое ужасное всей истории.
- Паша рассказал мне весь свой план по уничтожению Вадима. Ему удалось заметить то, что ты являешься слабым звеном Зимина, и тогда он решил сломать его через тебя. Он специально подговорил твою подругу Веру, чтобы она накачала тебя наркотиками, чтобы потом уговорить позвонить Вадиму и послать его. Также он подговорил ее, чтобы она заставила тебя выйти на откровенный разговор, чтобы ты начала опять ей верить, а вечером, когда вы сидели уже в зале и он достал бокалы, он тайком подсыпал тебе возбудитель. Он знал, что Вадим поедет за тобой, но не знал, что ты позвонишь и мне. Но мой приезд тоже был ему на пользу. паша надеялся, что тебя настолько шокирует этот вечер, что предательство подруги и известие о том, что я подстроил эту чертову аварию настолько сломает тебя, что ты решишь закончить жизнь самоубийством, что просто бы убило Вадима. Но ты выдержала, что не входило в его планы. Он рассказал мне все. а потом ушел из дома, хлопнув дверью...
Я немигающий взглядом смотрела в черно-белую стену напротив. Мне просто не хочется верить во все, что только что рассказал мне Алекс.
- И что дальше? - спросила я, догадываясь, что это еще не все. - было же что-то еще?
Он кивнул.
- Да. Дело в том, что сейчас Паша в тяжелом состоянии лежит в больнице. Он накачался наркотиками до такой степени, что его еле откачали. Теперь он в коме...
"Видимо совесть замучила..." - подумала я и обняла Алекса, поддерживая. Он же не виноват, что у него такой нерадивый брат.
XXXIV. Репетиция
"Всем привет! Меня зовут Алиса Вольф и моя жизнь постепенно налаживается!
Именно так, папа, я бы сказала в какой-нибудь группе поддержки для сломанных людей. Так много всего произошло, я бы так много хотела тебе рассказать, ведь перестала писать уже очень давно, но у меня нет времени. Совсем скоро у меня встреча с Артёмом и я надеюсь он не будет в этот раз опять промывать мне мозги, что с каждым днем его симпатия ко мне растет. Это мучение, папа. Одно сплошное мучение.
Вадим... А что Вадим? Мы не общаемся больше. Наверное, это и к лучшему. Слишком уж много боли мы причинили друг другу.
Алекс. С ним все у нас наладилось. Нет, мы не вместе, а просто поддерживаем дружеские отношения. Его младший брат оказался последним мерзавцем, который хорошенько подпортил нам всем жизнь..."
Я оторвала взгляд от тетради и посмотрела в окно, где уже медленно день уступал ночи. У меня осталось совсем мало времени, если я не хочу опоздать.
"Пап, я очень люблю тебя и маму. Я осталась одна и очень по вам скучаю. Знали бы вы как без вас сложно.
Я постараюсь писать чаще.
Люблю, Алиса"
Встаю с кресла и закрываю тетрадь. Положив ее на прикроватную тумбочку, я допиваю остатки уже остывшего эспрессо, хватаю с кресла джинсовку, которую поспешно натягиваю на себя, и выхожу из квартиры. Возле подъезда меня уже ждала машина Артёма.
Привычно сажусь на переднее пассажирское сидение, целую улыбающегося парня в щеку и спрашиваю:
- Куда мы поедем на этот раз?
- В студию, мисс.
Я нахмурилась, вспоминая свое последнее посещение студии. Воспоминание было далеко от хорошего.
- Ты забыл чем все закончилось в прошлый раз?
- Сейчас все будет нормально, не дрейфь! - Артем засмеялся, нашел вслепую мою ладонь и сжал ее, ведя машину одной рукой. - Я поговорил с парнями. Тоха тебе всегда рад, а Вадим, на мое удивление, даже не спорил. Просто кивнул и все.
Я ничего ему не ответила и уставилась в лобовое стекло.
Прошел месяц с нашего с ним последнего разговора и со дня, когда я поехала в Питер, чтобы поддержать Александра. С Вадимом мы больше старались не пересекаться и тем более не разговаривать, а вот с Александром все было намного проще. Мы просто стали общаться так, будто и не было этого огромного перерыва в наших отношениях. Дружеских отношениях.
Я погостила в Питере около недели, пока не очнулся Паша...
"Мы с Алексом сидели в коридоре больнице, на диванчиках, пока лечащий врач Паши - мужчина средних лет с идеально лысым черепом - разговаривал с ним и осматривал. Когда он вышел из его палаты, мы поспешно встали на ноги.
- Ну и? - нетерпеливо спросил Алекс, нахмурившись.
- С ним все в порядке. Вы можете зайти к нему, но, прошу вас, не нервируйте его. Ему сейчас не желательно нервничать.
Морозов-старший тут же скрылся в палате брата, а я сначала вежливо поблагодарила врача, после чего тоже вошла в палату.
- О чем ты думал, когда потреблял эти чертовы наркотики?
Первое, что я услышала, оказавшись в палате, это то, как старший брат отчитывает младшего. Это их семейное дело, я не должна была вмешиваться, но тем не менее, положив ладонь на плечо Алекса, я напомнила ему о просьбе врача.
- Ты и ее сюда притащил... - услышала я хриплый голос Паши, после чего увидела и его самого. Серая кожа, бледные губы и тусклые глаза.
- Ты не ответил на вопрос, - более сдержанно проговорил Алекс, не отрывая взгляда
