— Для начала, я думаю, мы вернемся к тому, о чем говорил в своем представлении Джон. Мы постараемся убедить вас, насколько интересно наше предложение по поводу акций «Трайтиш». — Она обвела взглядом присутствующих и спросила: — Вы не возражаете? Мы изложим наши предложения и выгоды для вас. Но перед этим я хочу предупредить вас, что те предложения, которые вы здесь услышите, не подлежат разглашению. Вы хотите сразу услышать то, что я предложила, или вернемся к истокам корпорации — почему, как и что, — а потом Эдвард, Эд и Питер подтвердят все фактами? Если же вы хотите сразиться со мной… — Она наклонилась и достала из кейса блокнот. — Тогда мне нужно вспомнить некоторые даты. — Она выпрямилась и улыбнулась с рассчитанным обаянием. — Многие из них принадлежат тому времени, когда я еще не родилась.
Она отметила одобрительный смех в комнате и поняла, что находится на полпути к успеху.
Джон Хессл провожал их из своей приемной. День сменялся вечером, когда они закончили встречу неофициальной выпивкой. Эдвард был восхищен тем, что они совершили. Они прощались. Джон Хессл задержал пальцы Элли в своих, удивляясь, что до сих пор они не согрелись.
— Спасибо, Джон.
Он заглянул в фиалковые глаза и понял, как обманывался на ее счет.
— Всего наилучшего, Элли.
— Если вы захотите узнать еще что-нибудь, пожалуйста, позвоните.
Он кивнул и, придерживая стеклянную дверь, пожелал ей спокойной ночи.
— Спокойной ночи, Джон.
— Удачи вам.
Эдвард подозвал такси, и вчетвером они забрались в машину.
— Уф, — тяжело вздохнула Элли, опускаясь на сиденье. — Как я устала.
Эд Паркер улыбнулся ей:
— Все прошло неплохо.
— Да, ты прав.
— Мы наверняка одержали победу.
— Возможно, — Элли резко оборвала Эдварда.
Он не понимал ее чрезмерной осторожности. Она никогда не покидала ее. Ему так хотелось, чтобы она хоть раз расслабилась и забыла о ней. Он отвернулся и молча стал смотреть в окно, пока такси мчалось по городу.
Когда машина остановилась рядом с «Хэдли Тейлор Йорк», он вышел первым:
— Кто-нибудь хочет выпить?
— Ты молодец. — Эд Паркер похлопал Эдварда по плечу и подождал, пока тот расплатится с водителем. Вместе с другими они вошли в фойе.
— Может быть, заглянем к Симпсону?
— Замечательно. — Эдвард повернулся к Элли.
— Ты не хочешь присоединиться к нам, Элли?
— Нет, спасибо. Я совершенно измочалена.
Он пожал плечами:
— Питер?
— Без всяких сомнений. Встретимся там.
— Хорошо. Эд, я заберу кое-какие бумаги, чтобы поработать вечером. Это займет всего пару минут. — Он устремился вслед за Элли.
Эд сел и раскрыл газету.
— Ты уверена, что не хочешь составить нам компанию, Элли? — снова спросил Эдвард, когда они очутились в небольшом помещении лифта.
— Нет… спасибо, — не глядя на него, ответила Элли. Она не имела права на ошибку.
— Ради интереса, — с сарказмом произнес Эдвард. — Что ты делаешь по вечерам? — Его злило ее равнодушие.
Элли не смотрела на него, но почувствовала его настроение.
— Ничего, — тихо сказала она.
— Я понимаю. — Он ощутил себя круглым дураком, добиваясь ответа.
Переступив порог своего дома, Элли быстро зажгла в холле свет. У Тио был выходной, и дом стоял погруженным в темноту. Неожиданно она вздрогнула, но не из-за того, что замерзла, — ее охватила какая-то непонятная тревога. Сбросив накидку, она оглянулась. Ей показалось, что за ней наблюдают. Ничего не заметив, она стала спускаться в кухню, убеждая себя, что это очередные ее фантазии. Но не смогла подавить в себе чувство ужаса.
По пути она уронила тяжелую крышку кастрюли, и сердце у нее сжалось.
Преодолевая страх, она направилась к хлебнице, но остановилась. Ей померещились чьи-то шаги и, затаив дыхание, она прислушалась. Все было спокойно. Но только она принялась отрезать хлеб, крепко обхватив пальцами нож, прямо над головой снова раздались шаги. Ладони ее стали влажными.
Крадучись, она двинулась к холлу. В доме стояла мертвая тишина, и это еще сильнее пугало. Она остановилась в центре холла и вновь прислушалась, но только ее тяжелое дыхание нарушало покой. Элли повернула к гостиной, приложила к двери ухо и, едва дыша, попыталась уловить какое-нибудь движение в комнате. Потом осторожно вошла в комнату, стараясь нащупать выключатель, и вдруг закричала. Кто-то толкнул ее в бок, и, падая, она ударилась головой о край дивана. Пытаясь подняться, она услышала чей-то топот, а затем наступила тишина. Какое-то время она лежала парализованная страхом и слышала, как бьется ее сердце. Потом попыталась встать на колени. Положив голову на диван, она глубоко вздохнула, и страх начал отступать. Все еще дрожа, он забралась на диван и зажгла лампу.
Когда темнота рассеялась, она постаралась сдержать слезы, так как уже знала, что увидит. Бросив взгляд на георгианский шкаф, она мгновенно поняла, что случилось. Замок был взломан. Она встала, подошла к шкафу и заглянула в него. Все исчезло: папки, документы, блокноты — все.
Она беспомощно закрыла глаза, не зная, что предпринять. Потом медленно вернулась к дивану и села. Ну что она могла сделать? Ничего. Брайндли был прав, подумала она: Лоренцо опасен, возможно, более опасен, чем… Подавляя рыдания, она закрыла рукой рот.
Несколько минут спустя Элли набрала номер коммутатора «Хэдли Тейлор Йорк». На вызов ответил сотрудник отдела безопасности.
— Хелло, Джон. Это миссис Тейлор. У вас все в порядке?
— Все спокойно, миссис Тейлор. А как у вас?
Резкая боль пронзила ей желудок.
— Все прекрасно, Джон. Просто я оставила важные документы в кабинете, а теперь волнуюсь. Надеюсь, ты проследишь, чтобы с ними ничего не случилось. Я сейчас позвоню в фирму и попрошу их срочно прислать несколько человек тебе в помощь.
— Как скажете, миссис Тейлор. Последний работник ушел десять минут назад, так что теперь я все закрою и обойду здание.
— Хорошо, я думаю, ты справишься, пока к тебе не придет подкрепление.
Эти меры предосторожности не дадут людям Лоренцо украсть копии документов.
— Джон, оставайся там, где находишься.
— Хорошо, миссис Тейлор. Что-нибудь еще?
— Нет, это все. Спасибо. Будь очень осторожен.
— Буду. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, Джон.
Она положила трубку и принялась искать телефон фирмы, занимающейся охраной предприятий и домов. Лоренцо придет во второй раз; она была дурой, что недооценила его. Он не остановится ни перед чем, сейчас она была уверена в этом. Но и сама она не собиралась уступать. Она должна была быть готова ответить на любой удар. Он никогда не получит этих документов, так как она позаботится об их сохранности. Одного промаха достаточно — теперь она будет настороже и больше не допустит ошибки.
