Акир кон Като
Мужчина проводил взглядом резко замкнувшуюся в себе жену. Он не понимал ее, совсем. Что опять не так? Он заботился о ней, делал все, чтобы она ни в чем не нуждалась, чтобы ей ничего не угрожало. Про то, как на него влияла ее близость, и говорить не стоило. Находясь рядом с ней, практически невозможно было удержаться, чтобы не прикоснуться хотя бы кончиками пальцев. Он говорил ей, что хочет, чтобы она родила ему детей. Это ли не лучшее признание роли женщины в его жизни?
Да и его род примет девочку безоговорочно. Она человек, но она женщина, значит, многого от нее требовать и ждать не станут. Достаточно того, что она его жена и кахэто. А художники востребованы всегда, особенно такие талантливые, и он готов ей помочь творить дома, на Керакато.
А то, что она ничего не помнит…
Акир не готов был признаваться в этом даже самому себе, но он не хотел, чтобы Алеся вспомнила свою прошлую жизнь. Так – она полностью принадлежит ему. Кто знает, какой багаж остался в ее потерянном куске жизни? Семья, дом, работа, друзья… Все это будет тянуть ее назад, а он не хотел делить ее ни с кем и ни с чем. Она нужна была ему вся: до последнего вздоха, до самой потаенной мысли, да самого крошечного желания, до заветной мечты.
Он не желал, чтобы она вдруг захотела уехать на родную планету. Акир давно уже подозревал, откуда она родом. Слишком очевидным было незнание Алесей самых простых и обыденных для жителей Объединенного Союза вещей. То, как она удивлялась внешнему виду многих рас, представителей которых встретила за время их знакомства. То, как вела себя… Ее родная планета не входила в Объединенный Союз, это сомнений у командора уже не вызывало. Как и то, что только одна планета, населенная людьми, вела пока еще консервативный, по меркам галактики, образ жизни и находилась на низкой ступени развития цивилизации. Народы той планеты еще только начали осваивать ближний космос и не выбрались даже за пределы собственной Солнечной системы. Воевали в рамках своего планетарного шарика, агрессивные, бездумные, гробящие свой родной дом, загаживающие атмосферу и безостановочно черпающие подземные богатства. Точнее, они начинали осваивать космос заново…
Несчастная планета постоянно переходила из рук в руки. Прилетали одни расы, жили, деградировали и вырождались. На их место приходили другие и повторяли жизненный цикл предыдущих. На сегодняшний день потомки великих некогда народов едва поднялись до цивилизованного уровня, выкарабкавшись из очередного упадка, а сама планета, оправившись от страшной войны и выйдя и из ледникового периода, и из страшного потопа, последнее время безжалостно уничтожалась теми существами, которые на ней жили. Прошлые знания были ими утеряны и превратились в мифы. Расы перемешались между собой, создав новые виды, которые считали себя исконными жителями этого мира. А на самом деле большинство из них являлось генными модификациями рас-пришельцев и предыдущих жителей этой планеты. Тех, кто уже отжил свое и опустился до первобытного уровня.
Третья планета от звезды, находящейся в одном из удаленных от центра галактики витков спирали. На сегодняшний день там было пять материков и много-много океанов. Из космоса та планета выглядела голубой. Красивая…
С ее жителями запрещали вступать в контакт, с нее запрещали вывозить аборигенов. Слишком сильно перемешаны гены ее жителей, чистых рас почти не осталось. А в Объединенном Союзе теперь за этим строго следили и не желали, чтобы подобная участь постигла другие народы. Такие разные, такие самобытные. Все исследования, которые проводились на голубой планете, были тайными, чтобы местные народцы не сталкивались с учеными, прилетевшими изучать их. Им пытались подкидывать знания и технологии, доступные для воплощения на том уровне, на котором они находились в данный момент. Отчасти желали помочь вернуть былое могущество, но дозированно. Ведь ничем хорошим это ни разу не закончилось. Политика невмешательства…
Его народ тоже неоднократно посещал эту планету, разумеется, тайно. Случайные незначительные контакты с местным населением списывали на бред больного воображения, на то, что привиделось, почудилось. Складывалось ощущение, что местные жители вообще считают себя единственной разумной расой во всей необъятной галактике, как в своей, так и в соседних. Разубеждать их пока не спешили… Зачем? Если они ничего не помнят, не сохранили знаний о своем собственном происхождении, то нужно ли им напоминать? Пусть живут, как живут. Когда дорастут до выхода в дальний космос и смогут войти в контакт с Объединенным Союзом, тогда и видно будет.
И его Алеся наверняка оттуда, с планеты по имени Земля. Да, он не хотел, чтобы она все вспомнила. Так как никогда не сможет отпустить ее домой. Потому что не сумеет свозить ее туда даже на экскурсию, побоится, что о ее происхождении узнают и прикажут ему увезти жену обратно. Закон един для всех, так он всегда считал.
Неизвестно, каким немыслимым образом она попала к работорговцам, кто стер ей память… Будучи честным с самим собой, он признавал, что если бы она не была его женой и кахэто, то он, возможно, попытался бы помочь ей вернуться на Землю. Может, попав в знакомую обстановку, она бы все вспомнила. Он даже через свои связи попытался бы выйти на того шираки, Патагеша, чтобы узнать – где он ее нашел. Но не сейчас. Одна мысль, что Алеся покинет его, причиняла физическую боль. И пусть она думает, что он мямля, что не смог разобраться с теми продажными типами из полиции и борделя, куда ее временно поместили. Пусть! О том, что все это время данными господами занимались нанятые им специалисты, ей знать не обязательно.
Жестоко, что он не собирается говорить своей жене, что на девяносто девять процентов уверен в том, откуда она родом? Да, жестоко! Но она слишком дорога ему для того, чтобы позволить ей его покинуть. Подло? Есть такое. Но он никогда и не считал себя образцом нравственности. Ему важна она, Алеся. Ему нужно, чтобы она была с ним. И если для этого требуется молчать о своих догадках… Он ведь не обманывает ее, всего лишь не озвучивает кое-какие свои домыслы. И сильно надеется, что память к ней вернется лишь тогда, когда она завязнет в новой жизни так, что не захочет покидать его. Не станет разрушать их хрупкий мир. А для этого ей нужно дать так много, чтобы она поняла, что потерять все это ей не хочется.
Глава 27
Время исследований подошло к концу. Свернулся палаточный лагерь, отправили обратно на «Астрон» и «Грозовую птицу» оборудование и персонал. Погрузили все то, что находилось в контейнерах, хранившихся в подземной части древнего храма. С этими частичками прошлых веков родного мира ниоки предстояло работать ученым. А моим адептам – помогать им в этом.
