Все началось в конце седмицы бурь, когда в комнату доставили подарок. Недолго думая, Карен последовала рекомендации духа и отправила коробочку по обратному адресу, даже не распаковав ее. А спустя несколько часов пришло письмо, первое письмо.
«Прекрасная незнакомка!
Ваш лик столь светел, что даже Лин’Ар позавидует Вам. Золото Ваших волос заставляет стыдливо прятаться Найну. Омуты Ваших глаз полны обманчивого спокойствия, но в их глубину хочется окунаться снова и снова. Ваш стан заставляет меня трепетать от восторга! Нет, не подумайте! Ни слова пошлости! Я любуюсь Вами, как скульптор любуется идеалом, как художник восхищается картиной!
Ваши алые уста обещают мед блаженства, но мне не испить его, не испытать прохладу рук Ваших нежных, и даже Ваше имя я пока не могу узнать. Но я Ваш раб, я покорен навеки Вами…
Была бы дадена возможность мне – и я бы осыпал Вас цветами, я б услаждал Ваш слух сонетами Ленира и музыкой, достойной Аферида.
Я раб Ваш, я у Ваших ног! Молю, хоть слово дайте мне!»
Письмо, на взгляд Карен, резко обрывалось, словно кто-то или что-то помешало таинственному воздыхателю закончить его. Впрочем, девушка не могла не признать, что этот писатель заинтриговал ее. Еще никто и никогда не писал Карен таких писем. Может быть, дело бы и закончилось этим письмом, но седмица принесла сплошные разочарования. Стар после бала начал отдаляться, словно он никогда не был близок девушке по духу, словно они никогда не работали в паре и он не помогал ей во всем. Лея… после снятия груза чужой души с ней пришлось знакомиться заново! Та Лея была аккуратисткой, все вещи должны были лежать только в местах, где им положено, эта Лея придерживалась той же точки зрения, что и Карен: вещи могут лежать где угодно, главное, чтобы это было удобно и их можно было бы быстро найти. Та Лея любила покомандовать и была всезнайкой, эта знала не меньше, но с удовольствием делилась знаниями и подчинялась приказам. Та Лея с неохотой сходилась с новыми людьми, эта же за седмицу перезнакомилась чуть ли не с половиной учащихся Академии.
Но словно этого было мало, в самой пятерке начало происходить что-то неладное. Ни с того ни с сего сцепились Вир и Нейл. На боевке вроде бы им предстоял учебный бой, но выглядело все так, будто они бились не на жизнь, а на смерть.
Нет, бой был изумительно красивый, но, пока он шел, Карен забыла даже, как дышать. А еще это было очень страшно. Бой смог остановить только куратор, возникший из ниоткуда и опрокинувший на дракона и эльфа бадью ледяной воды.
В общем, к концу тихой недели пятерка почти распалась, и второму письму от таинственного воздыхателя Карен обрадовалась неимоверно.
«О, прекрасная незнакомка!
Я долго ждал от Вас хоть маленькой весточки, хоть клочка бумаги с Вашим именем, но так и не дождался! Неужели речи мои Вас обидели? Или неучтив я был? Может, я позволил себе лишнего?
О свет прекрасный! Дева златовласая! Прошу Вас, меня не томите, хоть строчку в ответ Вы пришлите!
Ваш раб».
Карен думала минуты две, потом на ее губах появилась легкая усмешка, и по обратному адресу отправилась короткая записка на белом листе с вензелем.
«Рабы не нужны. Прекрасная незнакомка».
До вечера ответа не было. Лея, вернувшаяся в тот день с занятий, странно посмотрела на Карен, но ничего не сказала. А уже перед сном, закутываясь в одеяло и отворачиваясь к стенке, демонесса заметила:
– Подарков от него не принимай. А Стар дурак.
И прежде чем Карен решила, о какой части фразы она хочет узнать больше, Лея уже уснула.
Ее совет дошел до сердца девушки, и, когда ночью, через пару дней, на столе появилось письмо и подарок, Карен отправила последний по обратному адресу.
«О свет пригожий! Я узнал за пару дней, что Вас не видел, Ваше имя. Карен… Карен. Кара небесная, обрушившаяся на меня за все мои прегрешения, ведь Вы так холодны ко мне.
Дозволите ли вы верному своему пажу называть Вас леди Карен?»
Как только девушка дочитала записку, текст в ней дрогнул, буквы перемешались и выстроились по-другому:
«О, леди Карен!
Ваш верный паж не спал две ночи и два дня, надеясь угадать с подарком! Но, увы, с него не сорвана обертка даже!
Ну почему же подарок не приняли Вы? Может быть, Вы примете цветы?»
Тогда же Карен ответила, что не примет ни цветов, ни подарков, а все, что остается «верному пажу», – это письма. В итоге завязалась переписка. Письма приходили два-три раза в день.
Девушка поежилась, порыв холодного ветра ощутимо толкнул ее в спину. Дверь открылась, на пороге возникла Лея.
– Приветик! – улыбнулась она.
– Привет.
– Ты чего такая грустная? – Демонесса, сев на подоконник, потеснила лисенка и положила голову на колени Карен.
– Не знаю, мне немножко не по себе.
– Пойдем развеемся.
– Как ты себе это представляешь?
– Очень просто. У Вира скоро свадьба, естественно, мы в списке приглашенных. Значит, нужны наряды!
– И как ты себе это представляешь? – вновь повторила Карен. – У меня нет таких вещей, которые можно было бы надеть, отправляясь в гости к эльфам. Но одновременно у меня нет денег, чтобы их приобрести!
– Вот я и говорю, – улыбнулась Лея, – развеемся. Переодевайся в рабочий костюм, а я пока тебе сказку расскажу.
– Рабочий?
– Ну да, такой облегающий, красивый, черный! – Багровые глаза плутовато блестели.
– Ты что, хочешь сказать…
– Раз нет денег, их надо заработать! – засмеялась Лея. – Собирайся!
– Ты обещала сказку! – просияла Карен, усаживая лисенка в кресло и начиная собираться.
– В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь. И была у него дочь, красавица-раскрасавица. Берег царь свое ненаглядное чадо, как мог, да не сберег. Пришел в его царство-государство злодей великий, под дланью его войско было страшное – мертвое. И украл он красавицу, украл дочь царскую, заточил ее в башню высокую, да драконов и войско свое мертвое сторожить поставил.
Натянув поверх тонкой водолазки теплый свитер, Карен уставилась с недоумением на демонессу:
– И все?
– Нет. Собрал царь молодцов удалых со всего царства-государства, злато-серебро сулил тому, кто царевну его домой вернуть сумеет! – Лея улыбнулась, заплетая волосы в косу.
– Вернули? – Карен даже не поняла, что сказка ее захватила.
– Нет. Один удалец смог выкрасть тело царевны из башни, но злодей душу девушки в камень заточил, а камень в свою сокровищницу спрятал. И какие усилия только ни предпринимались, никто не смог ни выкрасть камень, ни силой отобрать его.
– Плохая сказка, – обиженно заметила Карен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
