что она допустит чему-либо отъять свое равновесие – но Лис ведал ее и другой. Воспитанная леди Астер мастерски хранила сдержанный облик, что никак не отменяло вулканических страстей под этой бронею (побег из дома – убедительный тому пример). Юноша все еще лелеял в памяти миг, когда строгая магичка держала молнию над собою – лучшей иллюстрации ее характера не сочинить и нарочно.
– Неужто вы не забыли? – тронуто удивилась Лея. Алессан счел достаточным загадочно смолчать, не снимая лирической улыбки.
Ураган изменчивого настроения Виолы, напротив, сей миг сотворил из ее бровей и губ серьезную собранность.
– Мы подробно обсудим задачу, после чего потребуется подписать соглашение, чтобы права на ваш алфавит оставались за "Щепкой", – предупредила она. – В случае успеха передатчики нужно будет запатентовать. С конкурсом еще не все ясно, а перспективы у изобретения просто фантастические.
Мысль о патентовании затопила эйфорией. Чего стоит одна только возможность невзначай справиться у конкурента Дария, где обретается патентное бюро!
– Разработка займет немало времени, – Алессану пришлось выступить с охлаждающей репликой, поскольку, очевидно, даже Себастьян сегодня не стремился исполнить привычную роль.
Кажется, за последнее время самоуверенности в молодом Карнелисе изрядно прибыло. Завтракая, отец отрывисто упомянул, что древесник вчера без запинки переписал с коры артефакта весь код, казавшийся магам размытым шорохом. Не стоило бы давать Себастьяну зазнаться, однако его навыки теперь входят в черту интересов обоих Алвини.
Распорядительница тем временем поднимала нос все выше.
– Главнее, что мы определили цель, – заявила она и безмятежно посмотрела на брата. – В моем древеснике я ничуть не сомневаюсь.
Воодушевленная, она уже летала по комнате, едва не спотыкаясь о подушки. Будущее мнилось ей пестрым, как блики витражей на стенах.
– Сколько времени вы планируете отвести на первые пробы? – спросил хозяин. – Успеет ли обрисоваться некоторый результат к нашей следующей встрече в пятницу?
Настроенный несколько скептически, он все-таки испытывал удовольствие от того, что линия развития прожекта начерталась именно здесь, на его территории и в час его просветительской миссии. План воплощался в наилучшем виде.
– О! – Виола Базилевна вышла на, казалось бы, невозможную новую степень своего сияния. – Благодарим господина Алвини за неоценимую помощь. Если наш эксперимент покажет положительный результат, в пятницу мы вас утруждать уже не посмеем.
"То есть как?" – моргнул невидимыми глазами внутренний Алессан.
Похоже, распорядительница все еще не осознает своего счастья.
– Я стою у истоков этого амбициозного прожекта, – напомнил юный маг, еще не определившись между гневным возмущением и чарующей теплотой. – Как и обещал, я не оставлю его на половине дороги. Сколько еще предстоит решить!
Виола замерла, приосанилась и чуть склонила голову на бок.
– Вообще-то, это прожект "Чарованной щепки", Алессан Диегович, – напомнила она почти певуче. – Мастерская принадлежит брату и сестре Карнелис.
– Разумеется, – маг отступил с позиций лишь микроскопически. – Мы приведем ее к успеху вместе.
"Вместе" в данную минуту звучало несколько утопично. Лея и Себастьян молчали с большим интересом. В целом, с присутствием Алессана в прожекте они уже достаточно смирились и признавали даже преимущества, так что теперь их устраивал расклад любого толка. Виоле же приходилось бороться за каждую пядь.
Девица задумчиво закусила губу и обнаружила, что та еще хранит привкус фисташковых пирожных, столь услужливо сервированных в этом симпатичном доме.
– Ваше подкрепление может понадобится при отладке, – снизошла она, вспоминая скучнейший из этапов магразработки.
"Алессан Алвини, проверяльщик" – вообразил честолюбивый маг свой будущий послужной лист.
– Леди Карнелис изволит надо мной смеяться? – холодно изогнул он бровь.
– И в мыслях не было! – отреклась Виола. – Только в прожекте сейчас довольно специалистов: эксперт по дереву, маг широкого профиля и скромное связующее звено. Не представляю, по какой причине мы могли бы претендовать на ваше драгоценное время.
Юноша понял, что пробил час настоящих козырей – пока они не дошли еще до варианта ради вращения вокруг этой "Щепки" (и невесты) брать уроки древокода у Себастьяна.
– Как насчет той, что оружничий – мой двоюродный дядя? – прямо спросил он, злясь на себя и Виолу, принудившую его к экстренным и отнюдь не изысканным поворотам.
Удивление затронуло даже выдержанную Лею Астер. Пленный Флавий никогда не становился предметом их бесед, хотя о родстве Алвини с императрицей она была осведомлена. Возвращение же и новая должность царевича оказались ей неведомы.
Сцена общего смешения слегка сгладила настрой молодого мага.
– Я позволю ставить свое имя на титульном листе, – милостиво разрешил он, точно повторяя гуманные виолины интонации, – но только в качестве магического, а не военного консультанта.
Распорядительница сцепила зубы, оказавшись перед внезапным выбором пути. Лицо запылало, и она тихонько подшагнула к окну, чтобы скрыть гневный румянец красным пятном витражной розы.
"Щепка" собирается вести открытую игру! Ей ни к чему такие ухищрения, они даже звучат унизительно! Но так ли кристально играют прочие?
Алессан эту борьбу гордой честности раскусил за мгновение. Расслабившись, он заставил уголки своих губ вновь излучать обаяние.
– Поверьте, на суровое решение Приказа это не повлияет, – сказал он откровенно.
Девица нахмурилась непонимающе, пока Алессан продолжил:
– Зато гарантирует должное любопытство среди стопки – (холеная ладонь медленно изобразила ступеньки на каждое следующе слово) – скучнейших, однообразных, многословных описаний.
Виола вздохнула тяжко и обреченно. Хотела иметь связи в столице? Они работают примерно так.
– Я поняла вас, Алессан Диегович. Вы остаетесь магическим консультантом прожекта до полного его завершения.
Когда ищешь одно, а находишь другое
В Итирсисе: 19 мая, пятница
– Поиски уже ведутся? – с невинным светским интересом осведомился Флавий.
За минувшую седмицу оружничий проявил порядочную настырность, вероятно, отточенную в годы неволи с целью сохранения там подобия позиций. Диего не обладал привилегией игнорировать особу царской крови, так что потаенный диалог о розысках Леоноры очень скоро перерос в пустую ежедневную традицию.
– Никак нет, ваше высочество, – терпеливо сетовал он. – Еще не время, и ресурсов мне не достает катастрофически.
Флавий участливо цокал и возвращался на свое крыльцо, подразумевая повторить вопрос при ближайшем неудобном случае. Диего оставалось утешаться тем, что новые традиции для братского разлада – уже весьма солидные подвижки к лучшему.
Ему действительно было не до упрямого ребячества, пока в кадке на приказном дворе торчал опасный артефакт. После каждой ночи дежурный маг отчитывался о мирно прошедшей страже, но рано было поддаваться беспечности.
Криптографы продвинулись довольно зримо, этим утром он получил бумагу с очередным фрагментом дешифровки. Блоки магического кода обретали, наконец, логическую связность, но читалась в них только защита.
Вывод, без того очевидный, красовался на обратной стороне листа: "Кора является чарованным панцирем, необходимо снять ее, чтобы добраться до слоев другого
