— Что? Что случилось? — Подскочила я. — Они проснулись?
Смиг горестно вздохнул и повторил фразу, которую я, услышала, как мне казалось, во сне:
— Поздно. Уже поздно. Не могу не восхищаться этими гело. Они умудрились обмануть даже своих создателей!
Я ничего не могла понять, лишь вновь почувствовала, как на меня наваливается подозрительный сон. Подозрительный, потому, что нет у меня такой идиотской привычки — спать в таких ситуациях и в таких местах.
— Спать хочешь? — Спросил Аликон.
Я кивнула.
— Это всё они, гело. Они вывели систему анабиоза из строя. Здесь долго находиться нельзя — все уснём.
Ничего не понимая и даже не пытаясь понять, я покорно плелась к выходу. Ноги казалось, стали чугунными и я с большим трудом отрывала их от пола. Всё моё тело размякло, словно кусок отсыревшей туалетной бумаги, руки- ноги не слушались. Даже мысли текли как-то подозрительно вяло. Хотелось только одного — поскорее оказаться на свежем воздухе! Уже почти у самого выхода, я вновь уснула. На ходу! Такого со мной раньше никогда не было! Я почувствовала, как чьи-то руки подхватили меня и понесли куда-то.
Очнулась я только наверху. Наставники сидели рядом и во все глаза наблюдали за мной.
— Что случилось? — Спрашиваю с тревогой. — Как я могла уснуть?
— Саня, тут такое дело, — начал было объяснять мне Смиг, но его перебил Аликон.
— Видишь ли, те, кто привёз сюда гело, никак не рассчитывали на то, что эти ребята окажутся такими сообразительными. Гело вывели из строя систему анабиоза, и создатели уснули навсегда. Разбудить их теперь невозможно — слишком поздно. Система анабиоза — это слишком сложная штука. Понимаешь, если просто погрузить человека в глубокий сон, то, когда он проснётся, начнётся очень быстрое старение, как в случаях с летаргией. А в нашем случае и смерть, потому, что времени прошло слишком много. Здесь же чередуются разные фазы сна, и в итоге такого разрушительного эффекта не наблюдается. Так вот, наши шустрые гело просто врубили глубокий сон и теперь, по прошествии такого большого отрезка времени, если их сейчас разбудить, они мгновенно состарятся и умрут. То есть уснуть — уснёшь, а проснуться уже не получится. Сон, переходящий в смерть. Думаю, что таким образом гело избавились от тех, кто, по их мнению, представлял опасность. И таким образом они потерялись надолго, как и те, кого они усыпили. Гул, который ты слышала — это они для подстраховки кое-что усовершенствовали. Срабатывают датчики движения, и мгновенно включается установка искусственного сна. Это, Саня, не анабиоз, но проснуться тоже не получится, потому, что, как только ты проснёшься и пошевелишься, тут же система включится вновь, но доза усыпляющего газа повысится, и так будет продолжаться до тех пор, пока ты просто не умрёшь от передозировки. Не понимаю, как вам вообще удалось в прошлый раз выбраться отсюда!
Ай, да гело! Ай, да сукины дети! Они не могут не вызывать восхищения. Обманули своих же создателей! Обрубили все хвосты и жили себе припеваючи долгие годы, да, что там годы, тысячелетия! Чтож, и на старуху бывает проруха — нашли их всё-таки и наказали примерно. «Сколь верёвочке не виться — всё равно совьётся в плеть». Обидно даже, что такими мозгами так бездарно воспользовались. Хотя, их создатели ничем не лучше, экспериментаторы херовы! Сначала натворили дел, а потом очухались и ну исправлять. Доисправлялись, что мы теперь никак разгребстись не можем. Ну, да Бог им судья.
Мы летели довольно высоко над землёй. Холодные струи воздуха очень быстро смыли с меня последние остатки сна. Голова стала ясной, тонкой, звонкой и прозрачной. Всё казалось лёгким и простым. Сверху я, наконец-то, смогла разглядеть этот мир более подробно. И оказалось, что тот город мёртвых, который я посещала — это лишь маленький осколок большой цивилизации. Я видела разрушенные временем дороги, которые давно уже не двигались и так поросли травой, что едва угадывались, огрызки того, что когда-то было удивительными зданиями, здоровенные и безобразные громадины, подозреваю, что это какие-то заводы. Время не пощадило эту великую и одновременно чудовищную цивилизацию Ринта расправилась с врагами легко и относительно быстро, без тени сожаления, и это её законное право — на войне все средства хороши. Представляю, как мы сами смотрелись с земли! Зрелище — жутее не бывает: два человека, большущий червяк, шаровая молния, нечто отдалённо напоминающее птицу и совсем уж непонятная, расползающаяся в разные стороны, разноцветная медуза и всё это хозяйство на фоне плывущих облаков и удивительно яркого синего неба. Тот, кто сейчас смотрит вверх, наверное, решит, что сошёл с ума. Я улыбнулась сама себе. Я бы только так и подумала и никак иначе Уже дома я спросила:
— Всё это, конечно, хорошо, но что мы делать-то будем? Вы знаете, как очистить воду?
Наставники подозрительно бодрым тоном ответили почти хором:
— О, да. Здесь не будет никаких проблем! Воду надо просто заморозить до самого дна и всё. Когда она растает, то от памяти гело не останется и следа!
Не понравился мне их шустренький ответ, но лезть в голову к Наставнику, это перебор даже для такой недисциплинированной девицы, как я. И всё же, что-то тут не так.
— Всё верно, Саня, не так. Не так просто, как мы думали, — признался Смиг. То есть, заморозить воду нам труда не составит, но найти все поражённые участки и подземные хранилища…
— Хранилища-то зачем? — Начала тупить я.
— Чтобы исключить возможность повторного заражения, неужели непонятно?
Теперь понятно.
— Только. Санечка, — ласково произнёс Смиг, — этим придётся заниматься вам. Мы лишь заберём из хранилища знаний все кристаллы и покинем Ринту. А вам надо будет завершить свою работу.
Надо было видеть лицо Ирфа! Он весь позеленел от злости, затрясся, сжал кулаки, но нападать не решился.
— Наставники, это нечестно! — Вырвалось у Ари. — Мы здесь уже давно. Подумайте сами, как нам найти всю эту спрятанную под землёй память? Это нереально! Нас ведь всего четверо! Да, мы можем просканировать всю планету, но, сколько на это уйдёт времени? Вечность! Я домой уже хочу.
Впервые я видела Ари такой расстроенной. Ей до чёртиков надоела эта планета и все её обитатели! Причём обитатели особенно, сомневаюсь, что она так быстро забыла смерть Дра-Гамма.
— Придумаете что-нибудь, — равнодушно ответил Аликон, а Смиг лишь пожал плечами.
И только мы с Софом не очень-то огорчились, потому, что ни он, ни я не спешили покидать это место. И причины у нас были веские, как мне кажется. Я поймала благодарный взгляд Софа и скромно опустила глаза, дескать, знаю, что я умница, можешь мне этого не говорить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
