— В Танцующей школе сто обученных гладиаторов. Любой новобранец стоит двух солдат, которые присягнут Омеркану. Последний из ветеранов — пяти. В Королевской школе триста закаленных ареной бойцов. Всего в Церрукане порядка пятидесяти крупных и мелких школ. Сколько насчитывает церруканская армия?
— Включая городскую стражу, примерно пять тысяч, — Анира нахмурилась, между красиво изогнутыми бровями залегла глубокая складка. — Куда ты клонишь? Гладиаторы — рабы и сражаются только на арене.
— За что?
Анира задумчиво покачала головой:
— О чем ты? — Похоже, она забыла про десять секунд.
— За что они сражаются?
Принцесса презрительно фыркнула:
— Они — обесчещенные! Их гонит в бой плеть и приказ мясника!
— Это верно. Но многие из них никогда бы не принесли клятву гладиатора, если бы не одно обещание, одна надежда.
— Деньги? — сморщила носик Анира. Кай покачал головой:
— Свобода. Эти люди пойдут за тем, кто даст им свободу.
Принцесса откинулась в кресле и прикрыла глаза. Несколько мгновений она сидела без движения, только вздымалось и опадало атласное покрывало на груди. Внезапно она распахнула глаза. Зрачки светились в полумраке, как раскаленные угли:
— Это безумие. Допустим, рабы Скавра послушают тебя. Но как насчет других школ? Королевская подчиняется Омеркану напрямую…
— И гладиаторы презирают принца за истеричность и слабость к мальчикам, — быстро закончил за Аниру Аджакти. — Конечно, на организацию потребуется время, и его у нас немного. Все должно завершиться до прихода весны и открытия караванных путей — тогда Омеркану будет неоткуда получить поддержку. Зима — время дворцовых переворотов.
Анира смотрела на него так, будто пыталась заглянуть в самые дальние уголки души и убедиться, что там не притаилась измена. Наконец она порывисто поднялась на ноги, подошла к кувшину с водой и отпила прямо из горлышка. Обернувшись к Аджакти, принцесса смерила его взглядом с головы до пят, будто пыталась определить ему цену:
— Что ты за это хочешь?
— Свободу, — твердо ответил Кай. — Для всех выживших гладиаторов. Безоговорочно и сразу, как только Луноподобная взойдет на престол.
Анира качнула рукой, прислушиваясь к плеску оставшейся в кувшине воды.
— Мало захватить власть, надо еще ее удержать. Как я это сделаю без одной опоры?
Аджакти усмехнулся:
— Кто лучше служит охотнику? Сокол, запертый в клетке или взлетающий с его руки?
Принцесса кивнула, но Кай еще не закончил:
— Горец. Он должен остаться в живых.
Брови Аниры удивленно взлетели, а потом сошлись на переносице:
— А ты упрямый! Да кто он такой, этот несчастный идиот, что ты ради него готов рискнуть всем?
Аджакти спокойно ответил:
— Мой друг, — и, следуя внезапному наитию, добавил: — Тот, кто возглавит бунт гладиаторов.
Принцесса поставила полупустой кувшин на изящный столик. Рука ее дрогнула, и дерево издало глухой, неловкий звук.
— Ты что, уже говорил об этом с… как его… Горцем? — Глаза настороженно следили за Аджакти из-под длинных ресниц.
— Нет, — признался Кай. — Но парень — прирожденный лидер, у него дар сплачивать людей и вести за собой, к тому же он бредит свободой.
— Вот именно! — наставила Анира тонкий пальчик в его грудь. — Он бредит! Кидается, как бешеный, на гайенов, плюет на церруканские законы… — Принцесса остановилась на полуслове, удивленно приоткрыв рот. Аджакти позволил уголкам губ расползтись в ухмылке:
— Вот именно, — повторил он слова девушки. — Идеальное качество для предводителя бунтовщиков, не так ли?
Принцесса сжала губы в тонкую ниточку и прищурилась:
— Значит, мой думающий раб уже заочно распределил роли в этом спектакле? Может, и мои реплики уже расписаны заранее? Так вот, — девушка решительно прошла мимо Аджакти и уселась на край кровати, — я тебя удивлю. Твоему дикарю-протеже придется самому разбираться с капитаном гайенов. Да-да, Шазия поведала о планах Скавра. Пусть северянин докажет, что достоин отведенной ему роли.
Аджакти отчаянно тряхнул головой:
— Значит, ты знаешь, что поединок будет на рассвете? Луноподобная, мне необходимо быть там!
Анира раздраженно пнула мех ковра и фыркнула:
— Зачем? Чтобы наделать еще больше глупостей? Нет, ты останешься здесь, — она похлопала по перине рядом с собой. — У тебя есть незаконченная работа.
— А у Луноподобной — будущее, написанное на воде! — По какой-то причине слова Аджакти попали прямо в цель — принцесса вздрогнула, румянец на щеках побледнел. Он поспешил развить успех: — Жизнь Горца — это волосок той кисти, которая выводит узор.
Несколько долгих мгновений принцесса сидела с неподвижным взглядом, устремленным куда-то мимо Кая — будто за его спиной парил призрак, видимый только ей одной. Наконец жизнь вернулась в ее глаза, янтарь блеснул под дрогнувшими ресницами:
— Хорошо. Иди. Прямо сейчас я не хочу тебя больше видеть. Через полмесяца у меня должен быть подробный план и список того, что понадобится для его осуществления. Я запрещаю тебе называть мое имя, даже шепотом и во сне — шпионы брата повсюду.
Аджакти подобрал с полу свой плащ и шагнул к двери в сад.
— Молись Иш-таб, Луноподобная, — бросил он через плечо. — Молись, чтобы «собачья» голова сегодня залилась кровью.
Глава 12
Свобода
В казармах Танцующей школы царила полная тишина. До рассвета оставалось еще несколько часов, и усталые гладиаторы спали мертвым сном. Аджакти собирался предаться тому же занятию — утром он хотел быть свежим. Ладонь уже легла на ручку двери, ведущей в их с Токе каморку, когда до его слуха донеслись слабые звуки. Шепот, шорохи, хихиканье — все это шло изнутри. «Щекочут его там, что ли?» Кай навострил уши. Смешки сменились приглушенными, будто через подушку, стонами. Теперь он разобрал, что голосов было два, один принадлежал Горцу, а вот второй…
Аджакти бесшумно убрал руку и сделал шаг назад. Несколько мгновений он пялился на закрытую дверь, соображая. «Вот так всегда. Вылезаешь из-под бока принцессы, тащишься по морозу через весь город — все, чтобы позаботиться о больном друге! А о нем тут уже и так вовсю заботятся. — Кай усмехнулся в темноту. — А Токе-то какой шустрый! Видно, решил последовать моему совету, не откладывая, даже рана ему не помеха. Или это Тигровая проявила инициативу?» Он пожал плечами и направился по галерее к общему залу. На крыше заседать сегодня было холодновато.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
