Сергей Иванович Куликов представлен к ордену Красного Знамени. А вот еще один наградной лист на С. И. Куликова — теперь уже он представляется к званию Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали Золотая Звезда. К званию Героя Советского Союза представлены Иван Федорович Андреев, Михаил Васильевич Симонов, Иван Федорович Матвеев, Гавриил Васильевич Лепехин, Юрий Николаевич Петелин, Сергей Михайлович Романов, Федор Федорович Степанов, Алексей Дмитриевич Гаранин…
Сколько их, наградных листов, — не счесть! И за каждым наш современник, человек героического характера и героической биографии. Есть среди наградных листов и особо примечательные. Командир звена капитан Александр Кузьмич Кувшинов представлялся к ордену Ленина. Представление подписано командованием полка и одобрено вышестоящими начальниками. А вот заключение Военного совета АДД: «Достоин высшей правительственной награды — Герой Советского Союза». И летчик Кувшинов Указом Президиума Верховного Совета СССР от 20 июня 1942 года был удостоен этого звания. Василий Александрович Борисов представлялся к ордену Отечественной войны 1-й степени. Как и в случае с Кувшиновым, представление это тоже было подписано и одобрено. Военный совет АДД, ознакомившись с боевой работой Борисова, решил, что он заслуживает звания Героя Советского Союза, и он был удостоен Золотой Звезды. Валентин Егорович Ситнов, Борис Ермилович Тихомолов, Яков Иванович Пляшечник представлялись к ордену Красного Знамени. Всем троим присвоено звание Героя Советского Союза.
В кратком изложении боевого подвига Я. И. Пляшечника говорится: «С 20.2 на 21.2. 42 г. — выброска десанта корпуса генерала Левашева в районе д. Луги — корабль тов. Пляшечника был атакован при подходе к цели двумя ночными истребителями „Ме-110“. С первой атаки был убит воздушный стрелок в носовой рубке, тяжело ранен помощник бортового техника. В последующих атаках был выведен из строя один мотор и загорелись бензиновые баки. Несмотря на создавшиеся тяжелые условия полета, товарищ Пляшечник проявил исключительное мужество и патриотизм… Задание было выполнено, и десант был выброшен в назначенное место. Одновременно с выброской десанта были приняты все меры к тушению пожара на корабле. [241] Несмотря на бушевавший огонь на левой плоскости, тов. Пляшечник уверенно вел корабль на свою территорию и заявил: „Лучше сгореть в воздухе, нежели садиться на территории противника“. В тяжелой обстановке тов. Пляшечник пролетел на горящем самолете более 100 километров над территорией противника, посадку произвел на своей территории… Посадка произошла благополучно, сохранен экипаж и самолет».
К марту на счету Пляшечника было уже 74 вылета на бомбометание по аэродромам, переправам, скоплениям танков и живой силы противника, а также с выброской десантов, грузов и листовок. И неудивительно, что под представлением этого замечательного летчика к ордену Красного Знамени Военный совет АДД, записал: «Достоин высшей правительственной награды — звания Героя Советского Союза».
Листаю архивные документы, пожелтевшие страницы газет, старые наградные листы с фамилиями наших летчиков, штурманов, стрелков и стрелков-радистов и словно воочию вижу погибшего в бою Героя Советского Союза красавца капитана Даньшина и ныне здравствующего дважды Героя Советского Союза генерал-лейтенанта авиации Александра Молодчего… Вижу их мужественные, опаленные испытаниями войны лица. Их, живых и мертвых, память воскрешает молодыми. И хочется, чтобы новые поколения нашей молодежи узнали о них как можно больше, запомнили их имена. Русские, украинцы, белорусы, казахи, грузины — представители почти всех народов нашей Родины, они проявляли чудеса героизма в самый тяжелый период войны.
Я верю, что когда-нибудь в Москве будет сооружен монументальный памятник советскому летчику. И будет он олицетворять собой героизм всех поколений наших славных авиаторов. К подножию этого памятника люди будут приносить цветы — дань безмерного уважения к памяти тех, кто в грозовом военном небе заслонил, защитил Родину своими могучими крыльями. Среди них были и Михаил Угрюмов, и Владимир Мачеидзе, и Алексей Рогов, один из первых в дальней авиации Героев Советского Союза…
Встают и встают перед глазами мои боевые товарищи. Тогда, в войну, мы все были равны перед лицом опасности — от рядового пилота до командующего. Служба в авиации сплачивает людей особенно крепко. Об этом очень точно сказал в одном из своих стихотворений молодой поэт и авиатор Феликс Чуев: [242]
У летчиков все звания равны,На летном поле мало козыряют,А в воздухе погоны не нужны —У летчиков и маршалы летают.
Помощь народным мстителям
Все шире развертывались боевые действия наших партизан в тылу врага. Стихийно возникали партизанские группы и отряды, их боевая работа требовала организованного руководства и управления. Во главе этого важного дела, главнокомандующим всем партизанским движением в нашей стране был поставлен Климент Ефремович Ворошилов, а начальником Центрального штаба партизанского движения — первый секретарь ЦК КП(б) Белоруссии Пантелеймон Кондратьевич Пономаренко[86], человек весьма энергичный, как мне довелось убедиться в дальнейшем, с широким кругозором. Общение с ним было чрезвычайно полезным, расширяло границы познания.
Как-то И. В. Сталин сказал мне, что Авиации дальнего действия нужно взять на себя планомерное обеспечение боевых действий партизан и что этот вопрос нужно включить в повседневную боевую деятельность АДД.
— Потребности партизан в помощи авиации будут большие, — продолжил он, — но полностью обеспечить все эти потребности, конечно, невозможно, ибо в ущерб основной деятельности АДД, это делать нельзя. Держите нас все время в курсе партизанских вопросов и, если будут возникать трудности, советуйтесь. Связь по всем делам держите с Ворошиловым и Пономаренко.
Здесь мне хотелось бы остановиться, очень коротко, на партизанском движении и его «удельном весе» во время войны. Надо сказать, в оценке партизанского движения имеются разные мнения. Некоторые товарищи, имевшие прямое отношение к боевым действиям партизан, считают, что оно имело исключительное значение во время войны для боевых действий наших фронтов; другие, которые не имели прямого отношения к партизанскому движению, наоборот, рассматривают его как не имевшее какого-либо особого значения в войне.
По роду службы мне довелось соприкасаться с партизанским движением с самого его начала и до конца и, естественно, присутствовать при решении многих вопросов И. В. Сталиным и К. Е. Ворошиловым. Партизанское движение всячески поощрялось. Были проведены большие мероприятия по расширению, популяризации и руководству этим движением.
