Тренировки, лекции, практические занятия — всё шло своим чередом. Иногда большая компания собиралась в полукруглой комнате потанцевать или поиграть в карты. Тогда к ним забегали и Вирсавия с Сантиэль, отдыхая от правил этикета. Сюда не заглядывали другие адепты, крыло по-прежнему пользовалось самой дурной славой, и магистры Академии усиленно поддерживали это мнение. Так было проще следить за студентами. Попавшие же в эту часть общежития оставались без присмотра, следящие системы там почему-то не выдерживали и с завидной настойчивостью перегорали.
Прошла осень, уже затянуло льдом реки и озёра. В воздухе кружился снег, закрывая землю белым покрывалом. Приближались зимняя сессия, зимний бал и зимняя практика. Зимней сессии Лена не боялась, хранительница исправно переправляла ей в память содержимое учебников по всем предметам. От зимнего бала она отказалась сразу же, несмотря на все уговоры и демонстративные стояния на коленях. Гримэр демонстративно хмурился. Истовая любительница танцев увядала на глазах. Его попытки поговорить и прояснить причины, тоже ни к чему не приводили. Правда, когда они оказывались вдвоём в блоке, всё это состояние мгновенно слетало, уступая место сосредоточенности. Необходимо было довести игру до конца.
Экзамены девушка сдала сразу же, исправно отбарабанив вопросы по учебникам, крепко засевшим в голове. Практические задания тоже не представляли сложности. А вот с настроением дело обстояло всё хуже и хуже. На вечеринки она появлялась, поддерживала и разговоры, и танцы, и карты. Но вся компания отчётливо понимала, что весь этот интерес наигранный, и думы адептки витают совсем далеко, уводя её от реальности.
Напрасно принцы надеялись, что Верли передумает и пойдёт на бал. Всё это время она просидела у себя в комнате, почти не обращая внимания на л'Эста и не реагируя на вызовы хранительницы. А ночью плакала в подушку, зажимая себе рот, чтобы никто не услышал. Это не помогало, напарник, находящийся через стену всё равно всё чувствовал и мрачнел с каждым днём всё сильнее. Это его состояние тоже не осталось незамеченным для других адептов, и однажды в коридоре его остановила черноволосая девушка, поймав за руку. С сочувствующим выражением лица, она искренне пыталась расспросить сумеречного мага о причинах такого непонятного настроения. Он отговорился тем, что обеспокоен нездоровьем своей подопечной и ушёл. Игра продолжалась…
Через пару дней после бала началось распределение на зимнюю практику. Адептов раскидали по мелким группам. Запросов от Ковена пока не поступало. Везде было тихо. А там, где появлялась нечисть, вполне справлялись сами селяне или заезжие охотники. Гримэра оставляли в академии. Лену отправили охранять караван, везущий лекарства в горную область, где располагались храмы, и дали ей в напарники Тшех'ка. Энейя сдержала своё слово. Сумеречник попробовал считать варианты развития будущего, но всё оказалось безопасно и спокойно, только нудно и холодно, — всё-таки стояла зима.
Рано утром, собрав вещи, девушка стояла около академии, ожидая нового напарника. Вампир был явно не в духе, невнятно буркнув приветствие. Представители из горных посёлков уже закончили упаковывать лекарства, артефакты и травы. Шестнадцать невысоких лошадок везли тюки, а все сопровождающие должны были идти пешком. Неделя туда, чуть больше недели оттуда. Лена вздохнула. Последнее время ей было всё равно. Возможно, эта неожиданная прогулка помогла бы ей развеяться и хоть немного прийти в себя. Проводник помахал рукой, и они отправились в путь. Сначала, по городу, потом по обводной дороге, ведущей к горам..
Мороз за городом крепчал. Яркое солнце заискрилось в снегу. Увязая почти по колено, караван неторопливо брёл по направлению к ближайшей горной цепи. Тшех'ка пытался прочитать мысли по лицу девушки, но натыкался на полное безразличие. Она просто шла вперёд, машинально и ни о чём не думая, как механическая кукла. Ближе к ночи, начали устраиваться на первый привал. Походив в лесу, адептка вернулась с хорошей охапкой хвороста. Наследник попытался ей помочь, но Лена просто не обратила на него внимания, будто рядом с ней было пустое место. Костёр весело запылал, раскидывая искры. Проводники поставили четыре палатки и предложили одну студентам-охранникам. Вампир воспрял духом. Всё-таки ночёвка вместе могла помочь прояснить ситуацию и пойти на пользу в восстановлении отношений.
— Лена, идём отдыхать. Завтра вставать рано, нужно успеть выспаться.
— Ложись Тшех, я пока посижу около огня.
Принц расстелил шкуру, кинул сумки под голову, но, не дождавшись девушки, уснул. Наутро он обнаружил её съёжившейся около догоревшего костра, полузасыпанную снегом.
Вампир чувствовал себя виноватым. Может, ей вообще противно находиться рядом с ним, и она предпочитает скорее замёрзнуть, чем разместиться в палатке вдвоём. Это ему совершенно не нравилось, и в душе он начал ругать Энейю, которая не смогла этого предусмотреть. На следующую ночь принц предложил ей ночевать в укрытии без него, чтобы спастись хотя бы от пронизывающего ветра. Лена подняла на него совершенно пустые, ничего не выражающие, глаза и отказалась. Каждую ночь девушка засыпала прямо на снегу, почти ничего не ела, односложно отвечала на вопросы. В общем, совсем не была на себя похожа, так бледное внешнее подобие, оставшееся от прежней шустрой Верли.
По горам идти оказалось не так тяжело. Лошадки бодро цокали по камням подкованными копытами с небольшими шипами. Теперь уже привала не предвиделось. К вечеру караван должен был дойти до нужного посёлка. Их работа по сопровождению заканчивалась.
Когда почти совсем стемнело, вереница вошла в ворота храмового комплекса. Тшех’ка покрутил головой по сторонам, где-то, совсем рядом должен быть храм богини обещаний. Он и впрямь оказался недалеко. Внушительное здание с колоннами и тяжёлой дверью производило впечатление весьма ухоженного места. Наверное, его посещало достаточное количество паломников, жаждущих о чём-то попросить и предложить взамен обет или подношение.
— Лен, идём, посмотрим, — вампир потянул Верли за руку. Безразлично переставляя ноги, она пошла за ним, не поднимая глаз от заснеженной дорожки.
В храме перед изваянием богини в чаше горел огонь, отбрасывая причудливые тени на стены. Сюда не задувал ветер, и было значительно теплее. Принц подвёл девушку к чаше и достал браслеты, которые ему перед самым выходом на практику принесла Энейя.
— Протяни руки, — тихо попросил он, внутренне замирая от нахлынувшего отчаяния.
Лена молча повиновалась. В её глазах не появилось ничего, бессловесная и покорная, абсолютно равнодушная к происходящему.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
