Отказ защищать свое отечество в условиях войны всегда рассматривалось как тягчайшее преступление, дело по которому, по крайней мере, в нашей стране направляли немедленно в военный трибунал, без всяких перспектив на помилование так называемых отказников.
Однако в условиях, когда немцы рвались к Сталинграду, попытки заставить воевать с Гитлером поляков армии Андерса, а, тем более, применять к ним «воспитательные» меры, несмотря на всю подлость и преступность их поведения, – было невозможно без риска потерять наших так называемых союзников США и Англию, покровителей польского правительства в эмиграции. Хотя в то время пользы от таких союзников было не больше, чем от козла молока.
Однако для И. В. Сталина в то время несопоставимо важнее было исключить возможность перехода наших союзников в лагерь гитлеровской Германии, что далеко не исключалось. Именно на это надеялся, и к чему до последней минуты своей жизни стремился Гитлер.
Так или иначе, но созданная на территории Советского Союза польская армия генерала Андерса, будучи формально нашим союзником, отказалась в самое трудный для нас период Великой Отечественной войны воевать с немцами. Поляки, как и прочие наши союзники, переложили всю тяжесть борьбы с нашим общим противником, гитлеровской Германией и ее сателлитами, на плечи советского народа. Умные, однако…
Именно подобные, явно антисоветские устремления «лондонского» польского эмиграционного правительства вынудили СССР несколько позже создать из поляков – патриотов еще одно правительство Польши, «люблинское», которое в тесном сотрудничестве с советским народом решало все вопросы борьбы с немецкими оккупантами. В этих целях с помощью Советского Союза было создано новое польское воинское формирование – Войско Польское, которое принимало непосредственное участие в борьбе с немецко – фашистскими захватчиками в Белоруссии, а также на следующих этапах Великой Отечественной войны, вплоть до дня Великой Победы.
Вместе с тем, даже тогда, когда советские войска, в составе 1, 2 и 3–го Белорусских и 1–го Прибалтийского фронтов в конце июня 1944 г. начали одну из крупнейших военных операций Второй мировой войны, Белорусскую стратегическую наступательную операцию, в результате которой была разгромлена сильнейшая группировка Гитлера, группа немецких армий «Центр», – «лондонское» польское правительство затеяло одну из подлейших провокаций этой войны.
В самый неподходящий момент, когда советские войска после 40 суток непрерывных и тяжелых боев прошли от 600 до 700 км, и, напрягая последние силы, заняли правый берег Вислы, эмигрантское правительство Польши дает команду подчиненной ей Армии Крайовой – 1 августа 1944 г. поднять восстание в Варшаве.
Хотя Красной Армии до занятия Варшавы оставалось преодолеть несколько сот метров Вислы, этой достаточно полноводной реки, однако обессиленные в предыдущих боях советские войска не могли с ходу преодолеть такую мощную водную преграду.
К этому времени советские войска разгромили 17 дивизий и три бригады противника, а 50 немецких дивизий потеряли более половины своего состава. Несмотря на тяжелое поражение, немцы продолжали оказывать ожесточенное сопротивление. В ходе Белорусской стратегической наступательной операции людские потери (безвозвратные и санитарные) советских войск были также достаточно большими – 765 815 военнослужащих. Потери 1–й армии Войска Польского в этой операции составили 5073 человека.
К тому же, к 1 августа 1944 г. немецкое командование для стабилизации линии фронта успело перебросить с других участков советско – германского фронта, в том числе с запада, 46 дивизий и четыре бригады.
В создавшихся условиях, несмотря на близость Варшавы, форсирование Вислы и освобождение польской столицы требовали основательной подготовки. Преждевременный штурм Варшавы нашими войсками закончился бы безрезультатно и, несомненно, с огромными потерями Красной Армии.
Вместе с тем все эти обстоятельства мало волновали польское эмигрантское правительство и тех, у кого они были на содержании – США и Англию. Самое главное для этих деятелей было: первыми за отступающими немцами оказаться в Варшаве. Тогда, как они рассчитывали, освобожденная от немцев советскими войсками Польша станет прозападным «свободным» государством, без коммунистов. Таким образом, это восстание, с военной точки зрения, было направлено против немцев, а с политической – против освободителя Польши, Советского Союза.
При этом наши так называемые союзники не посчитали нужным не то что согласовать с И. В. Сталиным свои действия, но даже предупредить его о начале восстания в Варшаве. В этих условиях с большим оптимизмом, не дождавшись форсирования Вислы советскими войсками, армия Крайова начала восстание.
Вместе с тем желания «лондонцев» и их шефов сильно расходились с их возможностями. Несмотря на приличную численность (около 40 тысяч бойцов – примерно в два раза больше, чем немецкий гарнизон Варшавы), армия Крайова ни по вооружению, ни, особенно, по выучке, как говорится, и в подметки не годилась немецким войскам. Катастрофа была неизбежна. Подошедшие полевые части немецкой армии огнем тяжелой артиллерии, танков и авиации начали уничтожать все подряд, дом за домом. Преждевременное выступление поляков было утоплено в крови восставших, 150 тысяч варшавян, с учетом гражданского населения, были убиты.
Остатки армии Крайовой, во главе с ее главнокомандующим генералом Бур – Комаровским, 2 октября 1944 г., вместо того чтобы пробиваться на соединение с Красной Армией, согласились сдаться в плен немцам, правда, на почетных условиях, под контролем Международного Красного Креста.
Столица Польши на этот раз немцами была основательно разрушена. В отличие от, например, Сталинграда или Севастополя, в Варшаве в 1944 г. было что разрушать. Поскольку в сентябре 1939 г. польский гарнизон Варшавы, численностью около 100 тысяч солдат и 5 тысяч офицеров, сдал свою столицу немецким войскам без особого сопротивления, поэтому этот древний город до начала восстания, то есть до 1 августа 1944 г., оставался практически целым.
Таким образом, попытка польского эмигрантского правительства и наших союзников таким оригинальным способом: руками и кровью советских солдат захватить власть в Польше – на чужом горбу въехать в рай – окончилась неудачно.
И. В. Сталин на данную провокацию не поддался. Он запретил форсировать Вислу без должной подготовки, за что наши союзники, особенно Черчилль и, естественно, новый глава польского правительства в эмиграции С. Миколайчик, сменивший погибшего в авиакатастрофе В. Сикорского, сильно обиделись. Мол, не позволил им руководитель нашей страны себя одурачить.
Именно после этого восстания так называемый «польский вопрос», точнее – вопрос власти в Польше, стал «яблоком раздора» между государствами, входящими в антигитлеровскую коалицию. Отношения между союзниками: Советским Союзом, США и Англии к концу войны стали резко ухудшаться. Конечно, это была не причина, а только – повод. Но ведь и поводы были нужны нашим союзникам, чтобы скрыть истинные причины своих намерений и действий.
Попытки воссоздать Польшу как «свободное» государство, без коммунистов, не раз предпринимались нашими союзниками, в том числе все тем же Черчиллем на конференции в Ялте, проходившей в феврале 1945 г. Тогда на очередные упреки в адрес Советского Союза, в «неправильном» поведении в отношении Польши, английский премьер получил очень убедительное разъяснение от И. В. Сталина (по записи стенографиста):
«Сталин говорит, что, как только что заявил Черчилль, вопрос о Польше для британского правительства является вопросом чести. Сталину это понятно. Со своей стороны, однако, он должен сказать, что для русских вопрос о Польше является не только вопросом чести, но также вопросом безопасности.
… Дело не только в том, что Польша – пограничная с нами страна. Это, конечно, имеет значение, но суть проблемы гораздо глубже. На протяжении истории Польша всегда была коридором, через который проходил враг, нападающий на Россию. Достаточно вспомнить хотя бы последние тридцать лет: в течение этого периода немцы два раза прошли через Польшу, чтобы атаковать нашу страну. Почему враги до сих пор так легко проходили через Польшу? Прежде всего, потому, что Польша была слаба. Польский коридор не может быть закрыт механически извне только русскими силами. Он может быть надежно закрыт только изнутри собственными силами Польши. Для этого нужно, чтобы Польша была сильна. Вот почему Советский Союз заинтересован в создании мощной, свободной и независимой Польши. Вопрос о Польше – это вопрос жизни и смерти для Советского государства».
Вот нам, уважаемый читатель, пример ответа, – кстати сказать, весьма опытным в политических делах своим оппонентам – политического гиганта И. В. Сталина, который, как мы убеждаемся и сегодня, предвидел ход мировых событий на многие десятилетия и даже на столетия, делая все для обеспечения безопасности нашей страны.
