Ада словно бы разбудила в ней материнские чувства: казалось, на всем свете нет никого милей и трогательней.
«Если нам немного повезет... Если Гару забудет свою принцессу ради этой конопатой девочки... Может, тогда и моя ревность к Цуде понемногу утихнет...»
С помощью «волшебной шкатулки для бесед по воздуху» Ясуко позвонила Ямасито и договорилась о встрече на завтра. Пора было произвести разведку в стане противника.
Кондо был занят, так что увидеть Гару не удалось. Зато творение Ямаситы не могло не радовать. Ясуко приободрилась: вот это удача — то есть тьфу — неудача!
Похоже, Ямасита напутал последовательность — краска легла неровно, кожа Корин погрубела, стала шероховатой. Элегантное платье с пышной драпировкой погибло под толстым слоем неразбавленной синей краски, которая вдобавок и кожу заляпала. А уж глаза были раскрашены настолько небрежно, что Ясуко с трудом узнала созданный ею образ. Брови кривые, а рисуя ресницы, Ямасита отделался тремя жирненькими полосочками — и так сойдет.
При виде Ясуко Корин спряталась за спину Ямасито, дрожа от страха. Все-таки настоящая принцесса, в этом ей не откажешь. Но при такой внешности даже изысканные манеры не спасали положения.
— Я тоже выбрал характер из середины сценария. Теперь она каждый день ноет, где же, мол, ее рыцарь, почему не едет ее спасать. Достала. Еще и плакать повадилась. Слез-то у нее, конечно, нет. Так, скулит потихоньку.
Ямасита развлекался тем, что кончиком кисточки ставил Корин подножки и смотрел, как она плюхается на стол. Кондо, по-видимому, все еще возится с драконом, потому и не смог прийти. Модель дракона была намного крупнее остальных, и питательный раствор впитывался куда медленнее, так что Кондо только вчера удалось приступить к покраске.
— Но принц-то у него уже готов, так что давай пока сведем вместе всех троих.
— Ладно.
С такой соперницей Аде бояться нечего. Она будет счастлива.
Вечером Ясуко вернулась домой, как на крыльях.
В комнате по-прежнему горел ночник, оставленный перед ее уходом. Ада бубнила что-то себе под нос.
— Привет, Ясуко. Какая ты сегодня веселая.
— Да это же мой учебник! Ты что, китайские стихи читаешь?!
— Так мне же нечем было заняться. Открыла наугад — а тут такая красота.— А-а-а...
Согласно установкам программы, Ада была толковой девушкой, даром что никогда не училась в школе.
— Давай-ка лучше приведем тебя в порядок. Завтра ты сможешь встретиться с Гару.
— Правда?!
Ада вскочила как ужаленная.
— И это еще не все. С Гару в человеческом облике.
— Ах, вот как, — маленькие ладошки взметнулись к груди. — Выходит, он уже спас принцессу Корин? Они ведь уже вместе, так?
— Не бойся. Видела я сегодня эту принцессу, уродина, каких поискать. Ты в тысячу раз лучше. Стоит Гару увидеть вас рядом, и он сам все поймет. У Корин не останется никаких шансов.
Ясуко легонько погладила Аду по голове.
— Если бы...
— Да поверь ты в себя, наконец! Ладно, пора нам заняться маникюром.
Ада послушно положила обе руки на вытянутый палец Ясуко. Глядя, как добрая великанша тонкой кисточкой накладывает розовый лак на ее ноготки, Ада несколько раз порывалась что-то сказать, но слова так и не выплеснулись наружу.
— Мне даже не пришлось укреплять крылья, обошелся без латунной проволки. И шкура у него — что надо. Добавил светотени сухой кисточкой — получилось просто супер. Вообще-то я хотел еще и перламутром подкрасить, вот только не знал, подойдет ли мой обычный, так что решил лучше не рисковать.
Ясуко вошла в комнату Кондо как раз в тот момент, когда они увлеченно переговаривались с Ямасито. Журнал о сборке моделей сделал свое дело — Ясуко уже достаточно освоила их тарабарское наречие, чтобы сообразить, о чем речь.
Дождавшись, пока Ясуко протиснется в узкую щель между стопками книг, Ямасита поторопил их:
— Ну все, пора. Давайте начнем с Кондо.
Бормоча извинения по поводу недоделанной модели дракона, Кондо открыл фирменную коробку. Оттуда проворно выскочил принц.
— Ого, вот это класс...
— А вы как думали? — Кондо так и сиял. Кожа Гару отливала бронзовым загаром, придававшим ему мужественный вид. Принц немного не дотягивал до того писаного красавца, каким его изобразила Ясуко, но все было сделано с присущей Кондо основательностью. Чуть неряшливая раскраска искупалась игрой светотени, создававшей иллюзию трехмерности. Ясуко поймала себя на мысли, что принц напоминает ей Дои. Впрочем, что же тут удивительного, ведь это она рисовала эскизы...
В накинутом на плечи грубом плаще принц выглядел настоящим воякой. Бесстрашно глядя на троих великанов, он обнажил меч.
— Ого, у него и меч из ножен вытаскивается, ничего себе! Как ты это сделал?
— Что, нравится? У оловянного солдатика одолжил.
Ясуко бережно достала «Деревенскую девчонку» из тростниковой корзинки.
— Ну вот и Ада... Все, уже можно, извини, что засунула тебя сюда.
У мальчишек вырвался дружный вздох восхищения. Но Гару и бровью не повел. Немного озадаченно он разглядывал красавицу Аду.
— Ада, если не ошибаюсь? — произнес хорошо поставленный голос Канэо Сиродзавы, актера, озвучивавшего персонаж. Гару вложил меч в ножны и неторопливо подошел к девушке.
— Гару... Ваше Высочество, — голосок Ады едва заметно подрагивал.
Для трех собравшихся великанов герой, молодцевато вышагивающий между соломинками истертых татами, представлял собой весьма комичное зрелище. Но Аде должно было казаться, будто он ступает по равнине среди стеблей золотой травы. Она во все глаза смотрела на юношу, а потом застыла в глубоком поклоне, пытаясь скрыть обуревавшие ее чувства.
— Ваше Высочество, позвольте поздравить вас с избавлением от злых чар.
Все шло в точности по сценарию. Гару-дракон был для Ады самым родным существом. Но сердце прекрасного принца принадлежало, увы, не ей. Так что прежняя беззаботная болтушка теперь изо всех сил старалась ни на йоту не отойти от этикета. Так она напоминала себе, что принц ей неровня.
— Спасибо, — приветливо улыбнулся Гару. — Все благодаря тебе.
По программе принц должен был помнить о том, что своим спасением он обязан Аде. Но самой Аде об этом пока что не было известно! Она робко вложила свою ладошку в протянутую руку принца.
— Как ты похорошела. Я даже не сразу узнал тебя.
Ада смущенно втянула голову в плечи. Зато Ясуко не могла сдержать довольной улыбки. Так и сидела — рот до ушей — наблюдая за разыгравшейся внизу сценой. Ну что, Гару, хороша моя Ада? Уж куда красивее твоей разлюбезной Корин, а какое доброе у нее сердце! Ну давай же, не медли. Скажи, что Ада тебе милее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
