Перед нами – именно партийный переворот, установление диктатуры партийного аппарата, давно отстраненного Сталиным от реального управления страной…
3. Веселое тявканье шакалов
Доказательств не нужно даже искать, они на поверхности. Достаточно перечитать выступления партийцев, от Молотова до Кагановича, опубликованные столько раз, что нет смысла их здесь подробно цитировать (да я и цитировал уже в других книгах). Это даже не человеческая речь – рев раненых динозавров, пораженных в самое уязвимое место. О чем бы ни зашла речь из многочисленных «прегрешений» Берии, дело в конце концов сводится к одному: он посягал на роль партии, мерзавец, наймит империализма, сифилитик, палач, белогвардеец! Он посягал на роль партии! Посягал! Посягал! Посягал!
Вот то-то, что – посягал… Определенно выполняя пусть и не зафиксированную на бумаге, но тем не менее прекрасно ему известную волю Сталина. И как раз этого ему и не простили партийные пустословы и бездари, намеренные и далее, словно феодальные бароны, володеть страной со всеми потрохами… Руководить всем на свете, ни за что на свете не отвечая.
Возникает вопрос: отчего же проиграл Берия, наверняка располагавший немалым числом единомышленников, таких же управленцев, профессионалов реального дела, хозяйственников?
Ответ, думается мне, несложен и легко вычисляется. Партийцы к этому времени уже оформились как каста, как отдельное сословие, прекрасно осознающее свои интересы, которые, быть может, можно назвать и «классовыми». Не зря же партийную номенклатуру многие именовали как раз «новым классом».
А вот люди бериевского направления, сдается мне, как раз вовсе не ощущали себя некоей общностью, спаянной одними интересами, целями, направлением умов. Не чувствовали себя сословием. Они были – каждый по отдельности. И Хрущев оказался выразителем интересов стаи, а вот Берия остался крупнейшим реформатором-одиночкой, а не вождем некоей силы. Примерно так же обстояло дело и в прошлом со светлыми умами, реформаторами и преобразователями – и в России, и в других странах. Большинство гибли как раз потому, что оставались одиночками, не выросшими в вождей конкретной силы. Бывают, конечно, исключения – блестящий кардинал Ришелье, например, но они лишь подтверждают грустное правило. Идея тогда становится реальной силой, когда она овладевает массами, сказал как-то Ленин. Идеи Берии далеко обогнали свое время, но они так и не овладели массами – неважно, о капитанах промышленности идет речь, или о простом народе.
Берия обогнал время, а Время сплошь и рядом терпеть не может, когда его обгоняют…
После убийства реформатора номер один Советского Союза как раз и укрепляется стопроцентная, всеохватывающая, давящая партийная диктатура.
Опять-таки вопреки не только Конституции и законам, но и реальной практике сталинского времени Президиум ЦК КПСС постановляет организовать следствие по делу Берии. Президиум «обязывает» нового Генерального прокурора вести дело. Точная дата установления партийной диктатуры, таким образом, зафиксирована – 29 июня 1953 г., день принятия данного постановления.
И начинается пиршество гиен и шакалов на поле боя…
По вздорным обвинениям арестовывают, судят и расстреливают ближайших сотрудников Берии, вообще всех, кто неугоден: Меркулова, Кобулова Богдана и Кобулова Амаяка, Гоглидзе, Деканозова, Влодзимирского, Мешика, Багирова.
Вот невыдуманная история о суде над Мир-Джафаром Багировым. Багиров – на скамье подсудимых. Входят «судьи». Как положено: «Встать, суд идет!» Судьи занимают места. Их главный командует залу: «Садитесь».
Люди стоят, как стояли. Судья повторяет снова и снова…
Люди стоят.
И лишь когда Багиров со скамьи подсудимых роняет спокойно: «Садитесь», – все садятся…
Все они – оклеветанные, оболганные, убитые одержавшей верх шакальей сворой – были личностями, яркими, сильными. Можно представить, как их боялся лысый, как неуютно было его подельникам, пока эти волкодавы оставались среди живых…
Что интересно, арестованных еще при Сталине по «мингрельскому делу» грузинских чекистов вовсе не собираются реабилитировать. Новая власть приговаривает большинство из них к расстрелу, а меньшую часть – к астрономическим тюремным срокам. Это позволяет смело утверждать, что ни Сталин, ни Берия тут ни при чем – не они этих людей сажали, как о том нам брешут.
С уничтожением Берии и сменой руководства МВД не меняется к лучшему и судьба арестованного еще при Сталине генерала Абакумова, бывшего министра госбезопасности, а в Отечественную – бывшего главы СМЕРШа, военной контрразведки, подчинявшейся Сталину лично. Абакумова после пародии на суд, продолжавшейся всего несколько минут, моментально расстреляют хрущевцы. О мотивах остается только догадываться. А впрочем, это не столь уж головоломный ребус, учитывая, что в перевороте вместе с партийцами на равных участвовали и военные… даже не абстрактные военные, а жуковцы. СМЕРШ не только вылавливал вражескую агентуру, но и присматривал за своими генералами и командирами. Даже по тем скудным отрывкам попавших в печать рассекреченных отчетов СМЕРШа и особых отделов ясно – на товарищей с большими звездами была накоплена масса компромата. Все подробно зафиксировано: от поблядушек в командирских блиндажах и недельных запоев до дикого мародерства (то, что и сам Абакумов неплохо прибарахлился в Германии, никоим образом не реабилитирует тех высокопоставленных грабителей, за которыми он надзирал). Так что и Абакумов не имел права выжить.
Куда-то исчезает, как не бывало, Министерство госконтроля, а возглавлявший его Меркулов, как мы знаем, расстрелян. Где архивы означенного министерства, никто пока что не в состоянии объяснить.
Госбезопасность громят почище, чем вандалы громили Рим. Хрущев вычищает оттуда всех подозрительных – с особой заботой об евреях, чтобы ни следа их не осталось на высоких постах.
Уже в августе пятьдесят третьего были арестованы Свердлов-младший, Эйтингон, Райхман, Литкенс, Бендерский, Бринд. А впрочем, утробный антисемитизм Хрущева – это тема отдельной обширной книги, но вряд ли ее есть смысл писать. Кого теперь, собственно говоря, интересует эта лысая гнида настолько, чтобы посвящать ей отдельную книгу?
Особенно подлую штуку сыграли с Яковом Серебрянским – был такой ас заграничных операций, тот самый, что успешно провел похищение генерала Кутепова. За исключением менее чем годичного пребывания в Секретариате НКВД вся его многолетняя служба была отдана заграничной разведке. И тем не менее его подмели, как… «бериевского костолома». В сорок первом осужденного на расстрел Серебрянского не реабилитировали – его помиловал Верховный Совет. И он продолжал служить до сорок пятого, когда вышел в отставку. А ныне, в пятьдесят третьем, ему, арестовавши, объявили с циничной ухмылочкой: знаете, товарищ Серебрянский, Президиум Верховного Совета ваше помилование двенадцатилетней давности только что отменил, так что вы, получается, на законных основаниях к вышке назначены, даже нового суда не требуется…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
