Подойдя к камере, он обнаружил, что она не заперта, а охранники сидят рядом с входом и играют в кости. Увидев его, они только махнули рукой на него, чтобы он не маячил у них на глазах. Такое пренебрежение охранников немного удивило его. Но как оказалось, как только он перешагнул порог, через несколько секунд решетка закрылась, и раздался скрежет задвигаемого запора. Не успев пройти не большой коридор, на человека выскочил Шкляр, который уже сиял от количества выпитой браги и довольно скалясь, заговорил.
– Ну, как тебе твоя награда. Я думаю, Тарена неплохо порезвилась на тебе? – уже немного картавя, заинтересовано проговорил гном.
– Так это ты все подстроил? – яростно зарычал на него Андрей.
Шкляр, предчувствуя, что сейчас вместо благодарности за свою услугу получит хорошую трепку, поспешил скрыться с глаз, начавшего свирепеть парня.
Но прежде чем гном успел сделать пару спасительных шагов, его настиг удар ноги, который пришелся в его задницу, и заставил совершить небольшой полет в покои их камеры. Остальные гномы привлеченные проклятьями, которые сыпал маленький гном, наблюдали, как он приземляется на пол, совершая при этом кульбиты.
В проходе появился Андрей и еще успел увидеть, как гном еще сделал несколько скачков, прежде чем смог подняться. Хмель со Шкляра, словно рукой сняли, он стаял немного помятый, но уже рассвирепевший как дикий байнад, и, помянув славного Харабрума, бросился на Андрея, который также устремился на встречу.
– Да что здесь происходит? – заорал Дайнин, бросаясь между сражающимися, которые уже сцепились между собой и начали молотить друг друга.
На помощь Дайнину бросились и остальные. В пятерым они с трудом смогли разнять взбесившихся гнома и человека.
– Вам что, орчья брага все мозги по отшибла, – проорал Дайнин, держа Шкляра.
– Да эта помесь помета ничего не понимает в благодарности.
– И ты эта называешь благодарностью. Да за такую благодарность я тебя руки по отрываю, – рыча, проревел парень, стараясь, вырвать из рук луканина и еще двух гномов.
– А ну прекратить! – звонко и громко, как никогда проговорил Чрехнарый.
И этого как, оказалось, хватило для того, чтобы недавние противники успокоились и все уже с удивлением уставились на луканина, который впервые на их памяти так резко повысил голос.
– Да тебе бы только армиями командовать, – уважительно проговорил Дайнин.
– А теперь оба рассказывайте, что произошло, – все тем же тоном продолжил Чрех.
Андрей, только вырвавшись из уже не держащих его рук, махнул на все рукой и пошел устраиваться возле одной из стен.
Все остальные перевели взгляды на Шкляра, который под таким дружным натиском даже смутился.
– А что сразу я. Я просто хотел как лучше.
– Шкляр, хватит таить уже, – прорычал высокий Гайсин, нависая над ним.
– Да успокойтесь вы, сейчас все расскажу, – проговорил он, примирительно выставляя вперед руки. – Наше сражение с этими монстрами видела Тарена. И она оказалось поражена тем, что мы так легко справляемся с порождениями паланы.
– Ты уж точно справился. Валялся на камнях, когда над твоим телом скакал Андрей, отгоняя тварей, – ехидно заметил Тайсин.
Но Шкляр, словно не заметив оскорбительного замечания, все более увлечено стал продолжать свой рассказ.
– Все то время, когда мы отвлекали монстров, Сокнард творил какое-то заклятье находясь в слоях паланы, и чтобы оно удалось, ему требовалось время для подготовки. Мы это время ему как раз и обеспечили, пока скакали между жуткими тварями. Ну а потом уж Сокнард с ними и разделался, вызвал новых духов, которые разрушили скрепляющие узы монстров.
– Ну а потом-то, что случилось? – спросил так ничего и не понявший Чрехнарый.
– А вот потом-то и случилось, – улыбаясь, продолжил гном. – В этот момент я пришел в себя. Сокнарда вызвали на общий совет, и он оставил меня одного. Вот тут-то ко мне и подошла Тарена. И поблагодарила за то, что я помог ее брату одолеть тварей. После чего она задала несколько вопросов об Дроне, которым явно заинтересовалась. Ну, я и подумал что, – немного замявшись, стал мямлить гном.
– Ну, теперь-то все ясно, – поднимая руки, сказал Дайнин. – В общем, для себя ты выторговал бурдюк браги, а для Андрея объятия Тарены, так ведь? – в упор, глядя на Шкляра, закончил старший гном.
Избегая взгляда темных глаз, Шкляр кивком головы согласился с выводом командира. Андрей после всего услышанного лишь только досадливо сплюнул и обжег взглядом невысокого шутника.
– Да ладно тебе Андрей, не стоит так уже сильно обижаться на Шкляра, – сказал Чрех, присаживаясь рядом с ним и похлопывая своей рукой ему оп плечу. – Он же просто хотел как лучше.
– Да я понимаю, – проговорил парень, тяжело вздыхая, – но лучше бы он меня об этом сначала спросил. Хочу я этого или нет, а потом бы уже решал.
– Слушай Андрей, не мог же я знать, что тебе так не по вкусу придется орчанские объятия? – не спеша приближаться, примирительно спросил Шкляр. – Я думал, что хоть расслабишься после тяжелых дней, еще и спасибо скажешь. А вместо этого, синяк на всю задницу только заработал, – как можно обидчивей сказал он.
Это заявление маленького гнома, заставило немного улыбнуться парня, который вновь отметил про себя, что на гнома не возможно долго злиться.
– Да ладно тебе. У тебя задница, что камень, нога уже неметь начинает. – Улыбаясь, сказал Андрей. – Ты просто под руку ко мне попался, после того как я сбежал от разъяренной вашей Тарены. Думаю, при следующей нашей встрече вместо жажды моего тела, она захочет получить мой труп.
– Вот эта да? – восхищенно сказал гном, оказываясь рядом с ним. – Ты хочешь сказать, что смог устоять против ее чар, после которых ты готов ползать у ее ног? – изумленно спросил тот.
– Почти.
– Что значит почти? – уже спросил Дубнуд, также оказавшееся рядом с ним.
– Меня спасла Маринка. Эта моя девушка, – ответил он, явно уже ожидая следующего вопроса. – В тот момент, когда я уже готов был объять Тарену, у меня перед глазами всплыл укоряющий и печальный образ моей девушки. И все то очарование, которое я, испытывал к Тарене, схлынуло, словно на меня опрокинули ушат ледяной воды. И я словно байнад, выскочил из шатра, чуть не забыв при этом свою одежду, и в этот момент чуть не сбил с ног Сокнарда который к нему как раз подходил.
Гномы к этому моменту, чуть сдерживающие свой смех, чуть не лопнули, когда он вырвался из их глоток. Начавшаяся их истерия вызвала лишь недоумение на лице Андрея, который с удивлением смотрел на катающихся по полу гномов. Лишь луканин оставался серьезным, словно его ничего не могло смутить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
