Дождавшись, когда в замок вернутся его старые хозяева, мы снова отправились в путь. На этот раз наш путь лежал к Голубому замку, расположенному на берегу океана. Такой маршрут я выбрал после разговора с Кристианом, который сказал мне, что именно в нем Создатель бывал особенно часто и, возможно, в нем я найду то, что ищу. Путь нам предстоял неблизкий, ведь нам предстояло преодолеть расстояние свыше тридцати тысяч километров и если бы не вороны-гаруда, подменявшие нас за рулем, нам бы пришлось нелегко.
Мне уже стала безумно надоедать моя затянувшаяся командировка, но другого пути вернуться в Зазеркалье, кроме как добраться до темных ангелов, у меня, похоже, действительно не было. Теперь, когда я изрядно поднаторел в магии, вернуться домой через магическое зеркало было очень просто. Такое зеркало я смог бы сделать с легкостью, но увы, все пути в Зазеркалье были закрыты не только для меня, но и для всех других магов и мне не удавалось даже взглянуть на него.
Все мои попытки хоть издали взглянуть на свою дочь, оказывались тщетными, хотя я и мог изготовить магическое зеркало практически любого размера и из любых подручных материалов, на любой поверхности, включая ладонь собственной руки, спину друга или просто воздух перед собой. Видимо, Создатель все-таки не спал, раз полностью заблокировал Зазеркалье от магов. Зато теперь я мог осматривать весь Парадиз Ланд не напрягаясь.
Сотворив магическое зеркало, я без какого-либо труда мог заглянуть в любой уголок Парадиз Ланда и увидеть любого человека, мага или магическое существо. Закрытыми для меня оказались только Зазеркалье, подземелья темных ангелов и золотые чертоги Создателя. Я осмотрел все замки Создателя, в том числе и Голубой замок, проник взглядом с помощью магического зеркала глубоко под землю и уже научился отличать по цвету мрака каменную твердь от Первичной Материи, но нигде не нашел даже следов темных ангелов и стал подозревать, что они были заточены в самом камне.
Поскольку это полностью противоречило всему тому, что я знал о структуре этого мира, его устройстве и тем картинам, на которых были изображены подземные лаборатории создателя - огромные помещения с целыми озерами Первичной Материи, из которой он творил все живое начиная от вирусов и микроорганизмов вплоть до гигантских диплодоков, я все же решил, что подземелья не могли прятаться в какой-нибудь крошечной пещере, в которой все могло уменьшиться в тысячи раз. Первичная материя могла увеличиваться в объеме в тысячи, миллионы и даже сотни миллиардов раз, но только не сжиматься так просто. Это вообще была довольно странная субстанция и вела он себя довольно необычно.
Комка Первичной Материи, из которого я мог сотворить себе в Парадиз Ланде свиную отбивную вполне приличного размера, как я теперь стал подозревать, на периферии Вселенной, где еще только шло формирование звезд, хватило бы на то что бы сотворить несколько галактик. Зато сжать её было почти невозможно, так что если на картине, нарисованной архангелом Серафимом, был изображен гигантский зал, в котором Создатель вдыхал жизнь в огромного кита, то он и в действительности был таким огромным, а ведь таких залов был не один десяток.
В альбомах, созданных ангелами, я нашел изображения сотен существ, некогда сотворенных Создателем и по ним можно было проследить эволюцию всех живых существ и ни одно из них не появилось преждевременно. Мы много говорили на эту тему с Узиилом, который входил в число первых помощников Создателя и я легко опроверг мнение ангелов, которые считали, что Создатель творил мир экспромтом. Это как раз они, ангелы, творя жизнь в иных мирах, действовали спонтанно и неосознанно и от того на многих планетах жизнь так и угасла, не успев даже подняться на поверхность океана, хотя они уже видели перед собой образцы для подражания.
Только у самых талантливых из них получилось нечто вполне жизнеспособное, хотя и не такое изящное, как у самого Создателя. Впрочем, Создатель всегда приходил на помощь своим ученикам и вносил коррективы, давая возможность жизни в этих мирах, развиться до вполне приличного уровня, когда она уже не могла угаснуть из-за нелепой случайности.
Теперь я знал наверняка, что человек не одинок в своей Вселенной и что есть миры, где уже появилась разумная жизнь, хотя эти цивилизации намного отставали от человеческой цивилизации на Земле. Ангелы создали несколько десятков разумных рас во Вселенной, и хотя делали это совершенно из других эстетических соображений, они ни разу не создали ни одной негуманоидной расы. Всякое разумное существо в нашей Вселенной не только похоже на человека, но и во многом практически подобно ему.
Мы летели на высоте примерно двадцати тысяч километров и наши машины развивали весьма приличную скорость, но все же летели не слишком быстро, чтобы драконам не приходилось выбиваться из сил. Впереди вот уже который день подряд был виден океан. Огромный, теряющийся вдали, практически без линии горизонта. Небо вдали просто сливалось с водой и даже при закате солнца было трудно уловить, где же именно кончается небо и начинается океан.
За все то время, что я находился в Парадиз Ланде, даже преодолев более пятидесяти тысяч километров пути мне удалось увидеть лишь миллионную его часть, столь огромен был этот невероятный мир. И практически весь он был заселен. Пусть не так плотно, как Зазеркалье, но все же весь. Узиил рассказывал мне, что в Парадиз Ланде, порой, встречаются такие существа, о которых даже они, помощники Создателя, ничего не знают. Эти удивительные создания жили в основном на окраине Парадиза и ему приходилось только догадываться откуда они пришли в этот мир.
Внизу под нами медленно проплывали то огромные леса, то высокие горы, то реки и озера. Гора Обитель Бога на таком расстоянии была видна полностью и более всего походила на темно-синий толстый карандаш, который проткнул пологий конус, похожий на головной убор вьетнамского крестьянина, только он был не сплетен из соломы, а имел голубовато-зеленый цвет и был весь испещрен темными, синеватыми прожилками горных хребтов, зелеными пятнышками лесов и голубыми блестками морей.
Даже здесь, на таком отдалении от горы Обитель Бога встречались небольшие города и поселки, в которых мы останавливались на ночлег. Эти отдаленные места были населены самыми разнообразными небожителями, подчас весьма и весьма экзотическими. Маги, некогда управляющие Землей, были весьма изобретательны и создавали себе помощников самого удивительного вида. Мой голубой шар в этих местах еще не побывал и небожители здесь, частенько были так же стары, как и везде во всем остальном Парадиз Ланде.
На своем пути я не только строил магические купальни, возвращавшие молодость, но и неоднократно запускал в небо свои магические голубые шары, давая им приказ облетать Парадиз Ланд по кругу и создавать магические купальни везде, где есть разумные живые существа. Мои спутники так же строили магические купальни, проявляя при этом всю свою фантазию и не стесняясь украшать их скульптурами и барельефами на темы любви самого откровенного эротического звучания. В этом смысле я оказался не одинок и кое-какие магические купальни были украшены куда более откровенными скульптурными изображениями, чем на купальне в Микенах.
Мои друзья в течение всего нашего путешествия не скучали и вовсю резвились во время наших остановок, всякий раз находя себе новых подружек и бой-френдов. Зато мои подвиги стали гораздо скромнее. Каждую свою ночь я проводил с двумя самыми прекрасными любовницами, о которых только может мечтать любой мужчина, и влюблялся в них все больше и больше, открывая в своих возлюбленных все новые достоинства. Лаура и Неффи за эти недели очень сблизились и подружились и мне ни разу не приходилось видеть, чтобы они хоть как-то и в чем-то соперничали между собой, наоборот, обе эти красавицы действовали так напористо, дружно и в унисон, словно были родными сестрами.
Ротмистр Цепов окончательно избавился от излишней скромности и вовсю приударял за каждой красоткой, появившейся в поле его зрения, побивая все рекорды Уриэля. Он не стесняясь использовал для обольщения прекрасных небожительниц как свою красоту и молодость, так и любовные магические чары, которым научился у Розалинды. К тому же ротмистр был в нашей команде самым щедрым магом и при каждой нашей остановке мне приходилось пробивать в тверди Парадиз Ланда колодцы, чтобы Георгий мог творить и щедрой рукой мог раздавать небожителям свои подарки. Этот парень оказался на редкость толковым и довольно быстро усвоил все, что было наработано в Зазеркалье за те годы, что прошли после окончания его земного пути.
Георгий имел острый ум настоящего ученого-аналитика и частенько, когда наши машины летели бок о бок, в небе Парадиз Ланда разгорались горячие, научные споры. В такие часы к нам непременно присоединялись Узиил, Уриэль, Антиной и Айрис. Остальные наши друзья предпочитали не забивать себе голову теориями и в основном обращали свое внимание на чисто практические аспекты магии.
