с мыслью, что за ней ведётся охота. Викторию ведь сознательно травили, хотели для чего-то использовать. Но она продолжала улыбаться, жить дальше, и даже постаралась обезопасить меня от своих проблем.
— Надеюсь на это, — кажется, Итан думал о том же, о чём и я, потому что придвинулся к сестре и обнял её за плечи. — Всё будет хорошо, хвостик.
— Хвостик? — переспросила я, а Виктория вся зарделась.
— В детстве она бегала за мной хвостом, так и привязалось, — пояснил он со смехом, и резко вздохнул, когда сестра ударила его локтем в живот.
Мы рассмеялись, немного надрывно, но с облегчением сбрасывая напряжение сегодняшнего дня.
Поздний ужин завершился. Мы дружно убрали со стола, помыли посуду и поднялись наверх. А там пожелали друг другу спокойных снов и разошлись по спальням. Теперь можно было ложиться спать. Быстро умывшись, я расположилась в кровати. Даже задремала, когда до слуха донеслись звуки открываемой двери и приближающихся шагов. Было ещё темно, утро только подбиралось золотистым заревом к ночному небу. Входящий через окна свет выхватил замершую надо мной мужскую фигуру.
— Итан? — сонно удивилась я.
— Я подумал… — он присел на край кровати, нагнулся, уперев руки в матрац с обеих сторон от моих плеч.
Сон моментально растаял, а сердце разогнало свой бег за секунды.
— О чём?
— Сделаем вид, что нам приснился сон. Один на двоих, — он ещё склонился ко мне, горячий вздох коснулся моих приоткрытых губ.
Хотела бы я отшутиться в этот момент про удобство такого решения или хотя бы отвернуться. Но я лишь прикрыла глаза, позволяя этот поцелуй. Снова другой. Трепетный, нежный, но глубокий, с еле сдерживаемым голодом страсти. Итан целовал безумно долго, головокружительно ярко. Я задыхалась под ним, но боялась даже пошевелиться, лишь принимала его ласку. А он так и удерживал руки возле моих плеч, словно не позволяя себе меня коснуться. Не знаю, сколько прошло времени, я потерялась в этих тягуче сладких мгновениях. Итан отстранился. Просто встал с кровати, и застыл надо мной словно в задумчивости. А потом просто ушёл, не сказав ни слова. Сердце ещё билось в неистовстве. Губы саднило от пылких поцелуев.
Сон, только сон, скажем мы завтра друг другу лишь взглядами. И будем делать вид, что ничего не произошло.
* * *
Утро наступило позже обычного, ближе к обеду. Что и не удивительно после столь насыщенной ночи. Произошедшие события казались сейчас нереальными, просто кошмаром, а визит Итана — развеявшим плохое продолжением сновидения. Я долго лежала в кровати, глядя в потолок и пытаясь уложить в голове всё, что помню и чувствую. И только потом решилась встать и начать новый день.
В квартире царила тишина. Я спустилась на первый этаж, прошлась по комнатам, но никого не нашла. Неужели меня оставили одну?
— Джослин, доброе утро, — как и ночью, Виктория сонно растирала веки кулаками на ходу.
Только предстала не в ночной сорочке, а в домашнем платье нежно-розового цвета.
— Ты здесь, — выдохнула я с облегчением.
Не хотелось бы хозяйничать в чужой квартире.
— А кто ещё может быть? Итан, наверное, в академии. Ты уже завтракала?
— Нет.
— Тогда идём, — улыбнулась она.
Выглядела намного лучше, будто расправила плечи, избавилась от тяжкого груза.
Мы вместе позавтракали, следом перебрались в библиотеку. Правда, вместо того чтобы читать, предались разговорам. Ошеломление утра проходило, и накатывало осознание того, в какой опасной ситуации мы вчера оказались. Но обсуждение давало окончательно уложить в голове случившееся.
— Интересно, что будет с Куртом? — вдруг проговорила задумчиво Виктория.
— Зависит от степени причастности, наверное?
— Он из рода Вотерборн. Думаю, отец сможет его вытащить, — качнула она головой, погрустнев лицом. — Удивительно, он тоже дракон…
Только скрывал это, как я. Но хоть стали понятными мои реакции на его запах.
— И теперь подходит тебе? — предположила я осторожно, памятую о чувствах девушки к приятелю.
— Нет, — глухо усмехнулась она. — Он же не чистокровный. Отец не пойдёт на такой союз, даже если я категорически откажусь от брака с Римусом.
— Римус хороший, — напомнила я ей. — Даже в такой ситуации пытался нас защитить.
— Да, я знаю, — Виктория отвела взгляд. — Я бы хотела приказать себе его полюбить. Но… не знаю, как.
И не в моих силах ей помочь… Чувства не поддаются логике и контролю, иначе бы я никогда не позволила себе проникнуться симпатией к фиктивному мужу.
В целом день проходил спокойно. Мы именно отдыхали. Вскоре нас посетил Уэсли, привёз еду и сообщил, что готов в любой момент отвезти нас в академию. Завтра предстояло вернуться к учёбе. Но Виктория решила дождаться брата, вроде как по его просьбе, а я не стала спорить. Всё же не хозяйка тут, а просто гость.
Итан появился ближе к вечеру. Мы ждали его, потому накрыли на стол.
— К такому можно привыкнуть, — с улыбкой признался он, входя в столовую.
Уставший, даже вымотанный. Хотелось скорее его накормить и отправить отдыхать.
— Мой руки и садись, — деловито попросила я.
Улыбка на губах фиктивного мужа стала лучезарнее.
— Слушаюсь, — он мне шутливо отсалютовал, развернулся к выходу, но застыл.
Потому что в коридоре показалась смутно знакомая женщина в сопровождении Уэсли. Присмотревшись к ней, я поняла, что видела её в артефакте связи. Целитель, которую он вызвал. Она казалась чуть младше самого Итана. Рыжие вьющиеся волосы были собраны в свободный хвост, открывая улыбающееся лицо с большими голубыми глазами и острым носом, усыпанном веснушками. Военная форма подчёркивала стройную фигуру с большой грудью и женственными бёдрами. Металлическая изогнутая полоса под знаком отряда подсказывали, что перед нами целитель первого ранга. А аура выдавала в ней человека, сильного мага стихии воды.
— Линда… — на выдохе произнёс Итан.
Она тихо взвизгнула и со смехом налетела на него. Мужчина покачнулся назад, поддержав её под талию, чтобы не упасть. Чуть развернулся. И мне показалось, принюхивается к ней, что отозвалось ядовитым уколом в сердце.
— Ты такая же… — тоже рассмеялся он: тепло и нежно.
— Зачем меняться, если я такая замечательная? — она отлипла от Итана и помахала нам рукой. — Твоя сестра красотка, вся в тебя.
— Добрый день, Линда, — Виктория сдержанно улыбнулась женщине.
Реакция подруги обескуражила не меньше, чем представшая сцена. Она же всегда так доброжелательна, а тут будто цедит из себя слова. Я отмерла, сжала ладони в кулаки, ощущая, как
