Сейчас все уже ушли из института, и никто не заметит, что Алиса пользуется машиной времени.
Но так ли это? Может, наоборот? Легче слетать в прошлое днем, когда в институте много народа, все кабины включены, люди летают туда и обратно… А ночью ты включил машину — и сразу тревога! Почему ночью? Кто разрешил?
Сразу прибежит вахтер, выключит машину и еще сообщит самому директору.
Единственный выход — самой пойти к Сильверу, во всем сознаться. Пускай он будет союзником.
Алиса взяла письмо Эмпедокла Платону и листок с письменами атлантов и отправилась по пустому коридору к выходу.
Ей никто не встретился. Даже робот Вертер не попался, наверное, у него тоже кончился рабочий день.
Сильвер собирался закрывать институт. Он уже расстелил на своем рабочем столе почти белую скатерть. На ней лежала оловянная ложка с гнутой ручкой, стояла кружка, бутыль туманного цвета и еще блюдечко с гречневой кашей, из которого клевал попугай.
— Ты иди, иди, — сказал он Алисе, — не задерживайся, практикантка. А то у нас ужин начинается.
— Даже удивительно, — сказала Алиса, — что вы меня на ужин не позвали. Вот если бы вы ко мне домой пришли, я бы вас обязательно накормила.
— А что у тебя сегодня на ужин? — заинтересовался попугай.
— Не знаю. Вроде бы сибирские пельмени, салат из крабов и ананасы со взбитыми сливками.
— Тогда пошли! — сказал попугай. — Нечего мне, как нищему, из блюдца гречневую кашу клевать.
Но Алиса конечно же и не собиралась домой. А вдруг сейчас и старый пират решит к ней в гости идти?
Но пират не поддался.
— Постыдись, попка! — воскликнул он. — Перед народом стыдно.
— Значит, не приглашаете? — спросила Алиса.
— Иди домой, там и ужинай. А у нас здесь все рассчитано на двоих.
— Ладно уж, — сказала Алиса, — приятного аппетита. Меня получше ужин ждет, чем ваш и даже чем домашний.
— Где же это? — подозрительно спросил Сильвер.
— Понимаете, — сказала Алиса, — я получила приглашение от Платона. Он как раз урожай винограда собрал, виноградной водки бочку нацедил, да вот не знает, кому бы в подарок бутылочку послать.
— Мне, — сразу ответил пират.
— Хорошо, — сказала Алиса. — Я тогда ему скажу: пират Сильвер…
— И я! — крикнул попугай.
— Ты же водку не пьешь!
— Я единственный в мире попугай-пьяница, — ответил попугай пирата.
— Я пошла, включу машину, — сказала Алиса, — так что не удивляйтесь, это я к Платону поехала.
— А почему я должен тебе верить? — спросил старый пират. — А что, если ты все сама выпьешь?
— Сильвер Джонович! — воскликнула Алиса. — Ну как вы могли такое подумать? Я же учусь в школе, в пятом классе. У нас с этим строго.
— Все-таки я с тобой…
— А кто же будет институт охранять? — удивилась Алиса. — Вы представляете, какой поднимется скандал, если вас не найдут на рабочем месте?
— Пускай гонят! — крикнул пират. — Меня вообще здесь не ценят. Спецодежды не выдают.
— Мы порошок «Тайд» просили, — пришел на помощь сторожу попугай, — а нам что дали? «Блеск»! Разве «Блеском» перила отмоешь?
— Вот именно! — сказал пират.
— Жалко, что вас выгонят, — сказала Алиса. — Институт без вас — не институт. Возьмут они какого-нибудь Робинзона Крузо на ваше место…
— На мое место? Этого бездельника Робинзона? — Пират расстроился, он чуть не плакал. — Нет, Алиса, я раздумал. Не полечу я за виноградной водкой к твоему Платону. Мне важнее институт сберечь. А то сейчас всякие злобные космические силы распоясались. У меня под охраной имущество. Нет, ты и не уговаривай, сама лети.
— Точно, — поддержал друга попугай. — Лети сама, Алиса, только о нас не забывай. Попадется тебе там лишняя бутылочка, вспомни о нас… А если увидишь маслины, вспомни — нет мне жизни без маслины! Поняла?
— Поняла, — сказала Алиса.
— Ну чего ты стоишь здесь, прохлаждаешься? — рассердился пират Сильвер Джонович. — Что я, подталкивать тебя должен? Тебя же Платон ждет, уже бутылку приготовил. А ну, быстро!
Алиса сказала:
— Ну, если вы настаиваете…
— Еще как настаиваем! — завопил попугай.
И тогда Алиса побежала к машине времени.
Она задала компьютеру работу — определить точно место и время, где можно отыскать древнегреческого философа Платона, и отправить туда практикантку Алису.
Компьютер долго решал эту задачу — видно, давно никто не летал к Платону.
Наконец загорелась зеленая лампочка на пульте.
Машина готова к переброске.
«Письмо с собой!» — проверила Алиса.
Она набрала код Древней Греции, имя Платона — остальное за нее сделает компьютер.
Раздалось негромкое жужжание.
Алиса покрепче схватилась за поручни, которые выходили из пульта и как бы обхватывали Алису.
Стены исчезли.
Алисе показалось, что она падает в глубокую пропасть.
Еще минута — и она в Древней Греции.
Глава шестнадцатая. Алиса и пастушонок
В Древней Греции было жарко.
Белое солнце светило на ослепительном небе. Ни облачка. Земля высохла так, что от каждого шага над дорожкой поднималось облачко белой пыли.
Впереди возвышались стены какого-то города.
«Интересно, — подумала Алиса, — это Афины? Но почему я тогда не вижу холма Акрополь, на котором должен стоять знаменитый храм Парфенон?»
Рядом с Алисой стояло раскидистое дерево, дающее негустую, но все же настоящую тень. Корни дерева расступились, а под ними оказалась щель, как домик.
Алиса быстро стянула с себя костюм, осталась в шортах и кедах.
Под деревом в тени спал загорелый пастушонок. Он проснулся и удивился, что видит такую странную белокожую девочку.
— Ты кто? — спросил пастушонок. И Алиса не сразу поняла, что он говорит вовсе не на греческом, а на каком-то другом языке. Но язык был очень похож на греческий.
— Я Алиса, — сказала она. — Давай меняться.
— Как меняться?
— Я тебе дам мой замечательный костюм, а ты мне свою накидку.
— Покажи, — сказал пастушонок.
Он взял костюм Алисы и долго мял его в пальцах.
— Издалека везла? — спросил он.
— Очень.
— У нас так не делают.
— Знаю. Меняемся?
— Не, — сказал пастушонок, — хозяин сразу отберет.
— А ты не показывай. Продай в городе.
— Неплохая мысль, — сказал пастушонок и рассмеялся. — А ты куда идешь?
— В ваш город. Это Афины?
— Никакие не Афины! — возмутился пастушонок. — А самые настоящие Сиракузы, поняла?
— Сиракузы… мы это проходили… Я только забыла, где они?
— Как где? — удивился пастушонок. — Сиракузы — самый главный и великий город во всем нашем мире. Сама-то ты откуда, если о Сиракузах не слыхала?
— Я из Москвы, но не в этом дело…
— И в какой же стране есть такой городишко? — спросил пастушонок.
— Есть такая страна, — ответила Алиса. — Ты еще маленький, не знаешь.
— Получается, для тебя Сиракузы неизвестные, а для меня Москва неизвестная. Значит, ты шпионка, и я тебя, пожалуй, лучше отведу, куда надо. Наш великий и непобедимый тиран и владыка Дионисий Единственный приказал всех шпионов и лазутчиков сразу вести к нему и казнить.
— А чего же я шпионила? — спросила Алиса.
— Ты? Да любой шпион найдет, чего шпионить. На то он и шпион. Может, ты даже не девочка, а враждебный карлик. А может, в твоей Москве настоящих шпионов не хватило, вот они и послали девчонку, которую я одним пальцем опрокинуть могу.
— Знаешь что, — предложила Алиса, — раз ты такой сильный и смелый, давай соревноваться. Если я тебя одолею, то ты мне отдашь свою накидку. Она все равно старая и рваная.
— А если я тебя одолею? — спросил пастушонок.
— Тогда ты возьмешь мой костюм и отведешь меня, куда надо, чтобы меня казнили как шпионку.
— Надо подумать, — сказал пастушонок и принялся шагать туда и обратно по зеленой траве. Овцы ходили за ним всем стадом: они думали, что пора домой, в овчарню.
— Хорошо! — сказал пастушонок. Видно, рассудил, что с Алисой всегда справится. — С чего начнем наши соревнования?
— Ты решаешь, ты хозяин, — сказала Алиса.
— Давай по камню кинем, — сказал пастушонок. — У кого дальше полетит, тот и победил.
Алиса согласилась.
Тогда пастушонок выбрал два камня. Себе взял камешек размером с грецкий орех, а Алисе дал булыжник с большое яблоко.
— Вон туда кидаем, — сказал он, — в сторону дерева.
Он размахнулся и кинул камешек так, что он почти долетел до дерева.
Алиса, конечно, могла бы кинуть туда же, она все хитрости этого древнегреческого мальчишки видела насквозь. Поэтому она решила кончить бой одним ударом.
Она как следует размахнулась и метнула камень, как метают диск. Даже завертелась на месте.
