простирающуюся налево и направо на сколько хватало глаз. – У нас впервые есть шанс пересечь стену, а вы предлагаете остановиться? Там, внутри, – он указал на зияющие бойницы орудий, которые теперь стали хорошо различимы, – там, внутри, наши враги!
– Наш главный враг, Гетти, это Капитан Барт, а никакой не Форт! – Человечек отпихнул Гетти от медной переговорной трубки и закричал в неё, привстав на мысочки: – Говорит распорядитель гостиницы «Камень и бархат» мсье Ле-Грант! Приказываю остановить корабль прямо над Чёрным Фортом!
– Какой, к чёрту, гостиницы? Харху не нужны распорядители гостиницы на воздушном корабле. Где Капитан Гетти?! – донеслось в ответ.
– Гетти, да скажите вы уже ему! – умоляюще произнёс Человечек, от волнения сжав в кулачках свою маленькую красную шапочку. Гетти никогда не видел Ле-Гранта таким взволнованным.
– Подтверждаю, Харх! – чётко произнёс изобретатель, не сводя пронзительных глаз с Человечка, – мы останавливаем дирижабль прямо над Чёрным Фортом. И будьте начеку, мало ли, что можно от них ожидать! Мы проведём переговоры! Я спускаюсь.
И Гетти твёрдой походкой отправился к центру крыши, обгоняя Человечка, который своими маленькими ножками едва поспевал за ним.
Зал Распределений был наполовину уничтожен взрывом. Лестница, по которой обитатели гостиницы бежали наперегонки за работой, теперь вела прямо к зияющей дыре, которая была кое-как, наспех, перевязана верёвками. Гетти встал на четвереньки, подполз к краю и посмотрел вниз. На вершине Чёрного Форта стояло несколько десятков человек самого жалкого и грустного вида. Они, потупившись, переминались с ноги на ногу, придерживая тюки и чемоданы со скарбом – видимо, захватили всё, что у них было. И среди них, размахивая белым флагом, с трудом удерживая его в руках, стоял…
– Мсье Ле-Грант?! Что вы там делаете?! – Гетти не мог понять, как Человечек сумел переодеться в чёрный мундир с эполетами, чёрную шляпу странной формы и спуститься вниз.
– Возьмите нас с собой! Умоляю! – прокричал в ответ Человечек, – мы больше тут не можем!
– Да чего же вы медлите! – послышалось пыхтение позади. Гетти обернулся. Мсье Ле-Грант был на месте, в своей обычной красной шапочке и золотистых очках. В руках он сжимал новую тросточку и слегка прихрамывал.
«Тогда кто же этот человек снаружи?» – недоумевал изобретатель, переводя взгляд с одного Человечка на другого.
Мсье Ле-Грант уже сбрасывал вниз заранее припасённую верёвочную лестницу, раздавая распоряжения готовить чай и накрывать на стол.
– Поль! – радостно обнял своего двойника мсье Ле-Грант, и на глазах его выступили слёзы.
– Ле-Грант! – ответил на объятья гость, снимая свою странную шляпу. – Сколько лет мы не виделись, mon frere (фр. «мой брат» – прим. авт.)?
– Никак не меньше тысячи, брат мой! Да что там, все две тысячи! Ты получал мои послания?
– Конечно, с каждым новым кораблём! И припасы тоже! Только благодаря тебе мы смогли продержаться так долго. Да и разве был у нас выбор? Уповали только на крепость бесконечно высоких стен!
Гетти держался за странной парочкой, ловя обрывки фраз и пытаясь разобраться в необычных обстоятельствах, с которыми пришлось столкнуться.
– В последний раз, mon frere, этот яростный капитан почти добрался до нас. Ещё совсем немного – и он сокрушил бы меня! Поистине он великий Капитан, бессмертный дух Сплошного Моря!
– И великий почтальон! – добавил мсье Ле-Грант. Они рассмеялись.
Мсье Ле-Грант вдруг остановился посреди лестницы, и толпа сопровождающих остановилась вместе с ним. Он выдержал театральную паузу и оглядел всех вокруг. В мерцающем свете электрических ламп его лицо сияло счастьем.
– Дамы и господа, прежде чем мы продолжим путь, позвольте представить вам Поля! Короля-императора, неизменного защитника Чёрного Форта и моего старшего брата! Старшего всего на минуту, но какую важную минуту!
Все зааплодировали, и Поль сделал глубокий реверанс.
– Поль, брат мой, позволь мне представить тебе Гетти – капитана нашего воздушного корабля и великого изобретателя. Мощь оружия, которое он изобрёл, ты уже имел честь испытывать на себе последние сотни лет.
– О друг мой! Это большая честь для меня! Позвольте принять от меня этот бикорн, – он протянул Гетти свою чёрную треугольную шляпу, – в знак особого уважения к вашим трудам! Позвольте узнать, куда мы направляемся?
Гетти покрутил в руках шляпу и задумался.
– В будущее, – наконец произнёс он и пошёл наверх, обгоняя окружающих. Его спина была прямой, а подбородок задран вверх, что делало его фигуру ещё более высокой и стройной. Проходя мимо мсье Ле-Гранта, он приостановился и тихо спросил, глядя прямо перед собой: – Гостиница для заблудших душ, в конце концов, оказалась гостиницей всего для одной заблудшей души? Скорее, даже ищущей, чем заблудшей. Как думаете, мы ещё когда-нибудь увидим Клоса?
– Сплошное Море вечно, Капитан Гетти, оттуда никто не возвращается. Кроме Капитана Тромблона, конечно. Что может быть длиннее вечности?
Он не знал, что на месте башни медленно закручивается огромный водоворот, превращая Сплошное Море в исполинскую клепсидру.
Эпилог. Исток
Стоял небывало солнечный осенний день. Мальчик, поразительно похожий на Клоса, шагал по асфальтированному тротуару, шаркая ногами, подбрасывая в воздух жёлтые листья. В руке он сжимал горбушку горячего, необычайно ароматного и мягкого хлеба. Большой редкостью было донести до дома целый батон, но его половину мальчик был решительно настроен доставить сегодня в целости и невредимости. Он дал себе слово.
Тучный пекарь, который непонятно каким образом оказывался в булочной, ведь через дверь он не смог бы пролезть, казалось, специально сегодня подсунул мальчику самый вкусный батон. Он явно стремился сделать всё, чтобы мальчик не смог сдержать обещание. Наверное, этот пекарь когда-то давно, будучи обычным человеком, зашёл в пекарню, да так и остался там навсегда: поглаживать свои усики и выпекать похрустывающую на зубах, тоненькую корочку.
Пекарь умел разрушать обещания. А мальчик, как ему самому казалось, умел их держать.
«Ещё один кусочек. И пойду быстрее – что-то тучи собираются. Чем быстрее буду идти, тем больше шансов, что хотя бы часть уцелеет».
Положив в рот ещё один, совсем маленький, кусочек мякиша, мальчик услышал, как позади него что-то громко упало, взметнув в воздух кленовые листья. Это был резиновый сапог болотного цвета. Добротный резиновый сапог. Будь у него пара, мальчик, поразительно похожий на Клоса, с радостью бы его подобрал. Он резко отскочил в сторону, уворачиваясь от второго сапога.
«Хм… а вот и пара», – на радостях он отломил ещё кусочек.
На дне пакета всё ещё оставалось немного хлеба, поэтому класть туда сапоги, которые мальчик захотел взять с собой, не было никакой возможности. Он вытащил хлеб, почувствовав его тепло, а оба сапога отправились прямиком в пакет.
«Здорово же всё совпало! Правда, нести хлеб в руке совсем неудобно. Но я дал себе слово! Да, хлеба теперь значительно меньше половины, но хлеб есть хлеб. Пусть даже его теперь совсем немного».
Небо потемнело, начался дождь. Мальчик прибавил шагу, расстраиваясь, что не захватил с собой зонтик. Хлеб начал
