Читаем без скачивания Бесконечная война - Терри Пратчетт

Мэгги принялась ждать. Она даже спросила у Шими:

— Так, ну и где Абрамсы?

Кошка негромко отозвалась:

— Вы не найдете Джорджа Абрамса. Он сам найдет вас.

Через пару часов пришло сообщение от дежурного офицера. Возле пандуса ждал автомобиль.

Он напоминал британские «Роллс-Ройсы», хотя из-под капота поднимались завитки пара. Возле открытой дверцы стоял мужчина в черном, похожий на шофера из богатого дома.

В машине, когда Мэгги села, оказался Джордж Абрамс. Отчего-то он выглядел крупнее, чем она помнила, и внушительнее… нет, моложе.

Он улыбнулся, когда машина тронулась.

— Машина принадлежит ресторану.

— Какому?

— Увидите. Очень стильно, как по-вашему? Пусть даже это лимузин в духе стимпанка… вы в порядке, капитан?

— Извините. Но вы как будто выглядите… младше.

Абрамс улыбнулся и шепотом ответил:

— Это все видимость, как мы с вами оба прекрасно знаем.

Мэгги сочла, что его слова звучат немного зловеще, и у нее включилась паранойя. Она порадовалась, что, прежде чем покинуть твен, сунула в карман локатор.

— Даже не верится, что вы задумали похищение. Должна предупредить, что мой корабль…

— Не надо мелодраматизма, капитан. Мы уже почти приехали. Город не так уж велик. Как и большинство поселений на Долгой Земле. Иногда мы забываем, насколько все тут ново. День перехода случился всего поколение назад…

Мэгги с облегчением обнаружила, что они действительно остановились возле ресторана. Она была поражена его убранством — много камня и дерева, в обычном колониальном духе, но очень изящно. Очевидно, какой-то многообещающий предприниматель понял, что даже в дебрях Долгой Земли людям иногда хочется шика.

И вино оказалось превосходное.

Сидя с Абрамсом за столиком на двоих, Мэгги иронически подняла свой бокал.

— За кого я пью? Кто вы, мистер Абрамс? Неужели я ужинаю с Корпорацией Блэка?

— В общем и целом капитан Кауфман, ответ отрицательный. Хотя я действительно сотрудничаю с Корпорацией и действую через нее — ну, как я вам и говорил. Лично я предпочитаю считать, что работаю на благо человечества. И на благо троллей. Два прекрасных вида, разделенные глупостью. Вот почему, капитан Кауфман, я обратил на вас внимание — я и кое-кто еще.

Мэгги разозлилась, вдруг почувствовав себя мишенью.

— Кто еще? Дуглас Блэк?

— Разумеется, Дуглас Блэк. Капитан, считайте себя ценным долговременным вложением. Одним из нескольких.

Кипя гневом, она не ответила.

Абрамс продолжал:

— Вы оправдали надежды, которые я питал.

— Какие надежды? Когда?

— Когда в ваше распоряжение предоставили этого красавчика, «Бенджамена Франклина», несмотря на довольно неоднородный официальный послужной список. Пожалуйста, не обижайтесь, если я скажу, что без моей невидимой руки здесь не обошлось. Одному из членов совета не понравилось, как откровенны вы относительно вашего атеистического воспитания, у другого до сих пор допотопные взгляды на женщин, занимающих командные посты…

— Просто не верится, что вы повлияли на адмирала Дэвидсона.

— Вовсе нет. Но он нуждался в поддержке совета. В любом случае даже в недрах Пентагона можно потянуть за определенные нити. Хотите еще выпить?

— Значит, мной манипулировали.

— А что касается вашего обращения с троллями — вы знаете, что сами уже фигурируете в долгом зове? «Женщина, которая позволяет троллям летать».

— Манипуляция, — повторила Мэгги. — Иными словами, моя жизнь и карьера — результат манипуляций. Ну и что я должна чувствовать? Благодарность?

— Нет, не манипуляция. Просто… вас выдвигали на нужное место. За вами оставался выбор — принять предложенную возможность или нет. В конце концов, даже в рамках вашей миссии вы, как капитан твена, достаточно независимы. Вы сами принимаете решения. Ваш характер — это ваш характер, вы такая, какая есть. Блэк, и я, и адмирал Дэвидсон — мы полагаем, что самым умным и лучшим нужно давать полную свободу действий. Ограничения были бы сродни предательству. Разумеется, за вами наблюдали. В эпоху высоких технологий за всеми наблюдают. Ну и что? А что касается так называемых манипуляций… мы, то есть человечество, столкнулись с огромными трудностями, с неведомым и непостижимым будущим. Лучше, если люди доброй воли будут работать вместе, не так ли? Послушайте, капитан Кауфман, вам необязательно как-то менять отношение к работе, когда после нашего разговора вы вернетесь на корабль. Более того, я надеюсь, что ничего не изменится.

— Я ведь не могу отказаться, так?

— А вы бы отказались, если бы могли?

Она не ответила.

— Вы не скажете мне, кто вы такой?

Абрамс задумался.

— Этот вопрос, по сути, не имеет смысла, дорогая моя. Итак, что закажем?

Когда лимузин привез ее обратно, высадив неподалеку от «Франклина», Мэгги с удовольствием заметила силуэт Карла, стоявшего возле пандуса. Когда она подошла, он отдал честь — довольно ловко. И она, разумеется, его похвалила.

Было уже поздно, на корабле царил порядок, и, ненадолго заглянув на мостик, Мэгги отправилась к себе в каюту. Кошка свернулась на полу возле койки. Она мурлыкала во сне — если, конечно, спала.

Джордж Абрамс. Мэгги, разумеется, подозревала, что это ненастоящее имя. Дуглас Блэк. Нити, за которые потянули… точнее, дернули. Мэгги Кауфман была марионеткой. И мало что могла сделать, кроме как смириться. Ну или найти способ и обратить необычное «партнерство» к собственной выгоде.

Мэгги легла спать, не потревожив кошку.

59

Лобсанг любил поговорить — и послушать тоже, если собеседник был достаточно смышлен. За то время, что они провели вместе, пересекая последовательные версии Тихого океана, по пути в Новую Зеландию, Нельсон понял: Лобсанг в состоянии узнать всё, что стоит знать. Он пытался представить, как чувствует себя Лобсанг, когда синхронизирует свои разнообразные итерации — как будто, метафорически выражаясь, все они встретились в большой комнате и разговаривают одновременно, с лихорадочной быстротой делясь впечатлениями.

В итоге путешествие прошло для Нельсона довольно приятно. Оказалось, он мог даже позабыть на время о том, что Лобсанг и непонятные сущности, стоявшие за ним, смотрели на него как на «ценное долговременное вложение» — одно из многих, как догадывался Нельсон. Загадочное сообщество предполагаемых союзников, чьи имена, скорее всего, должны были навсегда остаться для него тайной.

Впрочем, как и все путешествия, их полет пришел к концу — спустя шестнадцать дней после того, как они покинули Вайоминг.