– Уж они позаботятся о себе, – попыталась успокоить ее Кири.
Однако она сама слышала, что ее голос звучит не очень убедительно.
– А где Питер? Где он, собственно говоря, пропадает? – Миси Джульетта снова встала и выглянула в окно.
Кири надеялась, что масра Питер сейчас не появится в доме для гостей. Он определенно очень сильно разозлится из‑за того, что женщины-рабыни сидели в коридорах. Хотя его комнаты всегда были заперты на замок, как шептались домашние девочки, однако не исключено, что какая-то из дверей была не закрыта, а если кто-то из женщин…
Взгляд Кири упал на миси. Та дрожала от волнения. Ее одежда промокла до нитки.
– Миси Джульетта должна переодеться, иначе она заболеет. Можно, я… Можно, я посмотрю? Может быть, я найду сухую одежду?
Миси устало кивнула.
Кири убежала и нашла в одной из комнат для гостей поношенную одежду. Служанка провела миси в комнату и помогла ей переодеться. Миси Джульетта слегка пошатывалась, однако довольно крепко держалась на ногах.
– Миси нехорошо? – Встревоженная Кири поддерживала хозяйку под руку.
– Ничего, мне уже лучше, – пробормотала миси Джульетта тихим голосом.
– Миси должна немного отдохнуть… Это волнение… в состоянии миси… – сказала Кири.
Миси пристально посмотрела на служанку, и ее глаза расширились от ужаса.
– Откуда ты знаешь?
Кири пожала плечами:
– У миси те же признаки, что и у любой другой женщины…
Больше она не успела ничего сказать. Миси Джульетта схватила ее за руки, чего раньше никогда не делала, и пристально посмотрела на Кири. По глазам миси ничего невозможно было понять.
– Кири, ты не должна никому об этом говорить, слышишь? Никому, – произнесла она с мольбой.
Ошеломленная Кири кивнула головой. Такой она свою хозяйку еще не видела.
– Но миси Джульетта… Масра будет рад…
Она с удивлением увидела, как миси упала на деревянный стул, закрыла лицо руками и заплакала.
– Миси… все хорошо… Я ведь не хотела… – заикаясь, пробормотала Кири.
Прошло еще некоторое время, прежде чем миси пришла в себя. Кири терпеливо ждала. Все это ей не нравилось. Миси наконец-то забеременела. Так почему же она не радовалась, а сидела на стуле и плакала?
– Ах, Кири, ничего хорошего, – в конце концов сквозь слезы сказала миси. – Я… Ребенок… Масра не…
Кири закрыла рот рукой. Какой же глупой она была!
Глава 8
– Как ее назвать?
Клара качала на руках маленькую новорожденную девочку. На обычно грубоватом лице медсестры появилось умиленное выражение.
Эрика же просто лежала и смотрела в потолок. Этой ночью на страну не только обрушилась непогода. Этой ночью Эрика также родила дочку. Она не знала, как назвать этого ребенка. До последнего момента она старалась не думать об этой беременности. Даже когда после завтрака она встала из‑за стола и у нее по ногам побежали околоплодные воды, Эрика отказывалась воспринимать то, что происходит.
Во время схваток она чувствовала себя так, словно издали наблюдает за происходящим. Это было не ее тело, которое теперь вынуждено было переживать кульминацию унижений, нанесенных ей Эрнстом ван Драгом.
– Эрика, ну скажи же! Посмотри, она такая сладенькая! – не отставала Клара.
«Ханни», – пронеслось в голове у Эрики.
– Ханни, – тихо прошептала она, отвернувшись в сторону.
– Ханни. Да, Ханни – красивое имя, – довольно произнесла Клара. – Ну, а я сейчас пойду посмотрю, все ли в порядке в лечебнице, а потом снова вернусь… Маленькая Ханни. – Она отдала ребенка Эрике и исчезла.
Эрика не решалась взглянуть на девочку. Однако когда малышка вскоре тихо заплакала, Эрика не выдержала. Она робко повернулась к маленькой девочке и пристально посмотрела на нее. Нет, ребенок был совсем не похож на своего отца. Но Эрика не испытывала к девочке никаких чувств. Когда она впервые взяла на руки Райнера, она была исполнена любви и счастья, а теперь у нее в душе ничего не шевельнулось. Если бы, по крайней мере, Райнгард…
Тихо вздохнув, Эрика приложила ребенка к груди.
– Девочка ни в чем не виновата, – повторяла она снова и снова. – Девочка ни в чем не виновата!
Зато Райнер был в полном восторге от своей маленькой сестры. С самого первого дня он очень бережно относился к Ханни. С важным выражением лица он выслушал торжественную речь Клары, обращенную к нему: «Вот твоя маленькая сестричка, которую ты должен любить и защищать». С уморительно серьезным выражением лица мальчик кивнул головой.
Ханни, как и Райнер, была спокойным ребенком, и за ней легко было ухаживать. Эрику это устраивало – можно было иногда просто забыть о ней. Когда малышка спала, ее мать отставляла ее корзинку в сторону. Эрика снова стала работать в лечебнице, хотя Клара сначала неодобрительно отнеслась к этому:
– Лучше подумай о себе и о своем ребенке!
Но именно этого Эрика и не хотела – думать о ребенке. Если Ханни, проснувшись, начинала тихонько пищать, Эрика всегда ждала, не подойдет ли к ней Додо или Клара, которая просто обожала малышку, и только если поблизости действительно никого не было, брала девочку из корзинки, быстро кормила ее, а затем укладывала обратно.
Время от времени Эрику мучили угрызения совести. Она была плохой матерью для этой малышки. Однако она стала ее матерью не по своей воле.
Женщина с нетерпением ожидала, когда пройдет несколько недель после рождения ребенка. Больше всего ей хотелось как можно быстрее пойти в администрацию колонии, чтобы выписать себе пропуск в Батавию. Однако Клара наблюдала за ней недремлющим оком. Эрика робко попыталась снова объяснить ей свои мотивы.
– Я ведь должна найти своего мужа, – с мольбой произнесла она.
– В первую очередь ты должна заботиться о своих детях, – решительно ответила ей Клара, причем Ханни волновала ее явно больше, чем Райнер.
Таким образом, Эрике не оставалось ничего иного, кроме как тайком отправиться в администрацию колонии. К сожалению, там ей не смогли дать информацию так быстро, как она надеялась.
После многократных визитов и огромного количества заполненных бланков она получила аудиенцию у соответствующего чиновника.
– В Батавию, так-так… – Маленький круглый человек, чье лицо напоминало Эрике рыльце поросенка, поправил свои очки.
Затем он посмотрел на Эрику водянистыми голубыми глазами и покачал головой:
– Итак, мефрау Бергманн, я не знаю… Я просто не знаю…
Эрика была близка к отчаянию. Не только потому, что каждый раз, когда нужно было отправиться в администрацию, ей приходилось лгать Кларе. Эрике действовали на нервы и бесконечное ожидание, и упрямые чиновники.
– Я всего лишь хочу узнать, что случилось с моим мужем! – вырвалось у нее.
– Мефрау, я вас понимаю, но пропуск туда – еще не все. Я имею в виду… Вы ведь не хотите остаться там навсегда?
– Нет. Я… У меня же дети, – честно призналась Эрика.
– Вот видите! Поехать туда – это одно, а вот вернуться назад – совсем другое. В конце концов, мы несем ответственность за весь город. Мы рады, что с помощью Батавии нам удалось хоть как-то уменьшить эту проблему… И если теперь каждый будет ездить туда и обратно, когда ему вздумается… – Мужчина наклонил голову набок. – Боюсь, что не смогу выписать вам пропуск.
Глава 9
Вода нанесла меньше ущерба, чем ожидала Юлия. В главном доме, который был расположен выше всех остальных построек, лишь нижний этаж был слегка затоплен. Благодаря Амру и стараниям домашних служанок пострадало незначительное количество предметов мебели. Мартина, Мартин и Питер со спокойной душой переждали непогоду на верхнем этаже и даже не заметили, что Юлии и Кири не было в доме.
Зато нижний этаж в доме для гостей пострадал гораздо больше. Пол был покрыт слоем ила, доходившим до щиколоток.
Но больше всего пострадал поселок рабов. Там вода не только унесла с собой жалкие пожитки, но и разрушила несколько хижин.
Когда усталые мужчины на следующий день вернулись с полей, Юлия уже следила за работами по расчистке поселка. Карл ехал верхом на коне между хижинами. Он остановил жеребца рядом с Юлией и спрыгнул на землю:
– Вода дошла даже сюда?
Юлия лишь кивнула.
– А что в доме?
– Все не так уж плохо.
– Никто не пропал?
– Нет, Карл! – Юлия сердито отвернулась. – И женщины и дети все живы и здоровы. Я отвела их в дом для гостей, когда поднялась вода.
– Что ты сделала? – не веря своим ушам, уставился на нее Карл.
Юлия знала, как он к этому отнесется, и подготовила соответствующие аргументы. Она была уверена, что приняла правильное решение.
– А что, я должна была оставить их здесь, под открытым небом, на произвол судьбы? Ты посмотри, как высоко поднялась вода! – Она указала на коричневые полосы на стенах хижин.
