всерьёз ставить в упрёк гэбистам, работающим против нас. Никто бы не мог предположить, что восемнадцатилетний мальчонка заранее предусмотрит и проверит пути отхода. Поставь они бойца у пожарной лестницы… Да нет, просто пройди капитан Квятковский со мной в душевую… Да нет, просто встань он в коридоре, откуда видно верх окна в раздевалке, и всё! Я бы был в клетке. Тут сработал чистый случай: капитан слегка расслабился, вот мне и повезло.
Ну ладно, мне повезло как дураку. Может быть, повезёт ещё раз, и преследователи решат, что путь побега мне подготовили люди Сергея Ивановича? Тогда они предположат, что для меня подготовлена конспиративная квартира или какая-нибудь спецдача. Я слышал о таких, но никогда не бывал. А раз так, то искать меня должны именно в Москве. Соображение подкрепляет и то, что электричка, в которой я ехал, была проверена нарядом милиции. Это значит, что в линейные отделы милиции от Москвы до Калинина был разослан приказ, проверить эту электричку, и задержать парня с такими-то приметами. Остальные электрички наверняка были проверены уже гэбистами. Мне повезло, что поезд проверяли именно милиционеры, а не гэбисты. Повезло и то, что моими попутчиками оказались простые колхозники, которые укрыли спящего меня, одетого в дорогие вещи, простецким, слегка выцветшим болоньевым плащом. Повезло и в том, что голова моя, с модной и дорогой причёской, была укрыта полой плаща, а сам я спал лицом к спинке. Ну и милиционеры не стали будить «племянника» колхозников. По идее я не должен так себя вести. Я же звезда, ёпть! Должен брезгать обществом мужичья от сохи! Но не брезгаю, ибо я сам плоть от плоти этих людей. Вот вывернусь из передряги, непременно съезжу в колхоз «Труд Ленина» и со сцены клуба поблагодарю дядю Пашу и тётю Клаву. И песню им посвящу: у Бобрика была хорошая песня «Многодетная семья», там только нужно будет изменить имена персонажей.
Покопался в широком поясе, надетом под майкой, и достал пакет, который мне передал Сергей Иванович. Ага! Документы! Зелёная книжица с чёрным гербом и надписью «Паспорт». Открываю. Эге-ж! Я Бобровский Юрий Владимирович, 1954 года рождения, родился в городе Мары Туркменской ССР, социальное положение: учащийся. Отношение к военной службе: призывник. Паспорт получен в городе Ровно Украинской ССР, на основании свидетельства о рождении… Проверяю свидетельство о рождении, номер и серия совпадают. Что приятно — и паспорт и свидетельство о рождении слегка потрёпаны, но в меру. Видно, что их владелец человек аккуратный, но пользоваться документами приходилось часто. Любопытная деталь: на первой странице паспорта подпись владельца. Это моя собственная подпись! Даже такую мелочь предусмотрели. Дата выдачи: 1969 год. Листаю дальше: прописка: прописан в городе Смоленске, в/ч номер, дом офицерского состава. В паспорт вложен аккуратно сложенный «листок выбытия», в котором отмечено, что я выезжаю по месту получения образования. Всё правильно: паспортная служба обязана поставить меня на учёт и отослать этот листок по месту прежнего жительства. Дальше: справка формы 086-У, с отметкой всех анализов и резолюцией: здоров.
Идеальное прикрытие: сын военнослужащего, помотавшегося по стране, нигде долго не жившего, и по большому счёту, не знающего реалий мест, где жил. Могу рассказывать всё что угодно, в основном опираясь на собственный опыт.
Теперь задача номер раз: изменить внешность. Эту задачу я решил в ближайшей парикмахерской: мои длинные волосы, «под Дина Рида» укоротили почти вдвое, получилась канадская полька, с зачёсом вправо. Виски сделали прямые. Парикмахер, женщина под пятьдесят лет, с отечными ногами, работала быстро, вопросы задавала коротко и исключительно по существу. Впрочем, понятно почему: как только я встал из кресла, парикмахер устало опустилась на стул и вытянула ноги. Далее мой путь лежал в магазин одежды, где я подобрал себе скромные, неброские вещи массовых моделей. Единственное, что я не стал менять, так это обувь. У меня достаточно непростая нога, и моя обувь индивидуального пошива. Впрочем, выглядят мои туфли вполне скромно. Не стал я менять и сумку: точно такие же я видел и в Москве, и здесь, в Калинине. Переоделся в ближайшем пустующем здании, и свои старые вещи бросил там же: пацаны или алкаши растащат, и концы в воду.
Пошел гулять по городу, и на площади Ленина, напротив Исполкома, обнаружил шикарный книжный магазин. Естественно, зашел. Ну как не покопаться среди книжек? А в книжном, по какой-то прихоти владельца, завелся маленький отдел под вывеской «Артель „Оптика“». Довольно большой стенд с оправами, мастер в голубом комбинезоне с лейблом «Оптика» на спине, и девушка в белом халате с таким же лейблом на кармашке. А почему бы не воспользоваться? Подхожу.
— Здравствуйте! Скажите, пожалуйста, а если у вас заказать очки, то, сколько их ждать?
Девушка приветливо улыбается:
— Добрый день, молодой человек. Если стёкла подберём здесь, а оправа Вас устроит, то всё будет сделано за пятнадцать минут.
— Понимаете, у меня зрение отличное, но иногда хочется выглядеть… Солиднее, что ли. — смущённо замолкаю.
Мастер добродушно ухмыляется. Девушка, так же приветливо улыбаясь, отвечает:
— Понимаю Вас. Для таких случаев у нас имеются стекла без диоптрий. Если желаете, то можно применить цветные стекла, но это будет несколько дороже. Вам помочь подобрать оправу?
— Будьте любезны.
Приятно иметь дело с профессионалами: девушка оценивающе осмотрела моё лицо, и тут же выбрала со стенда пять оправ:
— Примеряйте, молодой человек.
Перед большим зеркалом, по очереди примеряю оправы, и обнаруживаю, что они все мне подходят! Надо бы покупать все, но артельщики непременно запомнят скромно одетого пижона, швыряющегося деньгами! Меряю и мучаюсь. Девушка, довольно верно оценив мои страдания, решается помочь:
— Оправы Вам понравились? Я понимаю, они недёшевы, но две-три пары Вам под силу?
Обрадовано киваю. Вот ведь умница! Дай тебе бог хорошего мужа! Но вслух произношу только:
— А какие три пары Вы мне посоветуете?
Девушка деловито выбирает самые симпатичные оправы:
— Вот эти. И я бы не рекомендовала Вам цветные стёкла, они вредны для здоровых глаз.
— Спасибо. Как быстро вы сделаете?
— Пятнадцать минут, и всё будет готово.
— Ну я тогда пока посмотрю книги. За очки платить сейчас?
— Как Вам удобнее, можно и сейчас. С Вас шесть рублей девяноста две копейки.
Расплачиваюсь и иду к книжным полкам. Здесь уж я зависаю на полтора часа, впрочем, выбрал всего три книжки: сумка-то не безразмерная.
А у прилавка артельщиков меня уже ожидают мои очки, упакованные в картонные пеналы, обтянутые дерматином. С благодарностью киваю, девушка рассеяно мне отвечает, она уже занята другим клиентом, старичком.
До чего приятный сервис, особенно если для сравнения вспомнить
