В комнате воцарилась тишина, давящая на барабанные перепонки.
По всем канонам мелодраматического жанра Уолтер, как романтический герой, должен был вскочить и объяснить происшедшее — он по ошибке взял пальто Риса… Но Уолтер сидел неподвижно, словно манекен.
Вэл все видела с пронзительной четкостью. Уолтер не мог сказать, что носил пальто ее отца, не признавшись во лжи. Он ведь заявил, что вообще не входил на территорию Сан-Суси. Однако теперь стало ясно, что он входил сюда, воспользовавшись ключом, которым также располагал, что Фрэнк по ошибке принял его за Риса Жардена из-за порванного пальто, что он вошел в дом отца и… И что?
Не по этой ли причине Уолтер лгал? Не поэтому ли он спрятал или выбросил злополучное пальто? Не поэтому ли сидит неподвижно, позволяя полиции думать, будто Рис входил в дом Спета приблизительно в то время, когда тот был убит?
Не глядя на отца, Вэл знала, что в голове у него роятся те же мысли. Он, как и она, очень легко мог сказать Глюке: «Послушайте, инспектор, Уолтер Спет взял по ошибке мое пальто, а Фрэнк по ошибке принял его за меня. Я не входил сюда в этом пальто. Я даже не знаю, где оно. Спросите Уолтера».
Но Рис ничего не сказал. Что касается Вэл, то она не могла бы произнести ни слова, даже если бы от этого зависела ее жизнь. «О, Уолтер, почему ты все не объяснишь?..»
— Значит, не хотите говорить? — криво усмехнулся инспектор. — Ладно, мистер Жарден. Фрэнк, кто-нибудь, кроме мисс Мун и мистера Жардена, входил сегодня в Сан-Суси после аукциона?
— Н-нет, сэр, — ответил Фрэнк.
— Валевский, после того, как вы заступили на дежурство, вы впустили только мистера Руига, вместе с которым обнаружили тело Спета?
— Да, сэр.
Глюке устало махнул рукой привратникам.
— Отпустите их домой, — велел он детективам, — и приведите сюда мисс Мун.
В ушах Вэл звучал вопрос. Чем больше девушка старалась его отогнать, тем настойчивее он возвращался назад. «Уолтер, ты убил своего отца?»
Глава 6
УДАР И ПАРИРОВАНИЕ
Плачущая Винни Мун задержалась у двери в позе безысходного отчаяния, прижимая к глазам черный носовой платок. «Уже в трауре! — с восхищением подумал Эллери Квин. — Отлично сработано!»
В привычке мистера Квина было подмечать то, что обычно ускользало от других, поэтому он сразу обратил внимание на метаморфозу, происшедшую с Анатолем Руигом. Адвокат, до сих пор воспринимавший все со сдержанной бесстрастностью, неожиданно возбудился после трагического выхода на сцену мисс Мун. Он подбежал к ней, взял за руку, шепча выражения сочувствия (что, как также заметил мистер Квин, вызвало у нее удивление, которое она, правда, постаралась скрыть), обнял за плечи, для чего ему пришлось встать на цыпочки, и галантно подвел к стулу, словно почтительный китайский сын. После этого Руиг занял место за спинкой стула Винни, как рыцарь, готовый до последнего вздоха защищать прекрасную даму от оскорблений и клеветы.
Мистер Квин задался вопросом: не намерен ли мистер Руиг после того, как Солли Спет отправился к праотцам, принять на себя ответственность за карьеру мисс Мун?
Винни заплакала с новой силой.
— Ну-ну, — поспешно сказал инспектор Глюке. — Наш разговор займет немного времени, а потом можете рыдать сколько вашей душе угодно. Кто убил Солли Спета?
— Я знаю, кто хотел бы это сделать! — воскликнула Винни, опустив носовой платок, чтобы бросить сердитый взгляд на Риса Жардена.
— Вы имеете в виду мистера Жардена?
Вэл почувствовала, как внутри у нее все напряглось перед новой опасностью. Черт бы побрал эту раму для сушки белья! Но она была слишком озабочена более серьезными бедами, поэтому ограничилась испепеляющим взглядом к сторону плачущей красавицы.
— Да, его, — ответила мисс Мун, сразу же перестав рыдать. — Он постоянно ссовился с бедным довогим Солли! На пвошлой неделе…
— Винни, — сдавленным голосом произнес Уолтер, — закрой свою пасть!
«Наконец-то заговорил!» — подумала Вэл.
— Я не стану молчать, Уолтев Спет! — злобно прошипела Винни. — Ты знаешь, что это пвавда. Утвом в пвошлый понедельник у них пвоизошла ужасная ссова из-за наводнения, электвостанций и пвочего. А сегодня утвом он пвиходил снопа и угвожал Солли…
— Угрожал? — переспросил Глюке с явным удовлетворением.
— Он сказал, что Солли мошенник, котового следует повесить и четвевтовать! Больше я ничего не смогла услышать…
— Эта женщина, очевидно, подслушивала под дверью, — сказал Рис; его смуглые щеки покрылись румянцем. — Между нами, правда, произошла ссора, инспектор. Но…
— И также правда, — сухо осведомился Глюке, — что вы ссорились, потому что действия Спета явились причиной краха «Огипи»?
— Да, — ответил Рис. — Он разорил меня, но…
— Вы все потеряли, не так ли, мистер Жарден?
— Да.
— Солли нажил состояние, сделав вас бедняком?
— Но он разорил и тысячи других!
— Почему эта обезьяна шьет тебе убийство, Рис? — послышался знакомый голос, и в комнату ворвался Пинк; его рыжие волосы стояли торчком.
— О, Пинк! — воскликнула Вэл, бросаясь в его объятия.
— Все в порядке, — устало сказал Рис стоящему рядом детективу. — Он мой друг.
— Слушайте, вы! — зарычал Пинк на Глюке. — Мне наплевать, кто вы такой, но если вы говорите, что это дело рук Риса Жардена, то вы просто лжец и безмозглый осел! — Он неуклюже погладил Вэл по голове. — Я бы приехал раньше, но я ничего не знал, пока не добрался сюда. Мибс сказала мне, куда вы поехали.
— Все в порядке, Пинк, — успокоил его Рис.
Пинк умолк. Инспектор Глюке задумчиво посмотрел на него и пожал плечами.
— Вы спортсмен, верно, мистер Жарден?
— Если вы намекаете, что…
— Вы чемпион по гольфу, метко стреляете из пистолета, победили этого вашего Пинка на калифорнийском турнире стрелков из лука, отлично управляетесь с яхтой. Как видите, мне все о вас известно.
— Пожалуйста, ближе к делу, — холодно сказал Рис.
— К тому же вы хорошо фехтуете, не так ли?
— Да.
Глюке кивнул.
— Это знают не все, но вы один из лучших фехтовальщиков-любителей в Соединенных Штатах?
— Насколько я могу судить, — медленно отозвался Рис.
— Он даже пвобовал учить Солли! — взвизгнула мисс Мун. — Всегда пытался заставить его упважняться!
Инспектор просиял:
— В самом деле? — Обернувшись, он внимательно посмотрел на красновато-коричневую стену над камином.
Там висела коллекция старинного оружия: два дуэльных пистолета с серебряными рукоятками, длинноствольное ружье восемнадцатого века, аркебуза, несколько кинжалов и кортиков, дюжина или больше почерневших от времени рапир, сабель, ятаганов, украшенных драгоценными камнями придворных шпаг.
Выше других предметов находился зазубренный меч, какой носили тяжеловооруженные всадники в тринадцатом веке. Он располагался по диагонали, пересекая светлую линию на стене, идущую в противоположном направлении, как будто там раньше висело другое оружие.
— Шпага пвопала! — закричала Винни, показывая на полосу.
— Эге, — кивнул Глюке.
— Но в четыве часа она была на месте!
— Именно тогда вы видели Спета в последний раз, мисс Мун?
— Да, когда вевнулась из магазинов…
— Не будет ли с моей стороны дерзостью спросить, — заговорил мистер Квин, — чем занималась прекрасная мисс Мун между четырьмя часами и временем, когда был убит мистер Спет?
— Как вы смеете! — с возмущением воскликнула мисс Мун. — Я пвимевяла новые платья в своем будуаве!
— И вы ничего не слышали, мисс Мун?
— Может, вы объясните мне, — начал Руиг, — какое вы имеете право…
— Слушайте, Квин, — буркнул Глюке, — вы окажете мне большую любезность, если не будете лезть не в свое дело.
— Простите, — извинился Эллери.
— Ну, — более спокойно сказал Глюке, — давайте-ка посмотрим, что это была за колючка. — Он подошел к камину с видом фокусника, собирающегося продемонстрировать свой самый головоломный трюк, поставил перед ним стул, взобрался на него и, вытянув шею, прочитал вслух надпись на бронзовой табличке под следом на стене: — «Итальянская рапира с чашечкой. XVII век». — Инспектор слез со стула с довольным видом.
Никто не произнес ни слова. Рис сидел неподвижно, положив на колени сильные руки.
— Факт состоит в том, леди и джентльмены, — продолжал Глюке, глядя на присутствующих, — что Солли Спет был заколот, а итальянская рапира исчезла. Мы это точно установили. В доме рапиры нет, и на участке мои люди ее не обнаружили. Колотая рана и пропавшая рапира… Выглядит так, будто убийца Солли снял рапиру со стены, припер его в тот угол и проткнул.
В тишине четко прозвучал голос мистера Квина:
