Вот для чего нужна была революция 1917 года и последующее уничтожение царской семьи под корень! Сионские Мудрецы постановили свергнуть русское самодержавие, чтобы установить свое, иудейское. А мы‑то семьдесят с лишним лет думали, что кладем свои жизни ради светлого будущего, ради свободы, равенства и братства всех народов. Поди поживи с таким народом в братстве. Повторюсь:
«Царь Иудейский будет настоящим папою вселенной, патриархом интернациональной церкви.» (Подчеркнуто мной. — В. Р.).
Для достижения своей цели они готовы заплатить любой кровью гоев. Они готовы употребить все мыслимые и немыслимые средства. Они призывают не останавливаться ни перед чем. (Вот откуда берут свое начало фашистские идеи! — В. Р.). Когда читаешь места, где указываются средства борьбы, поражаешься кровожадности этих «стратегов» ада и поистине удивляешься, как может народ рассчитывать на лояльное к нему отношение тех, чьей кровью они намерены залить всю землю, чьими костями усеять весь мир?!. Невольно душа кричит — люди мира, берегитесь! А лучше соберитесь воедино и обезглавьте эту Гидру, пока не поздно! Они не шутят.
«Смерть есть неизбежный конец для всякого. Лучше этот коней приблизить к тем, кто мешает нашему делу, чем к нам, создателям этого дела. (Вот она, философия преступного мира — ты умри сегодня, я умру завтра! — В. Р.). Мы казним масонов так, что никто, кроме братий, об этом не заподозрит, даже сами жертвы казни: все они умирают, когда это нужно, как бы от нормального заболевания».
И это положение «Протоколов» нам что‑то напоминает, что уже было, что мы уже проходили. Именно так, не подозревая предательства, умирали верные сыны России — с именем Сталина на устах, не подозревая, что именно от него и его «гениальных» советчиков исходит смерть.
«Когда наступит время нашего открытого правления, время проявлять его благотворность, мы переделаем все законодательства: наши законы будут кратки, ясны, незыблемы, без всяких толкований, так что всякий будет в состоянии их знать. Главная черта, которая будет в них проведена, — это послушание начальству, доведенное до грандиозной степени».
Как это ярко и точно иллюстрирует недавнее наше чинопочитание, доведенное «до грандиозной степени». До обожествления Ленина, а потом Сталина и КПСС.
Приближенные Сталина, которым посчастливилось выжить, вспоминают одну странную особенность вождя — он часто удивлялся своей такой грандиозной значимости, сказочному авторитету. Очевидно, бедолага даже и не подозревал сначала, откуда свалилось на его голову этакое величие, всенародная «любовь» и почитание, откуда явился этот феноменальный авторитет, доходящий до преклонения, словно он божество. А когда ему дали понять, откуда явился ему этот успех, он начал шерстить эту «братию». Тогда и «братия» быстро поняла, что выпестовала СТРАШИЛИЩЕ себе на беду. То‑то он испугался, когда к нему на дачу в Кунцево нагрянула команда сатрапов во главе с Берия. Он приходил в себя, потрясенный вероломным нападением Гитлера. Он думал, что они приехали арестовывать его. И это можно было сделать запросто — он погряз в ошибках в отношениях с Германией. Но еще не наступило время. Он еще нужен был. Ну а когда нужда в нем прошла и когда он вышел из‑под их контроля, его нашли умирающим на той же даче. Мавр сделал свое дело, мавр должен уйти. И охрана в пятьсот специально обученных, вооруженных молодцев не помогла.
«Укрывательство, солидарное попустительство между служащими в администрации — все это зло исчезнет после первых примеров сурового наказания. (А как же демократия, о которой сейчас вы кричите истошно? — В. Р.). Ореол нашей власти требует целесообразных, т. е. жестоких мер наказаний за малейшее нарушение личной выгоды, ради высшего престижа. (Помним, как ради утопической идеи построения коммунизма нас держали в постоянном страхе семьдесят с лишним лет. — В. Р.у. Потерпевший, хотя бы и не в меру своей вины, будет как бы солдатом, падающим на административном поле на пользу Власти, Принципа и Закона, которые не допускают отступления с общественной дороги на личную от самих же правящих общественной колесницей».
«Наше правление будет иметь вид патриархальной, отечественной опеки со стороны нашего правителя».
Ах, как это напоминает нашего Дорогого и Любимого Отца всех времен и народов!
«Как видите, я основываю наш деспотизм на праве и долге: право вынуждать исполнение долга есть прямая обязанность правительства, которое есть отец для своих подданных».
«Все в мире находится в послушании, если не у людей, то у обстоятельств, или у своей натуры, во всяком случае у сильнейшего. Так будем же этими сильнейшими ради блага».
«Ведь народы по отношению к тайнам нашей политики — вечно несовершеннолетние дети, точно такие, как и их правления».
«Наш Царь будет находиться в непрестанном общении с народом, говоря ему с трибуны речи, которые молва будет в тот же час разносить на весь мир». (Протокол № 15).
Такой «царь» уже был. Иосиф Виссарионович Сталин. Но он «испортился». Как в свое время «испортился» Владимир Ильич Ленин, разгромивший Бунда и бундовцев за их притязания на исключительность. Потом хотели сделать своего царя из Хрущева. Не вышло. Из Горбачева. Но быстро поняли, что он дурак. Теперь вот лепят из Ельцина. Но, кажется, опять осечка. Хотя сначала все свои Указы он писал по указке.
Эксперимент валится, но его упорно продолжают. И это будет продолжаться до тех пор, пока мы не взмолимся и не позовем Их к власти. Таково предначертание «Протоколов».
«Чтобы правящий крикливо засел в сердцах и умах своих подданных, надо во время его деятельности преподавать всему народу в школах и на площадях об его значении и деяниях, о всех его благоначинаниях». (Протокол № 16).
Все правильно! Мы хорошо помним сталинский Великий план преобразования природы — полезащитные лесонасаждения; помним хрущевскую кукурузу с торфоперегнойными горшочками; свежа еще в памяти «крылатая» фраза Брежнева: «Экономика должна быть экономной». Все эти «деяния» и «благоначинания» были услужливо подсунуты Мудрецами. В них была намеренная абсурдность для одурачивания народа.
«Священничество гоев мы уже озаботились дискредитировать и этим разорить их миссию, которая ныне могла бы очень мешать. С каждым днем его влияние на народы падает. Свобода совести провозглашена теперь всюду, следовательно, нас только годы отделяют от момента полного крушения христианской религии…» (Подчеркнуто мной. — В. Р.).
Вот откуда был направлен огненный вал на русскую православную церковь. Но только господа Мудрецы поспешили похоронить ее. Она выжила, выстояла, несмотря на жесточайший террор.
«Когда придет время окончательно уничтожить папский двор, то палец от незримой руки укажет народам в сторону этого двора. Когда народы бросятся туда, мы выступим как бы его защитниками, чтобы не допустить Сильных кровопусканий. Этой диверсией мы пробьемся в самые недра и уже не выйдем оттуда, пока не подточим всю силу этого места.
Но пока перевоспитанием юношества в новых переходных верах, а затем и в нашей, мы не затронем открыто существование церкви, а будем с ними бороться критикой, возбуждающей раскол…
Вообще же наша современная пресса будет изобличать государственные дела, религии, неспособности гоев, и все это в самых беспринципных выражениях, чтобы всячески унизить их. так, как это умеет делать только наше гениальное племя…» (Подчеркнуто мной. — В. Р.^ «При нашей программе треть подданных наших будет наблюдать за остальными из чувства долга, из принципа добровольной государственной службы. Тогда не будет постыдно быть шпионом и доносчиком, а похвально…» (Уже было! — В. Р.).
«Не донесший о виденном и слышанном по вопросам политики тоже будет привлекаться к ответственности за укрывательство…» (Протокол № 17).
Опять что‑то слышится «родное». Сие предписание «Протоколов» о сплошном доносительстве друг на друга было отработано на практике в сталинские времена. Эту систему сплошного доносительства друг на друга евреи испытали сполна и на себе — продавали друг друга наперегонки. Теперь они же кричат на каждом перекрестке, клеймят позором стукачей и сексотов, на весь мир подняли истошный вопль, обвиняя в доносах кого угодно, только не себя. Сработала известная народная мудрость — гильотина любит больше всего шею своего изобретателя.
Гои, по вашему мудрому заключению, — есть «баранье стадо». Разве бараны могут додуматься до такого — заставить треть подданных наблюдать за остальными? На это способно только ваше «гениальное племя», выражаясь языком «Протоколов».
Да, подлости вашей, господа хорошие, нет предела. Не кажется ли вам, что когда народы мира поймут это, а они поймут рано или поздно, то вам придется пережить пренеприятнейшие времена?
