отелем Сары и подождал парковщика.
Сара видела, что он очень встревожен. На первую половину книги ушло шесть месяцев, а теперь у нее оставалось меньше восьми недель на вторую. Однако сама она ощущала внутри новое пламя.
– Фил, я готова. Я смогу. – Она набрала в грудь воздуха. – Я сняла квартиру в нескольких кварталах отсюда. Буду заканчивать книгу здесь. Ни на что не отвлекаясь.
– Ты – что?
– Я уже подписала договор. Хочу остаться здесь и писать.
Фил посмотрел на Сару. В глазах у него вдруг что-то смягчилось. Был ли это проблеск доверия? Понимание? Джетлаг? Или просто хорошие глазные капли?
– Неплохая идея, Грейсон.
Сара не привыкла, чтобы он доверял ее решениям.
– Пойдем внутрь, – сказал Фил, – и обговорим подробности перед тем, как я поеду обратно в свой отель.
Он протянул парковщику ключ от машины. Они вышли, и Фил взял с заднего сиденья Сарину сумку.
Сара вдохнула сырой лондонский воздух и поправила ремешок сумочки на плече, дожидаясь перед отелем, пока парковщик пробьет им талончик.
Фил посмотрел на нее.
– Ник знает, что ты остаешься тут?
– Я отправила ему смс, когда подписала договор. Он пока присмотрит за Гэтсби.
Фил коротко кивнул.
Сара коснулась его руки.
– Фил, не волнуйтесь. Я все думаю о маме. Если она сумела дописать книгу за папу, то я уж точно сумею дописать за нее.
На стенах вестибюля отеля висели резные деревянные панели, кругом были расставлены уютные темно-синие диванчики и бархатные кресла, а в элегантном каменном камине потрескивал старый добрый огонь. Вышколенный персонал только-только закончил расставлять подносы с теплыми сконами и крекерами для послеполуденного чаепития. Сара вместе с Филом прямиком отправилась за чаем, вдохнула аромат масляного песочного печенья и шоколадных круассанов. Лондон не подводил.
Стильно одетая женщина, сидевшая в кресле стиля королевы Анны, поднялась и целеустремленно заскользила через вестибюль к Саре.
Ни единый волосок у нее на голове не колыхался.
Сара замерла на месте с пустой чашкой в руках.
– Мисс Грейсон, я в восторге. Фил… всегда приятно…
Фил поскреб заросший подбородок.
– Я как раз собирался к вам сегодня вечером, Джейн. Вам было совершенно не обязательно самой приходить.
Сара наконец нащупала дыхание, застрявшее где-то в глубине спинного хребта, – после того как вспомнила, что у нее есть хребет. Хватанула ртом воздух и пожала Джейн руку.
– Э-э-э… очень приятно вас видеть, Джейн.
Это была их первая встреча после Нью-Йорка. В присутствии Джейн Сара до сих пор казалась себе маленькой и глупой.
Джейн всегда выглядела неизменно. Отточенной. Как будто только что вышла с рекламной фотографии модной одежды «Энн Тейлор» – в приталенной белой блузке, пиджаке и юбке-карандаш.
Отточенные фразы. Отточенные брови. Отточенные маленькие каблучки.
– Откуда вы знаете, где я остановилась? – спросила Сара.
– А, вы про это. Нам надо поговорить. – Она повернулась к официанту, который проходил мимо с кувшинчиком сливок и чайником, и посмотрела на бейджик у него на груди. – Мистер Григсби, можно нам воспользоваться той пустой гостиной рядом с рестораном?
– Ее надо бронировать заранее, мэм.
Она лишь отмахнулась.
– Спасибо, что готовы сделать для нас исключение. Короткая деловая встреча. И, разумеется, чай и кофе тоже не помешают. Благодарю вас, мистер Григсби.
Сара зачарованно наблюдала, как официант отставляет свой поднос.
– Рад служить, мэм.
Они прошли вслед за мистером Григсби в маленькую гостиную, где стояли викторианские диваны в цветочек, а скатерти на столиках свисали до самого пола. Лампы с зелеными плафонами заливали комнату мягким светом, негромко играл Бах.
Фил с Сарой уселись на диван, а Джейн опустилась в высокое кресло напротив, точно ведущая «Театральных шедевров». Спина прямая, колени сдвинуты, лодыжки скрещены.
Сара чувствовала себя так, словно ее вызвали к директору за плохое поведение. О чем вообще это все? Попытка все-таки выгнать ее в последнюю минуту? Вдруг из-за толстой шторы выпрыгнет Эшер Монро?
Фил потер шею сзади.
– Джейн, я же говорил вам, что встречусь с вами завтра на конференции. Собирался вернуться туда сегодня вечером.
– Если вы волнуетесь насчет книги, – начала Сара, – могу заверить, что я укладываюсь в срок. Я справлюсь.
Джейн сложила руки на коленях.
– То, что я должна сказать, касается вас обоих, а как вы знаете, время – существенный фактор.
Сару затошнило. Она открыла сумочку, чтобы достать таблетку от изжоги. Оттуда посыпались обертки и пакетики из-под «пикси стикс». Фил вопросительно покосился на Сару. Она натянуто улыбнулась, крепко сжимая губы.
Официант принес поднос с чаем и кофе и поставил на столик между ними.
– Итак, – сказала Джейн. – Два дня назад, вечером, я читала рукописи у себя в квартире, когда ко мне вдруг явился мой бывший зять с довольно крупным, но очаровательным песиком по имени Гэтсби. Должна сказать, было уже довольно поздно, но он попросил с ним поговорить.
– Что-что? Гэтсби?..
Сара покосилась на Фила. Тот сидел, закинув щиколотку одной ноги на колено другой, без тени удивления на лице. Сара снова посмотрела на Джейн и уронила руки на колени. Куски головоломки у нее в голове постепенно вставали на место.
– Вам наверняка известно, что моя дочь Коринна и сын Фила Ник были одно время женаты, но я с Ником не общалась уже несколько лет. – Она фыркнула. – Честно говоря, собака меня интересовала больше, но я все-таки пригласила Ника зайти.
Сара разинула рот и нащупала руку Фила. Тот бесстрастно посмотрел на нее.
– Думал, ты знаешь, – прошептал он.
Сара снова повернулась к Джейн и нервно прикусила нижнюю губу. Она понятия не имела, к чему это все ведет. А потом невольно прикрыла рот рукой, вспомнив фотографию славного малыша в кабинете Джейн.
Сын Ника.
В комнате словно бы сделалось еще тише. Сара отчаянно старалась вместить в себя это новое знание – и слушать, что говорит Джейн.
– Итак, Ник познакомил меня с Гэтсби и сообщил, что это ваша собака. Он знает, что я испытываю слабость к лабрадорам – поэты иногда до противного наблюдательны.
В этот-то миг Саре и показалось, что она находится в каком-то очень странном сне. На обратном пути она купила на заправке шоколадный капкейк. Может, в него что-то добавили? Он был очень, очень хорош.
– Итак, мы немного поговорили, и он мне очень понравился – пес в смысле. А потом Ник достал вашу книгу и заявил, что лучшей вашей работы я и не читала. И сунул мне рукопись первой части. Я бегло просмотрела первые страницы – и обнаружила, что рассказчик переменился. «И речи быть не может», – сказала я и отдала рукопись обратно Нику. Но он не стал брать. Ответил: «Все-таки почитайте сегодня вечером, а я завтра
