Читаем без скачивания Аромагия - Анна Орлова

- Замечательно, - заметила я, допивая свой чай. – Сейчас я напишу вам дозировки и способы применения.

- Госпожа Мирра, спасибо вам, спасибо огромное! Вы меня спасли! – экспрессивный писатель тряс мою руку и подпрыгивал от восторга. Ему явно недоставало бубна для хельских шаманских плясок, чтобы призывать духа вдохновения. Впрочем, господину Викару высказывать эту мысль я поостереглась...

Осчастливленный писатель отбыл, а следом стали один за другим появляться посетители. Они, конечно же, высказывали негодование из-за статьи Знатока, бурно возмущались, что редактор позволил публиковать такую чушь, за которую ему потом пришлось извиняться, и, разумеется, втихомолку рассматривали меня.

Надо думать, гости остались разочарованы моим спокойствием. Признаюсь, в тот момент меня меньше всего волновали нападки Знатока...

Как-то незаметно наступил вечер. Снежная белизна осветлила ночь, разбавила ее, словно чай молоком, так что вместо густых сине-фиолетовых сумерек на Ингойю будто опустился легкий шелк, переливающийся всеми оттенками от кипенно белого до глубокого индиго.

Когда в дверь постучали в очередной раз, взмыленная я (в прямом смысле – я как раз варила мыло) только вздохнула и, стянув перчатки, распахнула дверь.

На Палле не было лица. Он стоял на пороге, держа за руку рыдающую девицу лет шестнадцати, и от беспорядочного смешения ароматов у меня на мгновение потемнело в глазах. Сера, деготь, удушливый запах ирисов, тяжелый дух кожи, наркотически сладкий жасмин... Запахи спутались, как клубок нитей, которыми поиграл котенок.

- Госпожа Мирра! – прохрипел Палл, вваливаясь в приемную и таща за собой девушку (должно быть, дочку). – Что же делать? Что же теперь делать?!

- Для начала сесть и успокоиться, - предложила я хладнокровно. И поймала себя на мысли, что чужие проблемы превосходно отвлекают от собственных. – А потом вы расскажете, что случилось, и мы вместе подумаем, что предпринять. Согласны?

Он судорожно кивнул и бережно усадил спутницу в ближайшее кресло. Оценив ситуацию, я щедро плеснула в аромалампу масел нарда и ладана (благо, базилик уже выветрился), а девушке накапала мятно-валериановых капель. Она даже не поблагодарила, просто выпила, кажется, не заметив, что именно.

Чтобы немного отвлечь Палла от переживаний, пришлось расспрашивать его о новых сортовых лилиях, привезенных на последнем корабле. Эта тема всегда вызывала у садовника живейший интерес, однако теперь он отвечал односложно, посматривая на дочь (это действительно оказалась Гердис). Она сидела, глядя в одну точку, и судорожно сжимала на груди разорванное платье. Поначалу я не заметила этой детали, поскольку ее скрывало пальто.

- Что с ней случилось? – я постаралась, чтобы шепот мой услышал только Палл.

- Свейн – это поклонник Гердис – набросился на нее и хотел... хотел... – голос Палла сорвался. Бедняга заморгал, явно пытаясь унять слезы. – Он ведь всегда такой вежливый был, такой обходительный. А теперь как с цепи сорвался!

- Хм, - я взглянула на девушку и велела: - Палл, подождите в приемной. Мне нужно поговорить с вашей дочкой наедине.

Палл некоторое время колебался, будто всерьез опасаясь, что я тоже обижу его девочку, но в конце концов кивнул и вышел, шаркая, будто старик.

А я присела рядом с девушкой и осторожно обняла ее за плечи. От прикосновения она дернулась и напряглась.

- Тихо, тихо, - голос мой звучал негромко и сочувственно. – Вы знаете, кто я? - Она нерешительно кивнула. – Вот и замечательно. А теперь скажите, что произошло, хорошо?

Она снова кивнула, все так же неуверенно.

- Я... я отпросилась на сегодня у барышни Сигнё и шла к отцу, когда меня перехватил Свейн. Ну, мы раньше гуляли вместе. Только гуляли, госпожа, вы не подумайте ничего такого!

- Я и не думаю, - заверила я, пытаясь понять, что именно в ее запахе не давало мне покоя. Хм, пожалуй, резкий мускус, амбра и тягучий мед не соответствовали ни возрасту, ни внешности, ни статусу девушки.

- Он на меня так набросился! – Гердис сжала кулачки и, закусив губу, призналась тихо: - Я уж думала, снасильничает!

Она задрожала и я, пожалев несчастного ребенка, прижала ее к себе.

- Успокойтесь, - гладя всхлипывающую девушку по плечу, мягко произнесла я. – Я не дам вас в обиду.

Но Гердис не успокоилась. Так же кривились губы, словно она вот-вот расплачется, движения были суетливы, да и глаз она не поднимала. А в сумятице ароматов и чувств ничего не разобрать.

- Я... я плохая, да? Испорченная? – спросила она вдруг.

- Глупости! – резко возразила я.

Она мотнула головой.

- Не глупости! Если бы я... если бы я была другая, хорошая, со мной бы такого не случилось!

- Дело тут вовсе не в вас, - сказала я то, что ей нужно было услышать.

- Но он такой хороший был. Всегда был. Я же думала замуж за него выйти. Он предлагал, честно, предлагал. – Она говорила так монотонно, словно твердила давно заученный текст. - Я и барышне Сигнё сказала, она так радовалась за меня, платье подарила и духи вот. А он...

- Постойте, - встрепенулась я. Так вот что меня смущало! Аромат явно дорогой, к тому же не из тех, что подходят юным девушкам. – Какие духи?

Кажется, Гердис удивилась, даже немного ожила.

- Да вот, они у меня с собой, - и, вынув из кармана крохотный хрустальный пузырек, протянула его мне. – Барышня Сигнё такая добрая!

Я вынула пробку и осторожно поднесла ее к носу, уже догадываясь, что почую. И правда, аромат отличался от обычных благовоний, как настоящее оружие от детского деревянного меча.

- Очень добрая! – повторила я с чувством. Заметив, что Гердис перепугалась, я постаралась улыбнуться. Сейчас ей противопоказаны любые волнения – как сквозняки для стариков. – Не волнуйтесь, все будет хорошо. Эту ночь переночуйте здесь, в «Уртехюс», а завтра, думаю, все уже разрешится.

- Правда? – она доверчиво подняла на меня заплаканные глаза.

- Правда, - пообещала я. – Если позволите, это, - я осторожно, как ядовитую змею, поставила флакончик на стол, - пока останется у меня.

- Конечно, - согласилась она, не раздумывая...

Я задумчиво разглядывала емкость с подозрительными духами, пока Палл хлопотал над Гердис. Любопытно, откуда они взялись? Изготовить подобное в Хельхейме не могли, официально привезти тем более... Напрашивался вариант с контрабандой. А если еще вспомнить поддельное вино... Пожалуй, теперь я готова была помочь Исмиру распутать ту странную историю.

К сожалению, я не имела ни малейшего представления, где искать Исмира. Возможно, он предпочитает ночевать на заснеженных вершинах гор или на дрейфующей в море льдине? Брр, от одной мысли меня передернуло. Забавно, при всей нелюбви к холоду моя тяга к северным мужчинам только усугубляется со временем: сначала коренной обитатель Хельхейма Ингольв, теперь и вовсе ледяной дракон...

Я встряхнула головой, отгоняя нелепые мысли. Пожалуй, разыскать его проще всего с помощью инспектора Сольбранда.

- Палл, будьте добры, отнесите записку, - попросила я, торопливо черкая короткое послание.

- Конечно! – обрадовался он, чуть не выхватывая бумагу из моих пальцев...

Гердис временами по-детски всхлипывала во сне, а я сидела в соседней комнате перед пустым листом бумаги. Требовалось составить несколько новых рецептов, только мысли мои крутились весьма далеко от аромагии. Забота о других помогала держать себя в руках, но, оставшись одна, я поневоле погружалась в тоску и воспоминания.

Пальцы мои машинально перебирали пузырьки с маслами и настоями, а перед глазами всплывали картинки из прошлого...

- Голубушка, вы тут? – отвлек меня от этого бессмысленного занятия негромкий голос инспектора Сольбранда.

- Да, - откликнулась я, вставая. – Здравствуйте, инспектор!

- Здравствуйте, голубушка! – он стянул с головы форменную шапку-ушанку и поклонился. Белая акация дурманила сладостью сопереживания, а чай с бергамотом выдавал сочувствие.

Я заставила себя улыбнуться. Оставалось лишь надеяться, что улыбка моя не походила на оскал.

- Не ожидала вашего визита. - Призналась я и тут же спохватилась: - Но очень рада вас видеть!

- Ну да, голубушка, - инспектор устроился напротив меня. Кажется, ему отчего-то было неловко. – Вы ведь просили передать записку господину Исмиру! Не беспокойтесь, голубушка, я так и сделал, только...

Он замялся, и я, вспомнив о долге хозяйки, предложила:

- Хотите чаю? Кофе? Чего-нибудь покрепче?

- Покрепче! – усмехнулся инспектор, мальчишеским жестом взъерошив седые волосы. – Не поверите, до чего меня все это... То есть, как мне это надоело!

С языка его, определенно, рвались куда более крепкие выражения.

- Ваш любимый малиновый ликер? – с некоторым сомнением сказала я, вставая, и распахнула створки шкафчика с разнообразнейшими напитками. Чего тут только не было! Многочисленные ягодные наливки, травяные настои на спирту, ликеры. – На мой взгляд, для сегодняшней погоды, - я кивнула на окно, за которым по-прежнему надрывно выла вьюга, - больше подходит горячее вино с медом и пряностями.