Волны она ощутила еще в лифте, поэтому догадалась, что мы тренируемся. Зато «радости» прыжка в ледяную воду, неслабо бьющую Молниями и «проваливающуюся» под руками и ногами, не оценила. Вот и взвизгнула на все поместье сразу после того, как вынырнула на поверхность!
Услышав жизнерадостный смех своей госпожи, торопливо доплыла до бортика, выбралась из воды, отошла к окну
и обиженно выпятила нижнюю губу:
— Ну вот, я планировала как следует расслабиться, а вы решили надо мной поиздеваться…
— Не над тобой… — «успокоила» ее Мирослава Михайловна и начала рассказывать о наших тренировках.
Я понимал, что ничего нового не услышу, поэтому мазнул взглядом по фигуре «прабабки», отрешенно отметил, что она сотворила очередной шедевр, и ушел в себя. Вернее, невесть в который раз с момента беседы с государыней о сети стационарных телепортов задумался о том, стоит ли рассказывать ей о наших, «мобильных». Пока раскладывал по полочкам все плюсы и минусы такого признания, пестуны сняли негативные воздействия, а Суккуба врубила обогрев воды, и находиться в бассейне стало в разы приятнее, чем обычно. Вот меня и торкнуло. В смысле, напомнило совет, некогда данный матушкой еще одному торопыжке:
«Слав, ты опять торопишься с выводами. Дай Ереме время сделать все, что он наобещал, потом оцени, насколько результат соответствует тому, что рассказывалось, и только после этого реши, надо ли отвечать добром на добро…»
«Вот и я подожду… — с облегчением подумал я. — До октября. Благо, меня никто никуда не торопит. А когда оценю уровень доступа к сети телепортов, предоставленный команде, сделаю… или не сделаю очередной шаг навстречу Мирославе Михайловне и ее сыну…»
Глава 18
Часть 1
2 сентября 850 г. от ОВД.
…Второй день осени начался с позднего подъема, двадцатиминутного «бдения» в зале для боевки и обратного преображения «преподавательниц». Лишний час мы поспали из-за того, что будить нас в шесть утра в воскресенье и после очень позднего возвращения из вечернего выхода в море на «Фиалке» не решились даже настолько бессердечные личности, как моя родительница и старшая сестренка. Столь короткая «обязательная программа» объяснялась и того проще: за четыре «экстремальных» подъема на следующую ступень Ларс с Викой настолько поверили в свои силы, что с пятым справились без нашего участия. Щелчок, готовившийся ко второму подобному «прорыву» аж с конца июля, давным-давно решил, какие плетения и в «какую сторону» изменять, и убедил себя в том, что все получится, с помощью заклинаний школы Ментала. Ну, а Мирослава Михайловна и Валентина Алексеевна начали готовиться к «внезапному» появлению в Медине, переговорам с Халифом и возвращению домой.
В общем, если бы не грустные лица этой парочки, то последние двадцать пять минут перед завтраком мы с Цербершами радовались бы жизни по полной программе. А так отпустили счастливых «подопечных» восвояси и помогли страдалицам отвлечься — дали почувствовать «прелесть» воздействия двумя новыми заклинаниями, созданными Даниловой во время подъема на вторую ступень ранга мастер. Благо, сочетания Даров у Инны и Вали совпадали, и для использования плетений, придуманных первой, второй не требовалось ничего, кроме желания.
Как и следовало ожидать, демонстрация предельно ослабленных личных наработок очередной потрясательницы основ целительства вызвала в обеих женщинах вспышку нешуточного энтузиазма. «Прабабка» заявила, что «такой талантливой девочке» негоже ходить с «непонятной фамилией» и в Слугах, а значит, я обязан отпустить Инну в Великий Новгород, дабы она — Валентина Алексеевна — приняла ее в главную ветвь рода. А государыня пообещала появиться на этой церемонии и вручить «умничке» патент на потомственное дворянство.
Не воспользоваться представившейся возможностью было выше моих сил, так что я напомнил «родственнице» о том, что у нас в роду выше крыши «талантливых мальчиков и девочек с непонятными фамилиями». После чего поименно перечислил всех пестунов.
— Лютобор Игоревич прав… — поддержала меня Волконская и уставилась на мою «прабабку»: — У тебя есть шанс наложить лапу на восемь мастеров-«семерок» и две «девятки», а ты и не мычишь, и не телишься. Кстати, а почему бы тебе не провести церемонию тут, в Халифате? Ты ж неделю с лишним изучала кандидатов на повышение внутриродового статуса в реальной жизни, а значит, могла убедиться в том, что они этого достойны! Опять же, это поместье — ваша собственность, значит, ты не нарушишь ни одну традицию.
Валентина Алексеевна призналась, что об этом почему-то не подумала,
выяснила у меня точное количество лиц, заслуживших такое поощрение, и потребовала, чтобы к девятнадцати ноль-ноль «вся эта толпа» была готова к торжественной церемонии.
— Будет… — довольно улыбнулся я, а Незаменимая сочла необходимым кое-что уточнить: — С подходящей одеждой у нас, конечно, беда, но в Медине хватает нормальных магазинов, а проблема с доставкой покупок сюда, в Фарас ал-Бахр, запросто решится одним звонком Дауда.
— Что ж, тогда я сделаю соответствующее объявление перед завтраком, а после него вы озадачите и весь народ, и Дауда… — подытожила «прабабка», посмотрела, который час, и сообщила, что нам, собственно, пора выдвигаться в трапезную.
Следующие полтора часа тоже прошли в обычном ключе с небольшой поправкой на «праздничность»: после трапезы большая часть команды чуть-чуть позависала в Сети, а потом снова расползлась по поместью и продолжила расслабляться после тяжелейшей тренировочной недели.
Рабочие будни до смерти задолбали и меня, поэтому, отправив на комм Дауда оплаченный чек на свои покупки, я умотал в свои покои, разделся, упал на кровать, «поплыл» под двумя парами рук, начавших массировать спину, и задрых. Помнится, снилось что-то очень хорошее. Но тревожная вибрация сразу трех коммуникаторов в комплекте с алой мигающей надписью «Боевая тревога!», появившейся на экранах, не только вернули меня в реальность, но и вымели из сознания все радостное и светлое. Зато переключили в турборежим. Всех троих — мы за считанные мгновения добежали до гардеробной, оделись по-боевому и рванули в зал для брифингов.
В помещение ворвались одними из первых, наткнулись взглядами на чрезвычайно мрачные лица моей матушки, Раисы Александровны, Мирославы Михайловны и Валентины Алексеевны, бесшумно просочились на свои места и превратились в слух. Увы, часть команды расслаблялась не в спальнях, а в бассейне, в игровой комнате и в сауне, так что начала объяснений пришлось ждать две с лишним минуты. Зато после того, как в зал ворвались последние четыре человека, Императрица-Мать врубила стационарную «глушилку» и угрюмо вздохнула:
— Ровно в десять утра по времени
