Теперь, когда субмарина стала беззащитной перед океаном, потоки ледяной воды, устремились внутрь. Неумолимый процесс вытеснения водой воздуха начался, и все это происходило с грохотом и сокрушительной силой. Тела, как тряпичные куклы, отскакивали от механизмов и конструкций. Вырывавшийся наружу воздух должен был реветь и метаться, как торнадо, к ужасу тех, кто еще оставался в живых. Целые механизмы, части, одежда и инструменты вылетали под прямым углом из подлодки, уносимые яростными столбами бьющего из нее воздуха, и становились океанским мусором. Никто не смог бы удержаться. Трупы (возможно, некоторые из них без головы или конечностей) зигзагами поднимались к поверхности.
Потребовалось, вероятно, не больше тридцати секунд, чтобы субмарина наполнилась водой. Она опустилась на океанское дно меньше, чем за минуту. Даже если бы кто-то выжил после взрыва, если кому-то удалось бы выбраться из лодки и выплыть на поверхность, он не продержался бы более получаса в ледяной воде. На корабле противника, бывшей цели подлодки, который находился теперь всего в десяти минутах хода, при работающих двигателях, волнах и ветре, ударявших в борта, скорее всего, не видели и не слышали ничего.
Наиболее правдоподобное объяснение проблем связи между «U-869» и командованием — это атмосферные помехи, но не исключено, что возникли технические сбои в работе радиостанции субмарины. Хотя Нойербург не желал посылать радиограммы, боясь выдать свое местоположение службе радиоперехвата противника, подлодка не рисковала ничем, принимая радиограммы из центра. То, что «U-869» продолжала идти к Нью-Йорку после приказа командования о курсе на Гибралтар, вероятно, свидетельствует о том, что Нойербург не принял радиограмму о смене задания.
Судьба «U-857» (подлодки, которая охотилась за целями в районе восточного побережья Америки в апреле 1945 года и которая, как считали в течение нескольких месяцев Чаттертон и Колер, и была «U-Who») остается загадкой. Субмарина до сих пор считается погибшей при невыясненных обстоятельствах.
«Портовый бар», также известный как «Жуткий бар», больше не существует. На его месте в Брилле, штат Нью-Джерси, возле автостоянки, прилегающей к причалу «Искателя», стоит теперь гриль-бар «Искатели кораблекрушений», в котором щеголевато одетым посетителям подают суп из лобстеров и лосося, запеченного в меде, с дижонским соусом и омарами. Старые ныряльщики, которые заглядывают сюда, чтобы перекусить, клянутся, что, если задержаться тут подольше, можно услышать, как Билл Нэгл заказывает себе очередную порцию «Джим Бима».
«Искатель», судно, которое задумал и построил Нэгл и на котором он обнаружил «U-Who», по-прежнему сдается во фрахт. Его нынешний владелец Дэнни Кроуэлл выходит на нем к судну «Столт Дагали», боевому кораблю ВМС США «Алгол» и ко многим другим известным затонувшим кораблям. Кроуэлл редко выходит к «U-869». «Я бы ходил туда, если бы люди интересовались, — говорит он. — Сейчас не так много таких ныряльщиков, как раньше».
Несколько судов ныряльщиков, таких как «Орлиное гнездо» Говарда Клайна и «Джон Джек» Джо Терцуоли, продолжают доставлять аквалангистов к «U-869». Однако, с тех пор как в 1997 году Чаттертон поднял с затонувшей лодки опознавательную бирку, субмарина больше не выдавала каких-либо достаточно важных трофеев. И все же Чаттертон и Колер полагают, что есть, пусть малая, но вероятность того, что дневник капитана Нойербурга сохранился и лежит, зарытый в ил и обломки. Если бы дневник с разборчивыми записями был поднят, историки узнали бы о роковом походе субмарины из первых рук.
Техника глубоководных погружений шагнула далеко вперед с тех пор, как Чаттертон и Колер идентифицировали «U-869». Сегодня, вероятно, 95 процентов исследователей глубоководных кораблекрушений дышат тримиксом, комбинированной газовой смесью, которую многие в начале 1990-х годов считали колдовством. Примерно половина ныряльщиков, которые погружаются к затонувшим судам, отказались от акваланга с открытым циклом дыхания (десятилетиями использовавшийся комплект из баллона и регулятора) в пользу акваланга с замкнутым циклом, более компактного компьютеризованного устройства, которое регенерирует выдыхаемый воздух. Акваланги замкнутого цикла делают возможными очень глубокие погружения, исключая необходимость брать с собой несколько баллонов для дыхания во время декомпрессии. Однако они остаются менее надежными, чем акваланги с открытым циклом. Считается, что больше дюжины ныряльщиков во всем мире погибли после того, как воспользовались аквалангами закрытого цикла. Чаттертон был одним из первых, кто воспринял новую технологию. Колер все еще придерживается старой системы открытого цикла.
В 1997 году, меньше чем через месяц после того, как была идентифицирована «U-869», супруги Чаттертон развелись. Год спустя в составе экспедиции самых известных ныряльщиков в Грецию Чаттертон стал первым, кто погрузился к кораблю-госпиталю Ее Величества «Британик» — судну, однотипному с «Титаником». Чаттертон нырял с аквалангом замкнутого цикла. В рамках октябрьской миссии 2000 года в Черное море, которую спонсировали музей Иад Вашем (израильский музей холокоста) и американский музей памяти жертв холокоста, он искал останки «Струмы» — корабля, полного беженцев, на котором в 1942 году погибли, спасаясь от преследований, 768 человек (в большинстве — румынские евреи).
В ноябре 2000 года телекомпания «Пи-Би-Эс» выпустила в эфир документальный фильм студии «Нова» под названием «Потерянная подлодка Гитлера» о загадочной субмарине. Это была одна из самых рейтинговых программ в истории «Новы». В том же месяце Чаттертону был поставлен диагноз — метастазирующий плоскоклеточный переходно-клеточный рак миндалин, возможно, это результат его контакта с дефолиантом «Агент Оранж» во Вьетнаме. Он возобновил погружения к затонувшим судам в мае следующего года. 11 сентября 2001 года, когда захваченные террористами самолеты врезались в башни Всемирного торгового центра, Чаттертон руководил профессиональными водолазными работами под зданием Всемирного финансового центра, прямо через улицу от первой башни. Он и его водолазы покинули территорию, оставшись невредимыми.
В январе 2002 года Чаттертон женился на Карле Мадригал, с которой встречался уже три года. Пара сыграла свадьбу и провела медовый месяц в Таиланде, затем переехала в домик на побережье Нью-Джерси. В сентябре 2002 года Чаттертон оставил коммерческие погружения после двадцатилетней карьеры, чтобы получить историческое образование и диплом учителя в Университете Кин в г. Юнион, штат Нью-Джерси. По окончании учебы он надеется преподавать историю в средней школе или колледже. Чаттертон и Колер остаются близкими друзьями и все еще обедают в «Скоттиз». К маю 2003 года рак Чаттертона был в стадии ремиссии. В июле 2003-го Чаттертона пригласили вести телепрограмму об исследованиях кораблекрушений под названием «Глубоководные детективы» на канале «История». Несколько раз ему помогал в этом Колер.
Увлеченность Чаттертона «U-869» поутихла в тот самый день, когда он идентифицировал затонувший корабль. В отличие от Колера, он не чувствовал непреложную обязанность найти семьи членов команды или хотя бы сообщить им о судьбе их близких. «Меня волновали эти вещи, — говорит Чаттертон. — Но они были воистину в сердце Ричи. В мире не было никого, кроме Ричи, кто сделал бы это».
Первой, кому позвонил Колер после того, как они с Чаттертоном идентифицировали «U-869», была Тина Маркс, его подруга. Она верила в него, разделяла его чувство долга перед членами команды подлодки и их семьями, поощряла его увлечение подводным плаванием. Они стали очень близки. Вскоре она забеременела. Однако Тину преследовал ее бывший друг, умоляя вернуться к нему. Она отказалась. В один из дней 1998 года (тогда Тина уже восемь месяцев носила ребенка от Колера) ее бывший друг постучался к ней домой и застрелил ее из пистолета девятого калибра, после чего застрелился сам. Полиция нашла обоих лежащими на полу в квартире. В одно мгновение для Колера перестали существовать и любовь, и будущее.
Как и многие годы до этого, спасением для него стало подводное плавание. В 1999 году он вошел в состав руководства британо-американской экспедиции, которой предстояло идентифицировать ранее обнаруженные в Ла-Манше потопленные немецкие субмарины времен Первой и Второй мировых войн. Из двенадцати исследованных подлодок команда идентифицировала четыре. Осенью того же года Колер основал второй филиал «Фокс Гласс» в Балтиморе. Его сын Ричи и дочка Никки, которые по-прежнему живут с ним, уже студенты-отличники.
Колер до сих пор запоем читает исторические книги, хотя, как он утверждает, после экспедиций на «U-869» он несколько иначе воспринимает их содержание. «В глубине души я постоянно во всем немного сомневаюсь, — говорит Колер. — Это делает историю еще более интересной для меня».
