— Но я же пошутил!.. — жалобно воскликнул, идя на попятную, землянин.
— Я тоже, — озорным голосом припечатала Лэя, чмокнула своего слугу в щеку (ей явно понравились новая целовальная практика, введенная пришельцем в обращение между ними) и упорхнула на свое место у костра.
А потом случилось то, за что Женька еще долгое время не мог себя простить. Слишком он расслабился в абсолютно незнакомом ему мире, и ничто не помогло бы сохранить доверенных ему судьбою детей, если бы не они сами и способности Лэи.
Ребята беспечно спали, возглавляемые своим безмозглым астральным джинном, когда почти абсолютная мгла ночи стала понемногу рассеиваться серебристым заревом звездного рассвета. Было бы проще, если бы на лагерь напали звери, пусть даже солки. Тогда первой их целью были бы кони. Но путникам «повезло» быть замеченными двуногими зверьми, которые выслеживали свою добычу с вечера и выбрали для нападения самое верное время, когда крепкий сон сковывает сэйлов, но звездный рассвет уже дает возможность видеть разбойникам свои жертвы.
Женька проснулся с вывороченными назад руками и сидящим на его спине нечесаным детиной. Вывернув голову набок, землянин увидел Ренка с Хлюпом, тоже схваченных и удерживаемых полудикими выходцами из окрестных деревень. Но самое страшное, он увидел Лэю в порванном платье, и у него не возникло никакого сомнения в намерениях двух битюгов, схвативших в свои грязные лапищи ее хрупкое тело. Еще мгновение — и свершится непоправимое!
Пришелец титаническим усилием попытался скинуть гориллообразного сэйла со своего загривка, но не успел ничего предпринять, как юная принцесса сама о себе позаботилась. Внезапно над поляной раздался протяжный вой нескольких мужиков, в том числе и землянина, схватившегося за свое лопнувшее в буквальном смысле этого слова мужское достоинство. Сцена была дикая: толпа безумных мужиков с окровавленными лохмотьями вместо их былой гордости металась, избиваемая девчонкой, с одной стороны, и сокрушаемая в капусту подростком — с другой. Женька не смог еще опомниться от болевого шока, как на поляне все стихло.
И вдруг все болевые ощущения пропали. Землянин, ничего не понимая, воззрился на свои штаны — те были на месте, и никаких кровавых рек не наблюдалось. Он так и плюхнулся на пятую точку, беспомощно ощупывая пребывающие в целости и сохранности телеса.
— Женя! Ты цел? — Сквозь розовый туман совсем не розовых ощущений к нему прорвалось лицо принцессы, трясущей его за плечи. — Ой, прости, миленький! Я была в шоке и просто от злости подумала, чтоб им всем их причиндалы разорвало! Ой, какая же я дура! Я же и тебя внушением зацепила. — Лэя попеременно трясла и гладила Женьку, даже впопыхах сначала схватила за место, которое должно было разорваться, но тут же страшно смутилась и продолжила приводить своего защитника в чувство приличными средствами.
Постепенно до всех стало доходить, что произошло на поляне. Землянин, выплыв наконец из своих переживаний по утерянным мужским достоинствам, сообразил, что на поляне валяются пять неподвижных тел. Зрелище было неприглядное. Лэю, до которой стал доходить весь ужас произошедшего, трясло, как в лихорадке, Ренк побежал в кусты опорожнять желудок.
Женя встал и, взяв себя в руки, начал осмотр без доблести павших. Двое были зарублены насмерть Ренком. Трое валялись без рубленых ран, но у одного явно отсутствовали какие-либо признаки жизни, и только у двоих прослеживался пульс. Женьке хотелось задать беспомощно-риторический, извечно русский вопрос: «Что делать?» Но, глядя на несчастных, трясущихся детей, вдвоем справившихся с бандой разбойников, он понял, что если и сейчас взвалит все на их хрупкие плечи, то продолжит быть большой свиньей, каковой проявлял себя с завидной регулярностью.
Поэтому, взяв Лэю на руки, которая, как маленький котенок, доверчиво прильнула к нему, землянин отнес девушку с поляны поближе к дороге и, усадив ее на траву, прислонил спиной к дереву. Погладив ее по голове, шепнул:
— Спасибо, принцесса, ты спасла всех! Остальное сделаю я. Вы просто отдохните здесь с Ренком и Хлюпом.
Женька побежал опять на поле боя, на ходу бросив хнычущему лонку, чтобы он шел защищать и успокаивать хозяйку. Затем разыскал бледного парнишку и, вспомнив что-то из вбитых в него правил этикета, встал на одно колено перед ним и официальным тоном произнес:
— Принц, я в восхищении и неоплатном долгу перед вами! Сегодня я не выполнил свои обязанности, а вы спасли принцессу и всех остальных своими быстрыми и смелыми действиями. Прошу вас, пройдите к принцессе и помогите ей справиться с шоком после всего этого ужаса, а я займусь приведением места в порядок.
Ренк, воодушевившись такими словами, пошел утешать кузину, а землянин принялся за грязную работу. Сам виноват: беспечно прошляпил разбойников — теперь хотя бы на роль уборщика сгодится. Долго ли, коротко ли он возился, но в конце концов предстал перед невыспавшимися и измученными детьми с навьюченными конями и двумя громилами, стоящими со связанными руками и злобно поглядывающими на пленителей.
— Сейчас доберемся до ближайшей деревни и сдадим их старосте — пусть делают с ними что хотят! А мы лучше отъедем подальше и остановимся в лесу днем. Там можно заодно и поспать на солнышке.
Женя помог своим уставшим спасителям сесть на лошадей и, связав пленников вместе, подцепил конец веревки к седлу своей лошади.
— Ну что, лихие ребятушки, никогда за лошадью не бегали? Не советую падать, приятного будет мало! — порекомендовал он пленникам и пустил коня быстрым шагом. Жалости к болтавшимся сзади бугаям не ощущалось…
На второй после этого случая ночевке — последней перед входом в долину — Женька, улучив момент, лукаво сощурившись, спросил у Лэи:
— Слушай, а чего это у всех мужиков все полопалось, а Ренку хоть бы хны?
Лэя сначала не поняла вопроса, но потом быстро сообразила и тихо засмеялась, еще раз подтвердив, что они понимают друг друга с полуслова:
— Тешишь свое мужское самолюбие? А ты, оказывается, еще тот ревнивец!
— Надо признать: мне приятно, что ты чисто интуитивно не отнесла его в разряд мужчин. — И тут же перешел в наступление: — Однако обидно, что записала меня в отряд бандитов-насильников.
— Было у меня время думать! — фыркнула принцесса.
— Вот это-то и приятно, что все на автомате произошло. И все-таки хорошо, что оттуда было далеко до долины, — не ограничься все только внушением, и пришлось бы тогда возвращать Зару поврежденный организм.
Радости Илаира и всех его домочадцев не было предела, когда они увидели приближающуюся к их дому конную процессию. Он честно признался, что сидеть на месте и переживать за неизвестно где пропадающих детей было сверх всяких сил. Отдохнув одну ночь в доме принцессы, маленький отряд, сменив обмундирование, отправился пешком в сторону «магнитной» пещеры. Женя нес с собой приготовленный им и Лэей запас противного горького лекарства, так необходимого для выхода в астрал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
