рода, Шад? – спросил Гектор Адиля. – Твой личный Дэв? Он ископаемый. Вымерший зверь, подобный тираннозавру и мамонту.
– Ты ж образованный парень! – ввернул и полковник Гущин. – Ладно твоя сумасшедшая прабабка Айнур и ее братец Дэв-хан, но ты – полиглот, аристократ уйгурский! И поклоняешься допотопному черепу, словно дикарь, убиваешь людей из-за него!
– Это вы слепые дикари! – оборвал его гневно Адиль. – В Китае веками считают предком своего Дракона. В Египте почитали быка Аписа. В Индии боготворят Ханумана – он тоже примат. Святыни и боги у всех разные. Вам не понять ни меня, ни нас – хранителей и стражей. А я больше не стану метать бисер перед свиньями. Наша великая праматерь выбрала ЕГО себе в мужья, зачала наш род от него – и достаточно!
– Да твои предки просто очень давно наткнулись на его скелет в гроте, – заметил Гектор. – И устроили из пещеры родовое святилище.
– Пусть так! Но это – наше родовое святилище. А у вас, Иванов, родства не помнящих, – Адиль скривил разбитые губы, – и такого нет! Зачем вы явились в мои горы? Грабить и разорять наши святыни? Вывозить тайком найденное? Да вы копайте свою Сибирь, вечную мерзлоту! Ковыряйте свой Балчуг, московиты! Чего вы лезете на Хан-Тенгри?! Нам не нужны ни ваши ученые, ни авантюристы – искатели кладов. Я не позволю вам забрать моего предка. Выставить его в музейной витрине на потеху зевакам… Я не дам надругаться над ним, совершить святотатство, как над бедной алтайской мумией, над трупом фараона Рамзеса и другими обожествленными чьими-то праматерями и праотцами! Я вас всех прикончу! Вы не отнимете нашу святыню!
– Прекратите орать! – взмолился Горбаткин. – В гроте – резонанс, а кости – хрупкие окаменелости. Любая вещь, даже шум, может нанести непоправимый урон нашему бесценному открытию.
– Жаль, после смерти вы, бай-аке, уже не сможете вернуть мне мою допа, – Адиль внезапно жестоко безумно улыбнулся полковнику Гущину. – Я ее потерял на пустыре в Липках случайно… Допа – мой талисман. Ее мне вышила Айнур.
– И ты еще станешь нам заливать, что кроме Шахрияра ты никого не убивал? – хмыкнул полковник Гущин. – Заткни фонтан, пацан. Тебя никто не боится.
– Выбираемся отсюда, – скомандовал Гектор. – Вернемся в лагерь и решим, как нам лучше поступить с нашей находкой.
Они медленно покидали грот – храм Темного предка. На пороге Катя оглянулась. Череп гиганта, ощерившись, словно провожал их… следил за ними черными провалами глазниц под выступающими надбровными дугами. Темный предок… Страж Небесной горы… Демон Дэв-хана и Айнур.
Они все сейчас еще полностью не осознают свершившегося. Они оглушены, слишком взволнованы, взбудоражены. Все дальнейшие шаги надо предпринимать лишь на трезвую голову – Гек прав. Они в ответе за сделанное открытие.
– Катя, ты первая идешь назад через расщелину, – объявил Гектор. – За тобой Федор Матвеевич. Затем ты, Сева. Ну, а потом Шад… Я замыкающий.
– Лучше брось меня здесь, – страстно попросил Адиль. – И замуруй проклятую щель. Я встречу смерть у ног Темного предка. А ты, Гектор, запечатаешь меня как Дэва в лампе – вашу общую погибель.
– У тебя впереди суд за убийства, Шад, – ответил Гектор.
Они все вышли из пещеры, вновь очутившись в каменном мешке. Катя глянула на мужа, на связанного Адиля Кашгарова. И боком скользнула в расщелину. Их всех ждал большой мир снаружи.
Глава 44
Невидимка
Катя первой выбралась из расщелины. Ее встретил проводник, засыпал вопросами: почему вы долго задержались? Неужели что-то и правда нашли? Где?! Она приложила руку к груди – подождите, дайте отдышаться. Проводник указал в сторону Хан-Тенгри. Заходящее солнце окрасило пик багрянцем, по его склонам из розового гранита будто стекали потоки лавы. В темнеющем небе он рдел гигантским углем в синей золе окрестных вершин.
– Небесная гора гневается, – странным тоном произнес проводник. – Старики говорят: не серди Хан-Тенгри, явится страж Нижнего мира по твою душу. Невидимый и беспощадный.
Из расщелины выполз боком полковник Гущин. Катя отвлеклась на него, но краем глаза видела – проводник направился за валун к привязанной лошади. Гущин, шлепая по воде каменного резервуара, после тьмы расщелины озирался вокруг.
– Воздух чистый… Простор! – Он, окрыленный находкой, повел рукой. – И грот мы отыскали! И теперь прославимся с нашим Кинг-Конгом. Никогда я не чувствовал себя столь хорошо… Катя, ты взгляни – красота кругом! Небесная гора! Ничего нет лучше ее на свете, недаром в сказках охраняют ее ископаемые твари. А сколько еще замечательных мест в мире! А я ничего не видал. Я сейчас в темноте думал – на что я тратил свою прежнюю жизнь? Я вроде и не жил вовсе до сего момента!
Из расщелины показался Горбаткин, сразу схватился за мобильный – проверять видеозапись из грота. Следом вышел Адиль. Он вновь вскинул к лицу связанные руки в молитвенном жесте.
Выстрел!
Пуля попала в связанные кисти Адиля, пробив кость у запястья. Брызги крови! Он рухнул в воду озерца из камня, крича от боли.
Выстрел! Пуля разбила мобильный в вытянутой вверх руке Горбаткина – он пытаясь поймать сигнал. Сначала, как и все они, орниолог даже ничего не понял. От удара пули он шлепнулся на камни, ударившись копчиком.
– Катя! На землю! Орнитолог! Ложись! – заорал полковник Гущин, толкая с силой Катю за невысокий валун, и упал плашмя сам.
Выстрел! Пуля чиркнула по скале у расщелины.
– Гек! – закричала Катя. – Осторожно!!
Она не могла определить в сгущающихся сумерках, откуда по ним ведут огонь. Прижимаясь к обломкам скалы, повернула голову к расщелине – из нее появился Гектор. В руке его – зажженный файер. Он сумел запалить его у самого выхода, услышав выстрелы. Он метнул файер высоко и далеко в сторону.
Выстрел! Лязг металла! Стрелок-невидимка, напуганный яркой вспышкой, выдал себя Гектору и всем им. Катя, распластавшаяся на земле, подняв голову, заметила тень среди валунов и пней, чуть поодаль от места, где проводник Имин Хислат привязал лошадь. Пользуясь минутным замешательством стрелка, Гектор рванул к валунам.
«А что мы вообще знаем о проводнике? – пронеслось в голове у Кати. – Он явился из тумана. Мы ему всецело доверились из-за Кашгарова. Но напал ли тот? Слишком уж быстро мы его поймали… скрутили… А он грозился нас всех прикончить, даже связанный. Вдруг проводник с ним в сговоре? Если он тоже фанатик Дэв-хана? Они разыграли спектакль на пару и заманили нас всех в ловушку здесь… Но ведь первая пуля ранила самого Кашгарова! – возразил ей внутренний голос. – Ты же видела собственными глазами!»
Выстрел! Выстрел! Лязг металла! Выстрел!
Гектор спрятался за грудой камней. Стрелок-невидимка кучно, прицельно палил по нему, не давая продвинуться ни на метр вперед.
– Помпа у него! Внимание всем! Не высовываться! Катя, осторожнее! – крикнул Гектор.
– Слышим! Ни с чем не спутаешь! – заорал полковник Гущин. – Поняли теперь,
