было дела до окружающих. Причем каждый из них смотрел на свою половину с такой нежностью, что девушка невольно порадовалась за всех, кто был здесь.
– Пойдем, – Клаудиус потянул девушку за собой к одному из этих маленьких аккуратных домиков, над которым висела вывеска о наличии комнат и еды.
Он не хотел есть, но был уверен, что девушка голодна, да и на вывеске были изображены сладости, которые она обожала.
Войдя небольшую таверну, они сели за столик и перед ними, как по волшебству, появилась девушка с подносом сладостей.
У Ауреллии даже глаза разбежались, чего там только не было и корзиночки с ягодами, и затейливо переплетённые булочки, щедро присыпанные корицей и сахаром, и самые разные пирожки. Девушка поставила поднос перед ними и лучезарно улыбнулась, – что вы будете кушать? Есть чудесная кабанятина с кореньями. Просто пальчики оближешь.
– Раз вы ее так нахваливаете, то, наверное, на ней мы и остановимся, – отозвался Клаудиус, – и принесите свое лучшее вино.
Девушка кивнула и увидев, как гостья смотрит на сладости просияла, – это за счет заведения. Угощайтесь. Особенно рекомендую вот это, – она кивнула на корзиночку с яркими ягодами.
Ауреллия немного смутилась, поняв, что ее желание слопать весь поднос настолько очевидны и закивала. Подавальщица не успела отойти от стола, как принцесса уже схватила корзиночку и поднесла ее ко рту.
– Это божественно, – пробормотала она, старательно жуя, – ты только попробуй.
Клаудиус с улыбкой смотрел на нее, будучи счастлив от того, что она счастлива, но сам он есть сладости не хотел, у него было совершенно другое желание, которое он пока сдерживал.
Пока им принесли ужин, Ауреллия успела перепробовать больше половины пирожных. Девушка спрятала улыбку, видя, что гостье очень понравилось.
– Попробуйте теперь это, – она поставила перед ней тарелку, от которой пахло просто божественно.
Кабанятина и правда оказалась выше всяких похвал и Клаудиус с удовольствием отведал ее, – какое потрясающее место, – поделился он с девушкой, – не такое, как тот мир с машинами, но все равно…
– Да, мир с машинами тоже хорош, но здесь все иначе, – она провела рукой по щеке мужчины, наслаждаясь этим ощущением.
Клаудиус прикрыл глаза, прикосновения были совсем не такими, как когда она трогает его шкуру. Эти были намного более человечными.
Он поцеловал ее ладонь, – я так люблю тебя…
– И я люблю тебя, – прошептала она, чувствуя, как все внутри нее наполняется тем горячим теплом, утолить которое могут только его прикосновения.
Девушка потянулась к его губам и с первой же секунды поцелуй был уверенным и страстным. Она отлично понимала, что тот шаг, что приведет или к победе, или к полному краху, они уже сделали, а значит им нечего бояться.
И что сегодняшняя ночь вполне может оказаться последней для них. Поэтому она была благодарна старику за то, что он отправил их сюда.
Возможно, это место и не существует в реальности, будучи лишь плодом ее фантазий, но сейчас она была счастлива. И даже если все кончиться плохо никто не сможет отобрать у нее этих мгновений.
После трапезы, Клаудиус повел девушку гулять, у них отношения были совершенно неправильными, а будущего вообще могло не оказаться, поэтому он хотел успеть все за этот короткий день, тем более в этом сказочном городе, будто созданным для влюбленных было все необходимое для этого.
Гулять, держась за руки по улице и не думать о том, что откуда-нибудь могут выскочить, мечтающие перерезать им горло, враги, было довольно новыми ощущениями.
Правда, гуляли они не очень долго, потому что девушка все чаще прижималась к нему и ее поцелуи становились более манящими.
И наконец, Клаудиус не выдержал и сдался. Обнявшись, они почти добежали до таверны, где Клаудиус уже заранее снял комнату и поднялись наверх.
Заперев дверь, мужчина повернулся к своей принцессе, словно желая навсегда запомнить ее такой счастливой.
И стал медленно раздевать ее, хотя желание сорвать все одним движением и бросить ее на кровать было велико. Но он не спешил…
Обнажив нежную грудь, мужчина сжал пальцами сосок и услышав стон девушки, погладил грудь. Она была так прекрасна, что он даже сейчас не верил, что она принадлежит ему.
Он наклонился и нежно обхватил сосок губами, наслаждаясь тем, что может так нежно и откровенно ласкать любимую женщину. Ее новый тихий стон был лучшим показателем того, что ей нравится то, что он делает и Клаудиус ходил с ума, почувствовав как ее рука зарылась в его короткие волосы, прижимая голову мужчины к себе.
Вдоволь насладившись ее грудью, Клаудиус легко подхватил девушку на руки и отправился на постель.
Она прижималась к нему так доверчиво, что сердце в груди забывало биться. Он положил ее на подушки и склонился над девушкой, нежно целуя. Она же уже ждала его и лишь сильнее обняла, с готовностью отвечая на поцелуи и мечтая раствориться в нем. Она принадлежала ему, а он ей, но она хотела снова и снова ощущать его близость, а он мечтал владеть только ей.
Никто ему был не нужен в целом свете, только она, его принцесса. Он сорвал с себя рубаху и девушка тут же осторожно коснулась губами его плеча, Клаудиус не выдержал и тихо застонал, наслаждаясь тем, что она хочет дарить ему свои ласки, – как же я люблю тебя, – задыхаясь прошептал он целуя ее, пока его руки совершенно бесстыдно исследовали ее тело, желая доставить удовольствие каждой его клеточке.
Девушка хотела ответить, но с губ срывались только протяжные стоны, потому что каждое его прикосновение лишало рассудка. Окончательно потеряв голову, она вывернулась из-под него и уронив мужчину на спину, провела рукой по его плоскому животу.
Клаудиус вздрогнул, когда тонкие пальцы опустились ниже и коснулись подрагивающего от возбуждения члена. Она несколько мгновений изучающе смотрела, а потом осторожно наклонилась и губы коснулись живота. Внутри все разлетелось на мириады осколков, и она поняла, что происходит с ним, когда он ласкает ее.
Опустившись ниже, она целовала его, когда ее грудь коснулась члена мужчины. Тот ожил и подчиняясь порыву, Ауреллия прижалась к нему и медленно потянулась вверх, не выпуская зажатый между грудями пенис. По телу носились бешенные разряды и когда рука мужчины легла ей между ног, она почувствовала нечто сродни избавлению. Подавшись навстречу пальцам, она помогла ему войти в нее, и задрожала, от восторга. Голова опустилась и губы оказались на уровне поблескивающей головки его пениса, и не раздумывая она поцеловала
