— Она моя, Темный Охотник. Умри и знай, что я как следует ею попользуюсь, прежде чем заберу ее душу и силы.
Десидериус порочно улыбнулся за секунду до того, как выстрелил из арбалета точно в сердце Кириана.
Сила арбалетной стрелы, врезавшейся в его тело, впечатала его в стену. Кириан задыхался от боли, причиняемой сталью, вонзающейся в его тело.
Десидериус встал перед ним. С довольным взглядом он обвел пальцем небольшое пятнышко крови, вытекшей из раны.
— Какая жалость, что кровь Темного Охотника ядовита. Уверен, она намного питательней и гуще той, что мне приходится пить ради выживания.
Кириан смутно слышал эти слова, пока его сердце боролось за каждый удар. В ушах гудело. Это было самое болезненное ощущение, которое он когда-либо испытывал. Его взгляд затуманивался, он повернулся, чтобы в последний раз взглянуть на Аманду.
Черты ее лица были напряжены, словно она наблюдала за ним, и на мгновение он мог притвориться, что она помнит его. Что она знает, что он умирает и что ей не все равно.
Если бы она была в себе, он знал, она бы подбежала к нему.
В отличие от его жены, она бы заплакала, услышав о его смерти. И это странным образом успокоило его.
Десидериус оставил его и подошел к Аманде, похлопал ее по плечу:
— Иди, Аманда, поцелуй своего возлюбленного на прощание.
Кириан боролся за каждый вздох, пока она приближалась к нему. Он так много хотел ей сказать. Столь многое должно было быть им сказано, пока она действительно могла слышать его слова.
По крайней мере, он не умрет в одиночестве.
— Я люблю тебя, Аманда, — прошептал он, надеясь, что позже она каким-то образом вспомнит его слова и будет знать, что он говорил искренне.
Ее взгляд был пустым, когда она наклонилась вперед и накрыла его губы своими, прижала руку к его плечу.
Он ощутил смертельную тьму, опустившуюся на него, и, умирая, услышал ее последние слова, произнесенные шепотом:
— Я буду вечно любить тебя, мой темный воин.
Затем все исчезло.
Аманда задержала дыхание, ощутив жар, исходящий из медальона, который она вдавила в безжизненное тело Кириана, прикрыв его платьем куклы. Ее рука дрожала, пока она ждала, когда он снова пробудится, и с каждой проходящей секундой она дрожала все сильнее.
Это не работало….
О Господи, нет! Ашерон все же солгал ей!
Слезы обожгли ей глаза, когда медальон стал ледяным и выпал из ее ладони.
Но Кириан так и не пошевелился.
Он обмяк возле стены, его лицо побледнело. Тело Кириана было холодным.
Нет!
Все было кончено, и Кириан умер.
Нет!
Злобный смех Десидериуса прокатился по темной комнате и заставил ее душу рыдать от невыносимой боли.
И тогда ей тоже захотелось умереть. Все случилось по ее вине. Она стояла рядом и позволила Кириану умереть и не сделала ничего, чтобы спасти его. Ее скорбь поднялась и застряла в горле как задушенный крик.
«Я люблю тебя, Аманда». Его слова будут вечно преследовать ее.
Рыдая, она обвила руками тело Кириана и прижала его к себе, страстно желая, чтобы он очнулся и заговорил.
— Аманда? — Голос Десидериуса был резок, когда он приказал ей вернуться к нему.
Она крепче прижалась к Кириану, положив голову ему на грудь возле стрелы, пытаясь влить в него свою жизненную силу.
Аманда замерла, услышав что-то. Это был слабый отзвук, но он заставил ее воспрянуть духом.
Она услышала, как бьется сердце Кириана.
Отпрянув, она увидела, как задрожали его веки, и он открыл глаза.
Кириан пристально вглядывался в темно-синие глаза Аманды, сверкавшие от слез. Уже не ослепшие, они всматривались в его глаза осмысленно. И с любовью.
Ее лицо разгладилось, она провела рукой по его груди, и стрела вышла из раны.
В этот момент он понял, что Аманда не предавала его. Она освободила его.
— Ты получил назад свою душу, Кириан Фракийский. — прошептала она, развязывая веревку на его запястьях. — А теперь, давай заставим этого ублюдка расплатиться.
Десидериус в ярости закричал, осознав, что произошло. У Кириана больше не было его сил Темного Охотника, но это уже не имело значения.
Впервые более чем за две тысячи лет у него была душа, и ощущение этого, а также знание того, что Аманда не предавал его, давало ему силы.
Даймон был покойником.
Десидериус побежал к двери.
Она со стуком захлопнулась.
— Мне бы не хотелось, чтобы ты так рано покидал вечеринку, — сказала Аманда. — Только не после того, как ты столько сделал, чтобы поприветствовать нас.
— Аманда? — Неуверенно окликнул ее Кириан.
Она посмотрела на него, ее глаза слегка мерцали, напоминая ему глаза Ашерона.
— Десидериус разблокировал для меня мои же способности, — тихо пояснила она. — Он намеревался сам использовать телепатию и телекинез.
Она взглянула на Десидериуса и улыбнулась:
— Сюрприз. Когда ты освободил силы, ты потерял контроль надо мной.
Десидериус продолжал попытки открыть дверь.
Кириан подкрадывался к нему, как пантера к своей жертве.
— В чем дело, Десидериус, испугался смертного человека?
Тот, рыча, обернулся:
— Я могу уделать тебя. Я бог.
— Ну, так давай.
Сыпля проклятиями, Десидериус набросился на него. Он схватил Кириана за пояс и бросил в стену. Десидериус открыл рот, чтобы укусить его.
— Ну конечно, черта с два, — огрызнулся Кириан. — Я не для того вернул свою душу, чтобы терять ее из-за тебя.
Он ударил Даймона коленом в пах.
Десидериус отступил от него.
— Кириан.
Он обернулся и увидел Аманду с его мечом. Она перебросила оружие ему.
Выпустив лезвие, он пошел в сторону Десидериуса. Даймон уклонился от его замаха, поднял руку и послал астральный заряд. Кириан ругнулся, когда удар пришелся ему в грудь, прямо в то место, где была рана от арбалетной стрелы. Он отшатнулся назад.
О, а ведь больно.
Изумленный, он не смог защититься, когда Десидериус стремительно атаковал. Он напрягся в ожидании удара.
Его не последовало.
Вместо этого, Аманда выпустила в Даймона собственный заряд.
Кириан недовольно посмотрел на нее:
— Детка, могу я сам с этим разобраться, пожалуйста?
Она надулась:
— Я всего лишь старалась помочь. И потом, тебе что, мало досталось сегодня?
Прежде чем он успел ответить, на него снова налетел Десидериус.
Аманда задержала дыхание, следя за их схваткой. Даже ослабленный, Кириан был великолепен. Он перекатился через Десидериуса и подобрал свой меч. Десидериус схватил меч со стола и атаковал его.
Звук лязгающей стали эхом прокатился по комнате, когда эти двое сошлись в поединке.
