— Ты понимаешь…
— Я все понимаю, Байрон, но у Хранительницы и Гробовщика — разные миссии.
— Давайте, я буду перетаскивать их сюда по одному, — предложила Дайша.
Байрон покачал головой.
— Тебе не перепрыгнуть через соляной барьер, а убирать его я не хочу. Это опасно. Лучше я сам прыгну в кухню и схвачу кого-нибудь из них.
— Как только ты войдешь, они слопают тебя живьем, — сказала Дайша.
Она посмотрела на Байрона, потом на Ребекку.
— Хранительница, обещай мне, что не запрешь меня на кухне.
— Обещаю.
— Тогда сделаем так. Гробовщик пропустит меня на кухню. Я схвачу одного из них — и сразу назад. Соли в банке хватит, можешь не волноваться.
Байрон поморщился. Ему не хотелось признаваться, что план мертвой девчонки был разумнее вариантов, которые крутились у него в голове. Он впустил Дайшу в кухню; та схватила девушку и выпрыгнула назад. Байрон восстановил барьер и вколол мертвой девушке соляной раствор. Ее тело сразу обмякло. Байрон передал ее Дайше, а сам подхватил на руки Ребекку. Вместе с Дайшей они вышли из дома и направились к грузовику. Байрон нес Ребекку, а мертвая девушка плыла по воздуху, как чуть раньше плыл Трой.
До похоронного заведения ехали молча. Байрон вынес Ребекку. Покойница вплыла следом. Последней вылезла Дайша, сказавшая, что внутрь не пойдет, а будет дожидаться их во дворе.
Когда через некоторое время Хранительница вернулась, то прихрамывала, но шла на своих ногах.
— Тебя, что, там лечили? — удивилась Дайша.
Байрон промолчал, а Ребекка сказала:
— Само проходит. Потихоньку.
Дайша благоразумно решила не докучать живым вопросами и снова забралась в грузовик.
Процедура повторилась несколько раз. Последним они привезли старика…
Байрон остался внутри. Ребекка вышла во двор, где ее дожидалась Дайша. Город спал. Жители и не подозревали о существовании Дайши. Они не знали, что ее убил мертвец, а потом она стала убивать других. Договор делал их на редкость нелюбопытными и забывчивыми. Кто-то из них видел, как Дайша впивалась зубами в еще живую жертву, но отворачивался, а через минуту забывал об увиденном.
У Дайши теплилась совершенно детская надежда, что в благодарность за помощь Хранительница позволит ей остаться. Она будет вести себя очень тихо. Быть может, она снова сможет есть обычную пищу и перестанет убивать.
Дайша стояла, обхватив себя руками, чтобы унять дрожь. На Ребекку она не смотрела, но и не убегала. Та была одна. Она очень устала, но продолжала верить Дайше. Совсем как Мэйлин.
— Дайша, ты ведь знаешь, что тебе тоже нужно пойти с нами, — тихо сказала Ребекка.
Мертвая девчонка молчала. Ее надежда рассыпалась на куски. Хранительница была к ней добра, но неумолима. И никакого волшебного способа оставить ее в мире живых Хранительница не знала.
— Ты и сама чувствуешь, что пора. Ты ведь могла бы сбежать, пока я спускалась в туннель. Но не сбежала, — устало улыбнулась Ребекка. — Дождалась меня.
Дайша отвернулась.
— Это нечестно. Я хотела жить, а теперь я… Я больше не хочу убивать людей, но и умирать тоже не хочу.
Ребекка осторожно коснулась ее плеча.
— А там удивительно красиво. Жаль, что я… на твоем месте… не знаю, что бы я сделала на твоем месте. Но я знаю, что я хочу туда. И хочу там остаться.
Дайшу поразили не слова Ребекки, а ее прерывающийся, сбивчивый голос.
— Я пока не могу там остаться, но хотела бы, — продолжала Ребекка. — А ты можешь. Тебя здесь ничего не держит. Представляешь, там нет времени. Ни прошлого, ни настоящего. Там все времена соединяются. А какая вкусная там пища! Со здешней не сравнишь. Я могу тебе поклясться: из того мира, что я видела, тебе не захочется бежать.
— Там я буду мертва, — сказала Дайша.
— Дорогая, ты уже мертва, — ласково улыбнулась ей Ребекка.
— Я боюсь.
Под взглядом Хранительницы Дайша почти забывала о том, что для живых она — монстр. Но ей все равно не хотелось покидать этот мир. Даже если туннель вел в подземный рай, ее туда не тянуло.
— Я знаю, что ты боишься, — сказала Ребекка, подходя к ней и протягивая руку. — Я бы с радостью вернула тебя к жизни, если б умела. Я могу отвести тебя в мир, очень похожий на этот, но там тебе не придется пить кровь и есть мясо людей.
Дайша молча протянула ей руку. Они вошли в здание и спустились вниз. В подвале их ждали Байрон и старик. Металлический шкаф был сдвинут в сторону, освободив вход в сверкающий туннель.
Дайша поежилась.
— Как мы поведем двоих? — спросил Байрон.
— Ты пойдешь впереди. Я буду их держать.
— Если он сомневается, как же мы пойдем? — спросила Дайша, сжимая пальцы Ребекки.
Хранительница снова улыбнулась.
— Байрон беспокоится за меня. Когда мы идем, он обычно держит меня за руку. Все будет хорошо. Вы оба пойдете туда, куда вам следует. И я тоже, — добавила она, взглянув на Гробовщика.
Ребекка взяла мертвого старика за руку. Тот был растерян не меньше Дайши, но не сопротивлялся.
— Верьте мне, — сказала она всем троим.
— Я верю, но, по-моему, мы должны доверять не только тебе, но и твоему Гробовщику. Раз тебе положено держать Гробовщика за руку, пусть так оно и будет, — рассудительно заметила Дайша.
— А как же ты? Ты тоже должна держаться за мою руку. Таковы правила.
— Чего проще! Мы с этим дедом будем вдвоем держаться за одну твою руку, — сказала Дайша и тут же обхватила переплетенные пальцы Ребекки и старика.
Байрон облегченно вздохнул и вошел в туннель. Привычным движением он взял факел и протянул Ребекке другую руку.
— Идемте.
И они пошли по туннелю, соединяющему два мира.
55
И опять голоса невидимых мертвецов нашептывали Ребекке утешительные и ободряющие слова. Старик, которого она вела, шел на расстоянии вытянутой руки, чтобы Дайше было удобнее держаться. Она замыкала процессию.
«Завтра Дайша отправится в свою новую… жизнь. Но можно ли существование мертвых называть жизнью?» — думала Ребекка.
Дело не в словах. Главное, они с Байроном восстановили нарушенный порядок. Они вели «голодных мертвецов» туда, где те и должны находиться. А потом… потом у Ребекки начнется обычная жизнь Хранительницы. Обход городских кладбищ, особое внимание могилам недавно умерших. Она будет предлагать им еду и питье, говорить ободряющие слова. Она сделает все, чтобы они мирно лежали в своих могилах, не пробуждаясь, и позаботится о безопасности своего города.
Процессия вышла из туннеля. На этот раз у выхода их приветствовал Чарльз.
«Не нас. Меня», — догадалась Ребекка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
