перекрутила ее так, что носом тот посмотрел далеко за плечо. Умрик судорожно задергался, отбежал на пару метров и продолжил там беспорядочно махать конечностями. Стену ливня прорезал вопль Иры:
— Держите его!
Она возилась долго и яростно, остальные старались на смотреть, отворачивались, но все увидели, когда Ира подняла за волосы отрезанную голову и пинком футбольнула ее на середину шоссе.
Туловище лежало, обмякнув. Сквозь пелену хлещущей воды было видно, как голова дико кривляется. Ира подбежала, снова схватила голову, поднесла ее железному фонарному столбу и ожесточенно, гулко стала бить ею.
— Хватит! Хватит! — звала Пуджа.
Ира насадила голову шеей на колышек ограды автостоянки и заметалась в стороны, ища что-то. Остатки лица Токсика всё еще морщились, челюсть открывалась.
Ира со скрежетом потащила от магазина урну, подняла ее, сжав до хруста зубы, и опустила. Урна откатилась. На колышке забора осталось нечто, красное с черным и белым, с трепещущей мышцей. Ира еще раз, уже с большим усилием, взяла урну и водрузила ее поверх, а потом села рядом у каменного цоколя ограды и заплакала.
Ливень истощался.
Все вернулись под навес. Паша держался за рот, успев всем невнятно сообщить, что ему выбили зубы. Сломанный нос беспокоил его меньше. Пуджа внимательно ощупывала голову — макушка ее крашеных в светлое волос стала красной. Веста просто сидела, продолжая сплевывать в сторону кровь. Ира смотрела по сторонам.
Никто сразу не врубился, что нет Яны, а когда об этом спросила Веста, то Пуджа ответила:
— Наверное, убежала. И что, куда теперь идти ее искать?
А ее не надо было искать. Яна обошла АЗС и натолкнулась на белый приземистый домик, наверное девятнадцатого века, около ворот к хозяйственным постройкам. Она думала, там склады Киев-Товарного — станция-то большая, по обе стороны от моста.
Деревянная коричневая дверь в домик, в отличие от ворот, была открыта, и Яна заглянула туда. Тотчас в нее вцепились несколько крепких холодных рук и сильных челюстей, и никто в дожде и смертоубийстве у моста не слышал, как она погибала.
Глава 86
Борис старался перекричать шум лившейся с небес воды. Она словно кипела во дворе мастерских, но сразу стекала по наклонному асфальту вбок, за сетчатую ограду отдела с образцами памятников.
— А как выглядят эти Гла Парси?
— Непонятно, — громко ответила Кира, — Может они это такие маленькие летающие светящиеся шарики, а может это их дроны.
— Если Гла Парси непознанные и загадочные, — сказал Борис, — Почему вы думаете, что у них цель уничтожение цивилизаций? Это просто тупо.
— А что ты можешь предположить?
— Может они тоже ищут, условно говоря, лекарство. Чужими руками.
Кира задумалась:
— Может быть. Либо, их цель — некое изменение, на что они влияют косвенно.
— Или подготовка к чему-то. Готовят себе места обитания, — вставила Даша.
— Как выглядит мир, где ты находишься живая? — спросил Борис Киру.
— Как Киев. В смысле, почти как тут, где я говорю с вами. Вернее, как ваш привычный Киев будет выглядеть спустя несколько лет, если человечество будет уничтожено. Запустение, буйство природы, отдельные, разрозненные очаги жизни. Очень свежий воздух. Очень тихо. Нормализация погодных условий. Восстановление равновесия, нарушенного человеком.
— Ну вот. Идеальный мир для переселения туда. Меньше народа — больше кислорода, — сказал Жека.
— Дааааа, — отчего-то протянула Кира.
Борис поглядел наружу:
— Кажется, дождь начал стихать.
— Пусть совсем перестанет капать, — произнесла Кира, а рот ее оставался широко открытым и неподвижным.
— Что с тобой? — спросил Боря.
— Отказали механизмы, отвечающие за движения губ и рта. Говорит встроенный динамик! — пояснила Кира.
— Ты теперь так и будешь, как изумленный человек на рекламном постере?
— Пока не доберусь до ремонт-капсулы. Если доберусь. Уже не работают пальцы той ноги, что может скакать.
— Блин, не могла ты застыть в улыбке, а то, извини, выглядешь как полная дегенератка.
— Это я поражена твоей галантностью.
Кира потом долго смотрела на Бориса, а он на нее, пока Кира не стала молча жестикулировать.
— Теперь и динамик заглох? — догадался Борис.
Кира кивнула.
— Что ж гады-производители не предусмотрели запасной?
Кира пожала плечами.
— Если ты совсем отрубишься, что нам с Жекой делать?
Кира сделала вид, что пишет рукой. Борис ответил:
— Да нечем писать.
Кое-как разыграв пантомиму, Кира, с открытым ртом кивая на вопросы, пояснила, что ее надо в любом случае оттащить в лабораторию, а около двери приложить ее палец и показать глаз. Потом положить ее в ремонт-камеру, что будет прямо по коридору, в его конце.
— Всё гениальное просто, — отметил Жека.
Кира замахала рукой, привлекая внимание. Указала на себя, сделала вид, будто чинит гаечным ключом, потом обвела всё широким жестом и подняла кулак с большим пальцем. Во! Остальные переглянулись. Даша сказала:
— От тебя зависит спасение мира?
Кира согласно закивала.
— Ну что, дождик кончился. Пошли? — предложил Борис.
— Прикол в том, что мы не знаем пути, — сказал Жека, — Кира, веди нас.
Кира упорно запрыгала из-под навеса прочь по мокрому, в нанесенных ливнем щепках и листьях асфальту. У тополя чуть выше ворот было сломано несколько больших ветвей.
— Кира, подожди! — Даша раздобыла возле мастерских тачку на одном колесе, с парой ручек. Наверное, в ней возили памятники и камни.
— Постапокалиптическое такси, — сказал Борис. Кира при помощи Даши умостилась в тачке, а Борис начал толкать ее под гору, по Байковой улице, сгибая от натуги колени.
— Прошу руку помощи! — пропыхтел он. Подошел Жека, оба взялись за ручки.
— Блин, тяжелая терминаторша, — лицо Жеки покраснело.
Кира показала пальцами уклон, угол.
— Да, рассказывай, — ответил Жека.
Вскоре Даша тоже стала помогать. Тротуар и шоссе усеивали смытые дождем зеленые листья, палки. На правую сторону кладбища были ворота, похожие на церковь. Когда тачка поравнялась с ними, Кира дала знать, что надо свернуть туда. За воротами среди могил шли две узкие дорожки, разделенные газоном с елочками. Рядом в воротами спал одноэтажный дом с кондиционером, спутниковой тарелкой и цветами в окнах, его можно было бы принять за жилой, если бы не красный цвет кирпичных стен и досок чердака.
— Давайте постучимся в сторожку! — предложил Жека. Ему хотелось отдохнуть.
— Зачем? — спросила Даша.
— Попросим водички. Я пить хочу.
— Тебе мало было ливня? — отозвался Борис, — Вон дальше будут колодцы, это ж кладбище. Краник открутишь и попьешь. Или накачаешь, не знаю, что там.
Пи. Пи. Пи.
Все посмотрели на Киру. Писк исходил откуда-то из нее.
— Это что за новости? — спросил Борис.
— Наверное пищалка, как в старых компьютерах, — ответил Жека, — На всякий пожарный.
Пи. Пи. Пи.
— А, ты так можешь нам сигналы подавать? —
