— Нет, — запротестовал Ракеш. — Обещай, что всегда будешь рядом, что не оставишь меня.
— У тебя опять жар? — обеспокоенно спросила Вика, прикладывая ладонь к щеке мужа. — Ты же видишь — я здесь, я никуда не уйду, — приговаривала она, легко поглаживая его лоб и шею.
— Никогда? — продолжая настаивать, Ракеш перехватил руку жены и коснулся пересохшими губами ее раскрытой ладони.
— Я не позволю ничему плохому с тобой случится, — заверила его Вика, а потом обратилась к водителю. — Долго еще?
— Зависит от плотности движения, — отозвался тот.
— Пожалуйста, постарайтесь побыстрее, — попросила Вика, чувствуя, что несмотря на попытки держать себя в руках, паника начинает накрывать с головой, при мысли о повторении ночного приступа.
Вика попыталась напоить мужа лекарством, но тот отказывался что-либо принимать, пока она не даст обещание.
— Обещаю! — в ее голосе звенело отчаяние. — Что не отойду от тебя ни на шаг, — только после этого Ракеш согласился выпить жаропонижающее, а Вика тихо добавила, — пока тебе не станет лучше.
Глава 78. Вечеринка
Наступивший вечер укрыл Мумбаи темным покрывалом. Соперничая в яркости с луной и звездами, город и набережная сияли цветами иллюминации. Не менее ярким пятном на фоне черноты ночи выделялся одиноко стоящий дом. Несмотря на то, что он был окружен высокой стеной, особняк встречал гостей широко распахнутыми воротами. Однако, не каждый желающий мог проникнуть в этот оазис света, музыки и веселья — стоящие на входе охранники в униформе бдительно проверяли пригласительные у всех, кто хотел проникнуть в украшенный цветами и световыми гирляндами дом, а также сверялись со списком приглашенных. И чуть припоздавший Майкл Ланкестер вынужден был также пройти этот строгий фэйс-контроль.
— Ощущение, что я пришел на аудиенцию к королю, — рассматривая убранство двора, молодой человек увидел девушку в платье, напоминающем по цвету рассветные облака. Лиф платья представлял собой две широкие, задрапированные в мягкие складки полосы, перехваченные под грудью нешироким золотистым поясом, от которого начиналась и спускалась до самого пола легкая, воздушная юбка. — Привет, — обратился к ней англичанин. — Меня зовут Майкл. Почему вы здесь скучаете в одиночестве? Неужели вечеринка такая скучная? Пойдемте, посмотрим, — предложил он, подхватывая девушку под руку. — Как вас зовут?
— Меня зовут Тара, — наконец-то смогла она прервать стремительную речь собеседника. — Я провожу вас в дом, но составить компанию не смогу. Пока не подъехало руководство, я выполняю роль хозяйки и должна встречать гостей. Извините, — Тара вела молодого человека по подсвеченной дорожке прямо к дому, мимо бассейна, вода в котором меняла цвет в зависимости от того какие — голубые, фиолетовые, розовые или пурпурные лампы вспыхивали на его дне, теми же цветами играл и бьющий широкой дугой искусственный водопад.
— Почему бы не перенести вечеринку к бассейну? Будет очень весело, — Майкл кивнул в его сторону.
— Можете предложить господину Раджу, когда он приедет, — проговорила Тара, и в ее голосе проскользнули тоскливые нотки.
— Так его еще нет? — оживился молодой человек. — А его жена здесь? — Майкл чуть ли не бегом бросился к дому, но его остановил холодный голос Тары.
— Ее тоже нет. Миссис и мистер Радж, оба еще не приехали, — вежливо, но ледяным тоном сказала она, выделяя голом «миссис Радж» и указывая тем самым на неприличное оживление парня при упоминании чужой жены. И в душе Тары покорность судьбе вновь сменилась неприятием выбора возлюбленного от подозрения, что жена за его спиной крутит хвостом с его же деловым партнером.
Проводив гостя до дверей, Тара, преисполненная праведного гнева и желания раскрыть любимому глаза на вертихвостку, вернулась ко входу, как раз вовремя для того, чтобы встретить дади, подъехавшую в сопровождении сына и невестки.
— Ты кто, дочка? — спросила старушка, окинув девушку оценивающим взглядом. — Где мои мальчики?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Извините, кто? — не поняла Тара.
— Ракеш, Санджей, и Анил, конечно же?! Я — Чанда Рой, чтобы ты знала, дитя мое, — чванливо оповестила ее пожилая женщина.
— Господа Рой и господин Радж еще не приехали. Я — помощница господина Раджа. Пойдемте, провожу вас в дом, — предложила Тара, а Чанда уже внимательней начала к ней присматриваться. Старушка чувствовала себя обязанной знать кто находится рядом с внуками. К тому же, если девушка придется ей по вкусу, кто знает, может, совместными усилиями они вырвут дорогого мальчика из цепких рук противной иностранки. Чанда с ног до головы осмотрела кандидатку на замещение Вики, и девушка ей не понравилась — да, она была индианкой, но слишком смелый наряд, и то, что пришла на вечеринку в одиночестве, без сопровождения старшего брата или отца, все это говорило не в пользу нравственных устоев секретарши внука. Кроме того, еще одна секретарша в семье — при этой мысли дади сморщила нос и без сожаления отмела кандидатуру Тары. Бабушка найдет внуку более достойную спутницу. Вот только избавит его от пагубного влияния распущенной девчонки.
Проводив в дом и Чанду, Тара вернулась к въезду в особняк. Она еще раз сверилась со списком приглашенных, убедилась, что все гости, кроме самих устроителей, пришли, заручилась обещанием охранников, сообщить как только подъедет хозяин дома, вернулась в особняк развлекать гостей и исполнять обязанности хозяйки вечеринки.
В ожидании директоров гости бродили по первому этажу особняка, переговаривались, играли в бильярд, через открытую стеклянную стену выходили в сад. Он был подсвечен настолько искусно, что казалось, будто розовые кусты светятся своим собственным светом, причем именно тем, какого цвета были на них бутоны — кусты белых роз сияли голубоватым светом, создавая вокруг тонких лепестков легкое неоновое свечение, красным розам невидимые лампы придавали рубиновую сочность, а чайным — нежные розоватые, оранжевые или желтые оттенки. Арки, увитые плющом или плетистыми розами, тоже представляли собой сияющие дуги, каждая своего цвета, зовущие прогуливающихся гостей идти дальше и дальше, чтобы узнать, что их ждет за очередной зеленой радугой, а в темные аллеи высоких деревьев убегали извилистые светящиеся дорожки, предлагая уединенность влюбленным парочкам.
Там Тара и увидела Майкла, рассматривающего великолепие сада.
— Простите мою бестактность, — обратился он, — Я был идиотом. Нельзя интересоваться у одной девушки другой. Вы сможете меня простить? — спросил он, протягивая Таре только что сорванный бутон рубиново-красной розы.
— Что вы, я нисколько не обиделась. К тому же, Виктория — жена моего начальника, — ответила она. — Хотите выпить?
— Ох! Я вдвойне осел! — Майкл хлопнул себя по лбу, потом ненадолго исчез, оставив удивленную девушку одну, и вернулся с двумя бокалами искрящегося пузырьками шампанского.
Незаметно для себя, молодые люди разговорились. Майкл с удивлением обнаружил насколько легко и непринужденно они общаются. Ему, запуганному эмансипированными западными женщинами и боящемуся лишний раз сказать комплимент, дабы не быть неверно истолкованным, а также удерживаемому на расстоянии сдержанностью Вики, была приятна забота Тары. Казалось, она угадывала его желания. Майклу льстила ее благодарность за рассыпаемые комплименты. А Тара, всегда опасаясь сделать лишнее движение или сказать лишнее слово, чтобы не рассердить не склонного к сантиментам Раджа, в свою очередь, с радостью и удовольствием окружила Майкла заботой, которую парень к тому же с благодарностью принимал.
— Дорогая, где же мои мальчики? — веселый щебет молодых людей, прервал недовольный голос Чанды.
Как раз в это время от ворот позвонили и сообщили, что авто хозяина въехало во двор. Тара, а следом за ней и Майкл с дади, обогнув дом, поспешили ко входу, где из припарковавшихся автомобилей вышли сначала Санджей с Айрин, затем Анил с Лалит, а уже после всех, поддерживаемый Викой Ракеш.
