- Куда относишься?
- К группировке Силикатного завода, уже 3 года по времени Обители Владык являюсь их предводителем....
- Сколько под твоим началом?
- Высших - 4, старших - 37, младших - 342 рожи, кел ученик Библиотекаря! Еще есть один скрийлинг, но он очень слабый....
- Понятно, дальше не нужно! Сколько потеряли за последний год по счету Четвертого Плана?
- Совсем немного, кел Дмитрий, всего 25 младших, а присоединилась к группировке почти сотня! Растем и множимся, во славу Праха!
- Ладно, ступай, не отсвечивай!...
Дмитрий уже порядком утомился. В целях повышения квалификации и получения опыта Александр отправил своего подопечного проводить своеобразную перепись населения среди подотчетных даманов в городе. После получения отчетов от всех, кто был подчинен Библиотекарю, Дима должен был доложить учителю. Потом, сравнив полученные данные с информацией из его архивов, выяснить, насколько правдиво отвечали ему даманы, насколько его боялись и уважали. Для будущего Библиотекаря подобное знание и умение подавлять властью и силой было необходимо. Правда, постоянное напряжение, необходимое, чтобы поддерживать ауру достаточно мощной и пугающей, вымотало человека. Уже после половины дня такой работы он чувствовал себя так, словно таскал тяжести весь день...
Пусть люди Бога спросят - тебя где ветры носят? Куда ты улетаешь с неба все время? К чему нам эти ночи? Терпеть их нет нам мочи! За что несем мы это тяжкое бремя?
Внезапно раздавшееся из-за угла пение было настолько неожиданным и неуместным, что полностью сбило Диму с мысли и заняло весь его разум. И не мудрено - пели то прямо во Втором Плане бытия! Мало того, что для обитателей государства Саа песни вообще не были, как он уже давно заметил, типичным способом времяпрепровождения, так еще и голос был весьма необычен. Мужской, достаточно низкий, он, тем не менее, был таким пронзительным и заунывным, что Буланова и все исполнители шансона и дворовой песни удавились бы от зависти. Неведомый певец, кстати, свое дело знал - голос был еще и сильный, красивый по-своему. Не "давал петуха" и не сбивался с ритма, творя мелодию даже безо всякой музыки. Впрочем, музыка тоже была - подыгрывали на гитаре.
Людям Господь ответит - без Тьмы и Свет не светит! Надо, чтоб все, что сдохло, сгнить успевало.... Дня с его ярким светом, счастьем и детским смехом, Для Тьмы, греха и гнили слишком уж мало!
И, как нас ночь не трепли, но в пределах Земли выстоят дети Твои Ты не печалься! Кровью смоем грехи, но в молитвы стихи вложим просьбу одну - Ты возвращайся!
Припев заставил исполнителя поднапрячься и повысить децибелы. От этого завибрировало все вокруг, у Дмитрия волосы встали дыбом по всему телу и даже, кажется, зашатались во рту зубы - настолько мощной стала песня. Она проникала сквозь разум и плоть, оставляя ноющее ощущение тоски и тревоги. Решив разобраться в ситуации, человек обогнул дом и вышел на тротуар одной из центральных улиц. Исполнителя оказалось нетрудно найти. Он сидел у всех на виду и если бы обычные люди умели видеть то, что твориться в других Планах, возможно, ему бы и кинули монетку - он сидел почти на проезжей части с видом нищего, выпрашивающего милостыню. Даманы, которые этого "нищего" прекрасно видели и слышали, поглядывали на него с уважением и страхом и старались обходить по широкой дуге.
Люди в ответ завоют - кто нашу гниль умоет? Кто столько крови пустит, чтоб стать нам Светом? Если в том испытанье, кто ж тогда то создание, Что проведет над нами суд в мире этом?
Бог им опять ответит - Свет - он не в вашей смерти! Этому учат черти, вам ли их слушать! Храм для суда над вами - это и есть вы сами! Сами должны спасти вы свои же души...
Но такова наша жизнь - сколько раз не скажи, все забудет народ - Не обольщайся! Правда колет глаза, вновь придется сказать, мы же снова в ответ - Ты возвращайся!
Сколько так можно делать, устал Всевышний бегать, Устал нам объяснять все снова и снова! Пусть меж Светом и Тьмою и глупостью людскою Прах будет вам судиею - вот мое слово!
Он всех вас испытает, грех болью искупая Власть его роковая всех вас рассудит! Кто над собой не властен, тому нет в жизни счастья, Того порок по слову Праха избудет!
Слов этих тянется вязь, слеплены злато и грязь, слово к слову идет - Прям не придраться! Слово режет людей и сжигает б...ей, слову будете все Вы подчиняться!
Пока песня продолжалась, Дима подошел к "барду-вокалисту" поближе. При детальном рассмотрении сходство с нищим или бомжем быстро развеивалось. Слишком умным, чистым и молодым было его лицо, одежда просто оказалась давно не штопаной, очень поношенной и слегка грязной. Но сильнее всего маскировку срывала аура силы, которая распространялась вокруг певца и ощущение, которое ни с чем не спутаешь. Ощущение, которое возникает в присутствии тех, кто привык повелевать.
-Браво! Это из репертуара какой-то человеческой поп-звезды или сами сочинили?
С этими словами Дима бросил перед певшим на землю пятирублевую монету (завалялась в карманах еще со времени до знакомства с Александров - кажется, вечность прошла!). Подобные речи и действия были оскорблением и наглостью что по людским, что по даманьим понятиям, а с учетом силы незнакомца Дима явно нарывался. Но уж больно ему не понравилась песня. Ее мотив, содержание, само звучание этого заунывного, протяжного голоса словно насмехались над человечеством и всеми его сторонниками, пророчило им скорую гибель и крах...
- Ну, спасибо на добром слове...
Неизвестный не спешил обижаться.
- Только зачем мне монетка - даже чисто технически? Я высший шаман, признанный Великий Владыка государства Саа, высший князь, мне не нужны человеческие деньги и тем более подаяние....
- Скажите пожалуйста, какие мы важные! Только вот эти дешёвые понты кидать передо мной не надо, ладно?! Я уже не первый месяц маринуюсь в вашем сомнительном обществе, тошнить начинает потихоньку.... Никакая вы не Империя и даже не государство. У вас нет "своих" денег, так что нечего воротить нос от моей монеты! Ведь помимо прочего у вас нет еще и своей промышленности, городов, специалистов, которые занимались бы чем-нибудь кроме войны и медицины в извращенной форме. Да у вас, по сути, нет даже собственного языка! Мой учитель, тоже какой-то там князь, в магазин за продуктами к нам людям бегает, а деньги либо отнимает, либо ворует, либо из воздуха создает! Вы, даманы - не общество, вы секта колдунов, с помощью магии паразитирующая на настоящем обществе людей - вот так вот!
- Ух, сколько слов! С таким ораторским талантом тебе бы в политику.... А с чего ты взял, что видел все?
Голос "нищего" был настолько спокоен, в нем сквозила такая уверенность, что Дима немного растерялся. А еще появилось то неприятное чувство, которое всегда возникает, когда натыкаешься на людей, вопреки всему свято верящих в собственную правоту.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
