Пересмешник осадил его кайилу напротив Джинджер, животное почти присело назад на свои бедра.
На челюстях и губах кайилы выступила кровь, по-видимому, от того, что ранее наездник отдернул её голову поводьями. Я видел, как мускулы заходили на боках животного под разрисованной шкурой.
— Ой! — вскрикнула рыжеволосая девушка, первая в караване, поражённая тем, что наконечник копья откинул её волосы и оголил заднюю часть тёмного железного ошейника на её горле. Она сразу затихла. Он поднял прядь её блестящих рыжих волос своим копьём, двигая их на солнце, чтобы полюбоваться тем, как они сияют и отражают свет. Ему были любопытны такие волосы. Этот цвет чрезвычайно редок в Прериях. Грант не разрешил ей укорачивать их, или даже подрезать или подстригать. Это можно сделать и позже. А сейчас он хотел, чтобы волосы росли, и были максимально длинными. Пересмешник позволил волосам упасть с копья, а затем он положил боковую грань наконечника копья на край ошейника девушки, сталь коснулась правой стороны её шеи.
Она задрожала, но стояла не двигаясь. Она рабыня, и находилась под жёстким контролем. Я подумал, что это было удачно для неё. Движения, дрожь, чувствительность разоблачали её перед любым мужчиной, знакомым с рабынями. Не мог этого не обнаружить и Пересмешник.
Любопытный краснокожий вернул свою кайилу в конец цепи, к последней девушке, которую мы назвали Прыщами, просто перевели на гореанский её бывшее прозвище, первоначально данное ей владельцем Кайилой, «Wasnapohdi». Кстати, в языке Пыльноногих, у этого слова то же самое значение. Я заметил, что теперь, Грант неуловимо напрягся. Он уже хотел, чтобы Пересмешник поскорее заканчивал удовлетворять своё любопытство. Моё напряжение так же росло, вероятно, из-за состояния Гранта. Я надеялся, что наши реакции не будут заметны для Пересмешника, который находился на расстоянии нескольких ярдов от нас. Краснокожий, проходя вдоль цепи, древком копья касался девушек.
Прыщи вскрикнула, когда тот слегка тронул её правое бедро. Затем, в различных местах, икры, бедра, лодыжки или шеи, были потроганы все девушки одна за другой, Присцилла, Инес, Лоис, Коринн, Эвелин, Джинджер и рыжеволосая безымянная девушка. Всё происходило неожиданно, они не знали, где их коснётся оружие. Каждая из девушек не могла не ответить своим собственным образом на своеобразный тест Пересмешника, на неожиданное прикосновение оружия мужчины к её телу.
— Я полагаю, что он не захочет ни одну из них, — заметил Грант.
— Я надеюсь, что нет, — поддержал я.
Мы, конечно, не возражали против оценки девушек, они ведь были рабынями. Их осмотр не отличался от осмотра кайилы, кроме несколько иного назначения, и в целом, против него у нас возражений не было, вот только мы не хотели проблем и задержек.
Пересмешник опять задержал кайилу около рыжеволосой. За тем, копьём, он коснулся её левого бедра, и вдруг, наконечником, он поднял подол короткой одежды к талии, и, выехав перед ней, сжал полы её туники. Теперь она была отлично выставлена перед ним. Выставленная рабыня, прежняя мисс Миллисент Обри-Уэллс, дебютантка из Пенсильвании, и я видел, что она довольно красива. В Прериях она могла бы стоить пять шкур желтого кайилиаука.
Мы рассматривали краснокожего война, что теперь вновь выехал перед нами на своей кайиле.
Но он не стал приближаться к нам настолько близко, что он не смог бы, легко перебросить свое копье в положение для атаки.
— Не двигайся, — приказал мне Грант, улыбаясь Пересмешнику.
Краснокожий внезапно широко улыбнулся, и переложил свое копье в левую руку. Он держал правую руку перед собой, ладонью вниз и большим пальцем вблизи от левой груди. Потом, держа правую руку горизонтально, он провёл ладонью наружу, и немного направо на уровне сердца, что означало «хорошо». А потом, указав на девушек, он очертил указательным пальцем правой руки горизонтальный круг, по часовой стрелке земных часов, а не гореанских, перед грудью. Это означало «все», круг, являющийся полным. Он вновь улыбнулся.
Грант поднял свою правую руку, держа тыльную сторону своего правого плеча. Указательный палец он направил вперед, а остальные сжал, опирая большой палец на средний. За тем двинул руку немного влево, и в то же самое время, соединив большой палец с указательным, сделал замкнутый круг.
— Да, — для меня перевёл Грант, повторил знаки для «все» и «хорошо». «Все хороши» — показал он, и развёл свои руки вперёд, ладонями вниз, и опустил их. Это означало «Спасибо». Он поднял руки на уровень груди, с указательными пальцами, указывающими вперед и сжатыми остальными. Он двинул назад правую руку и направо на несколько дюймов, и затем он вернул её на место, держа указательный палец вытянутым, и переместил его к левой руке. Первая часть этого знака означает «время», а вторая часть указывает, по-видимому, на движение вперед во времени. Буквально этот знак, состоящий из двух частей, указывает «будущее», но он используется также для «до свидания». Объясняется это, возможно, подобными этому выражениями, такими как, «я увижу Вас» или, «Пока мы не встретимся снова». Знаком для прошлого, кстати, является тот же знак что и для «прежде», использованный, вместе со знаком «время», но в этом случае, это сопровождается полчком вперёд и оттягиванием правой руки назад.
Это должно, возможно, предложить переместиться назад во времени.
Краснокожий усмехнулся, и, перехватив своё копье правой рукой, внезапно, с диким выкриком, и ударом пяткам по бокам кайилы, умчался вдаль.
— У меня всегда были хорошие отношения с Пересмешниками, — похвастался Грант, а я наблюдал за наездником, быстро удаляющимся от нас. Он был членом сообщества Всадников Синего Неба. Не так-то просто добиться членства в таком сообществе. Я вспотел.
— Я подумал, что он мог бы захотеть одну или больше из наших девушек, — поделился я своими опасениями.
— Вполне вероятно, что он имеет, таких же хороших или даже лучших в своём собственном стойбище, — предположил Грант.
— Возможно, — не стал я с ним спорить.
Мы посмотрели на девушек. Некоторые всё ещё дрожали, не отойдя от оценки Пересмешника. Рыжеволосая пригладила подол туники, и своими маленькими руками, и как могла, стянула полы своей туники. Из всех она казалась наиболее потрясённой. Безусловно, именно она среди их всех, была оценена наиболее объективно и полно.
— А Пересмешник-то был впечатлён, — усмехнулся Грант. — Видел?
— Да, — ответил я.
— Я доволен ими всеми. Ты видел, как они ответили на прикосновение его копья?
— Да.
— Они — хороший товар, — отметил Грант.
— Я думаю так же, — согласился я.
