— Теперь уже скоро.
— Там… — прохрипел вдруг он. — Там… В кармане. Возьми!
Слова дались Киру нелегко: он снова отключился.
— Сейчас, сейчас! — торопливо проговорила Кэй, обшаривая карманы его комбинезона. В нагрудном она нащупала шарик аварийного коммуникатора. Ну конечно, все просто — аком выручит! Ведь такие штучки входили в стандартное снаряжение полевых работников. Приборчик мог связаться напрямую с любой станцией и даже со спутником. Кэй от досады на себя закусила губу: как она могла забыть про вещицу? Пусть и работала в ОЗ недавно, но ведь ей уже доводилось бывать вдали от цивилизации и вызывать аварийный борт для эвакуации раненого. Девушка попыталась отыскать свой аком, но карман оказался пуст, только обрывок ремешка, к которому тот был пристегнут. Вероятнее всего, Захар нашел и выбросил. Что ж, не страшно: у Кира-то аком был. Кэй осторожно вытянула ремешок, достала шарик и сжала его в ладони. Аком растеряно замигал, пытаясь отыскать ближайшую сеть или связаться со спутниками. Затем зеленое мигание поиска сменилось красным, а затем все погасло. Это означало, что связь отсутствовала. Причем любая. Мало того, в радиусе нескольких километров не было ни одного источника излучения, который возможно использовать как пеленг. Вряд ли деревья так экранировали сигналы, но все же девушка вышла на более-менее открытое место. Тщетно. Ни единого всплеска энергии не удалось засечь. Что же случилось?
Внезапно у Кэй захолонуло сердце: вдруг с ними произошло то, чего быть не могло в принципе, и их забросило в прошлое? Но ведь только мертвая материя могла пройти через время, да и то там не задерживалась — возвращалась в настоящее.
— Нет, чушь, не может быть! — громко, чтобы рассеять подступающую панику, спокойно произнесла Кэй, хотя самом деле не ощущала спокойствия.
— Есть тут кто? — хриплый голос Кира вернул ее к реальности.
— А? — вздрогнула Кэй, оборачиваясь, и успокаивающе проговорила: — Иду, иду.
Судя по всему, пока она пыталась наладить связь, Кир окончательно пришел в себя. Он даже сделал попытку встать, но упал и едва не скатился с холма. Девушка подбежала к парню и попыталась снова подтащить его к дереву. Не получилось — слишком тяжелый. Тогда она села рядом и положила его голову себе на колени.
— Потерпи, потерпи еще немножко! — уговаривала она Кира.
— Я ничего не вижу! — прохрипел тот и зашелся в кашле. — Не могу открыть глаза… Кто здесь?
— Это я, Кэй. Кэй Симмонс. Скоро вода будет и я помогу тебе.
— Кэй, ты как? Где этот? Вспышка меня, черт, резанула. Больно очень… Вызови планер, пожалуйста.
— Да, конечно, потерпи. Я вызвала, скоро будет лучше.
Кэй не смогла найти в себе силы рассказать парню про то, что связи нет и, вероятно, никогда не будет. Что это место находится вне пределов их родного мира. И что вряд ли удастся вернуться.
От этих мыслей Кэй всхлипнула, из глаз закапали слезы. Хорошо, что Кир ничего не видел. Чтобы окончательно не разрыдаться, девушка прикусила губу.
— О, девка, чего ревешь? — сурово взглянув на Кэй, поинтересовался подошедший Захар. — Жив твой дружок, шевелится.
Он держал в руках пластиковый мешок с водой, вполне чистой на вид.
— Дела… — произнес Захар, разглядывая Кира, словно пытался определить место, с которого лучше всего начать умывание. — Воды тут не напасешься.
Кэй снова судорожно всхлипнула.
— Да не реви ты белугой, девка! — поморщился Захар. — Сейчас вот сперва водичкой его лицо умоем, а там поглядим.
— Да, да, я все уже, — Кэй быстро закивала, смахивая слезы. — А откуда ты пакет взял? Планер нашел?
— Штука удобная, а? — ухмыльнулся Захар. — Нет, не с планера она. Ваши чего-то привезли на Остров, а я и в карман сунул втихаря. Вишь — пригодилось. На, умывай своего…
Девушка подсела к Киру и поискала платок. К ее радости, в боковом кармане обнаружилась непочатая упаковка салфеток. Кэй вытащила сразу несколько листов, окунула их в воду и принялась аккуратно обтирать лицо парня, при этом стараясь не задевать царапин. Глаза, щеки, лоб…
— Глаза! Больно глаза! — простонал Кир.
— Сейчас, сейчас, потерпи! — уговаривала Кэй, тщательно стирая грязь и кровь.
Когда лицо Кира стало более-менее чистым, она намочила две чистые салфетки и положила их парню на веки. Он вздрогнул и поднес ладони к глазам, но Кэй решительно взяла его за руки.
— Не смей трогать! — строго приказала она.
— Хорошо… — Кир покорно опустил руки.
— Глазам стало полегче? — поинтересовалась она у парня, поправляя салфетки.
— Да…
— Тогда полежи спокойно — я тебя немного оботру. А то страшно смотреть. Пить хочешь?
— Да.
— Открой рот, я постараюсь тебя напоить.
Кэй осторожно сжала бока пакета, заставляя воду выливаться тонкой струйкой. Большая часть пролилась, но Киру тоже досталось. Он кивнул. Девушка убрала пакет.
— Хватит, спасибо! — выдохнул парень и поинтересовался: — Где мы? В лесу? Болото… Пахнет болотом.
— Да, в лесу. Болото рядом тут, — не стала возражать Кэй и снова едва не расплакалась.
Она достала салфетки и принялась очищать руки Кира. Затем принялась за плечо, там, где ракетница прожгла плотную ткань комбинезона. Кое-где материал прилип к коже. Девушка попыталась убрать ткань, но Кир зашипел от боли.
— Все, все, я больше не буду, — подула она на ожог и положила сверху мокрую салфетку.
— Аптечка… Посмотри там, в боковом кармане. Она должна быть там. Нет, я сам.
Кир нашарил рукой в кармане плоскую коробочку и протянул девушке.
— Вот, возьми. Я прихватил, когда вас встречал.
— Здорово как! — обрадовалась Кэй.
Аварийный комплект сейчас был как нельзя кстати. Конечно, он без автохирурга, но зато изыскательский, расширенный. Там отыскалась и маленькая упаковка искусственной кожи.
Сняв с глаз парня салфетки, девушка распылила на веки лекарство из баллончика.
— Холодное какое! — подражая ребенку, капризно произнес Кир и попытался улыбнуться.
— Терпи, маленький! — в тон ему ответила Кэй.
Затем она осторожно и внимательно принялась укладывать на сильно поврежденные участки кожи раненого белые полоски защитного материала. Соприкоснувшись с одной из ран, материал почти сразу стал оранжевого цвета и не прилип. Значит, остались какие-то опасные бактерии. Кэй тщательно обрызгала место антисептиком и снова приложила кусок. На этот раз он прилип и стал прозрачным. Последний кусок кожи-пластыря девушка уложила на обожженное плечо Кира, предварительно убрав остатки комбинезона. Парень стиснул зубы и не издал ни звука, когда Кэй резко сорвала последний кусок прилипшего к ране материала. Медботы, конечно, постарались заблокировать боль, но у них плохо получилось.
Когда Кэй закончила, Кир уже сумел приоткрыть глаза. Препарат из баллончика на время снял воспаление, и теперь парень мог видеть.
— А он что тут делает? — Кир кивнул головой на Захара. — Ему положено было провалиться в свое время.
— Мы… — голос девушки дрогнул. — Мы провалились вместе с ним, наверное.
— Куда, к нему? Но этого не может быть! Это противоречит…
— На акоме сигнал мигает, — прервала его Кэй. — Связи нет.
— Ни с кем?
— Ни с кем, — кивнула девушка. — И даже со спутниками.
— Черт! А планера нашего тоже нет?
— Его, похоже, выбросило обратно.
Кир закрыл глаза: даже сквозь блокаду, организованную медботами, прорывались всплески боли. В такие моменты он стискивал зубы и шумно дышал.
— Накормили воронку, значит… Эх, повезло ж нам с этим Гостем, — пробормотал он, оправившись после очередного приступа.
Кэй подняла голову и посмотрела прямо в глаза Захару. Тот не смутился — он явно не чувствовал своей вины за случившееся.
— Ты лесной человек, так? — спросила она Гостя.
— Тем и пробавлялся! — кивнул Захар.
— Так скажи, как тут жить? Где спать? Как еду добыть?
— Вот дружок твой идти сможет, и побредем помаленьку по свету. Найдутся тут места такие, что и укроют, и накормят знающих. Лес к людям добрый, если они к нему с добром.
