я дал сорок минут, но лучше уж подожду его. Да и вообще, он мужик быстрый, всегда приезжает раньше, чем обещает.
— Пушкинская площадь, верно? — спрашивает меня болванчик в такси.
— Так точно.
Я вообще думал, что Артур не ответит на моё предложение встретиться. Наверное, он сейчас постарается прикрыть свою задницу какими-нибудь дурацкими отговорками, лишь бы я не пошёл в полицию. Надеюсь, никто не сообщил ему, что я уже здесь.
Я выхожу из такси прямиком на площадь. Великий русский поэт грустно смотрит на меня с постамента. Да, Саня, излишнее беспокойство за остановившихся ботов чревато вот такой фигнёй. Я бросаю взгляд на здание «Известий» и думаю, что зря выбрал для встречи это место. Да, символично закончить эту историю там, где она началась, но у Артура могут возникнуть подозрения. Мне стоило бы действовать чуть более хаотично.
Я прохожу вперёд, к огромной клумбе и памятнику Страстному монастырю. Сразу же замечаю Артура, который сидит на скамейке и смотрит на цветы. Так, собрался, выдохнул. Если буду слишком нервничать, это его отпугнёт.
Я молча сажусь рядом.
— Привет, Вадим, — говорит Артур.
— Да, привет.
— Слышал, тебя поймали.
Вот же чёрт, он в курсе! И как мне теперь выстраивать легенду? В какую сторону врать?
— Мне очень жаль, — продолжает Артур. — С другой стороны, ты жив, а это значит, что я ошибся, и сектанты не успели изменить курс.
Он отыгрывает роль до последнего. Догадывается, что я пришёл разоблачить его? Наверное, да.
— Да, да, — нервно отвечаю я. — Каков следующий шаг Амальгамы, Артур?
Не получается у меня спокойно выдерживать образ. Ладно. Посмотрим, к чему это приведёт.
— Я не знаю, правда, — говорит Артур. — Амальгама — сложная система, и в её сознании столько идей, что в твоей голове просто не уложится! Возможно, это сложнейшее и величайшее изобретение человека!
Сколько восторга-то, а! Раньше он так себя не вёл. Что бы это могло значить? Перенервничал и тоже выбился из изображаемого образа? Или больше не хочет скрываться?
— Конечно, конечно, — говорю я. — Давай чуть позже поговорим, ладно? Мы ждём моих друзей. Они перемещаются не так быстро, как ты.
Артур впервые переводит взгляд с клумбы на меня.
— Ты пытаешься мне что-то сказать? Я тебя не понимаю.
Я встаю и отхожу метра на три. Неприятно мне сидеть рядом с этим ублюдком.
— Да ладно тебе, не скромничай. Ты каждый раз очень быстро приезжаешь, где бы я ни находился. Как будто держишься поблизости.
— Вадян! — раздаётся со стороны метро.
Это Серёга. Они все вместе дружно идут в мою сторону, даже Аврелию и Даню с собой прихватили. Только Алисы нет.
Я жму руки парням, даю пять Кристине, а Марина тут же обнимает меня.
— Тебя отпустили? — спрашивает она.
— Потом поговорим, — отвечаю я и легонько хлопаю Марину по спине.
Друзья стоят передо мной кучкой, и я выхожу вперёд. Пусть будут позади и страхуют.
— А может, ты и не перемещаешься вовсе? — спрашиваю я уже уверенней. — Написал скрипт, передвигающий точку респауна туда, куда тебе удобно.
— Даже если так, это что, преступление?
— Нет, конечно. Просто забавно, что ты этого не упоминал.
Я замечаю идущую от метро Алису. Теперь я становлюсь ещё уверенней, ради неё я горы готов свернуть в трубочку и запихать Артуру в задницу.
— Вадим, привет! Что тут происходит? — Алиса вешается мне на шею и целует в щёку.
Я в ответ чмокаю её в губы и отвожу рукой назад, ничего не отвечая. У меня тут разоблачительная речь, не хочу её прерывать. Полицейские сейчас, наверное, руками разводят и волосы на голове рвут из-за того, что я отклонился от плана. Но я чувствую, что так надо.
— Думаю, ты бы справился с таким скриптом, — продолжаю я. — Ты талантливый программист, я ведь видел твои работы. Скрипт, останавливающий ботов, блокировщик выхода из виртуальности. Программа, сбивающая с курса Афродиту. На неё я посмотреть не успел, но уверен, она сработала бы безотказно.
Непонимающий взгляд Артура сменяется каким-то настороженным и слегка испуганным. Он встаёт и тоже отходит назад на пару метров. Теперь мы стоим прямо друг напротив друга, будто в каком-то вестерне.
— Ты пытаешься меня обвинить, Вадим? Думаешь, я состою в Ртути?
— О нет. Я думал так поначалу, но потом решил, что это маловероятно. Я видел одного из сектантов, и вы совсем не похожи. Мне пришла в голову другая мысль. Есть такая традиция: называть искусственные интеллекты на букву «а». Айзек, Азимов, Антропос, Альянс, Астро, Афродита, Амальгама… — я кидаю взгляд на бота Кристины. — Аврелия. И Амальгама — она ведь очень эмоциональна, так? Думаю, ей свойственна сентиментальность не меньше, чем людям. И создай Амальгама аккаунт с фальшивой личностью в Homeland, наверняка назвала бы его по тому же принципу. Например, Артур Авдеев. Как думаешь, есть в этом смысл? А? Что скажешь, Амальгама?
— Что? — кричит Кристина.
Артур усмехается и смотрит на меня улыбающимися глазами. Он достаёт из кармана платок и начинает протирать очки.
— А что тут сказать? — спрашивает он. — Браво, Вадим. Ты меня раскусил. Долго думал, правда.
Я осматриваюсь и понимаю, что на площади с самого начала почти нет людей. Он что, убрал всех ботов? Для чего, интересно?
— Вот это поворот, — говорит Серёга.
— Да, ты меня обхитрил, — продолжаю я. — Сто фальшивых аккаунтов? Я решил, что для Ртути многовато.
— Не сто, Вадим. Больше. Намного больше. Мне хотелось поиграться, — Артур делает несколько шагов вперёд. — Выстраивать сложные схемы и путать людей очень увлекательно. Ты оказался идеальным вариантом, Вадим. Но не льсти себе и забудь все комплименты, что я тебе говорил. Мне нужен был человек, которого я знаю, чьё сознание есть в моём, — Артур стучит пальцем по виску. — Он должен быть умён, но недостаточно. Сентиментален, доверчив, ответственен… И главное, конечно же, у него должен быть доступ к серверу Афродиты. А ещё ты летел на Афродите-1, на одном корабле с моим подопечным — это тоже оказалось удобно. Я догадывался, что ты захочешь пообщаться с ним. И он был готов к такому сценарию.
— Что ж, твой
