Слева от него раздался тихий шорох, и юноша резко повернулся на бок. Из небольшой рощицы показался один из самых удивительных людей, какие ему приходилось видеть. Этот человек был одет во все алое, что поразительно отличалось от всех привычек жителей Тенистого Дола. Вначале юноша подумал, что это может быть Менион — ему вспомнился щегольской красный костюм, который горец однажды надевал на охоту. Но в следующий миг стало ясно, что это не Менион, более того, что этот человек ни в коей мере не напоминает Мениона. Рост, осанка, походка — все было совсем иным. В тусклом свете юноше не удавалось различить черты его лица. В одной руке человек держал короткий охотничий нож, а в другой — странный заостренный предмет. Человек в алом медленно приблизился к нему и зашел ему за спину прежде, чем тот сумел разглядеть его лицо. Охотничий нож беззвучно и легко рассек кожаные ремни, освободив связанного юношу. Затем незнакомец поднес к лицу Шеа свою левую руку, и глаза юноши в изумлении расширились. Вместо кисти руки у этого человека был острый железный шип.
— Ни слова, — прошептал ему на ухо хриплый голос. — Не смотри, не думай, просто иди к рощице слева и жди там. Вперед!
Шеа не стал медлить и задавать вопросы, и быстро подчинился. Даже не видя лица своего спасителя, по его грубому голосу и искалеченной руке он догадался, что этому человеку не следует перечить. Он беззвучно выскользнул из лагеря и бежал, пригнувшись, до тех пор, пока не скрылся среди деревьев. Там он остановился и обернулся, ожидая своего загадочного товарища, но к его изумлению, человек в алом бесшумно бродил среди спящих карликов, очевидно, что-то разыскивая. Солнце уже поднялось над восточным горизонтом, и в его лучах незнакомец, склонившийся над командиром карликов, свернувшимся во сне калачиком, казался черным силуэтом. Его затянутая в перчатку рука осторожно скользнула под тунику карлика, на мгновение замерла и вернулась, сжимая кожаный мешочек с бесценными Эльфийскими камнями. Рука с мешочком на мгновение замерла в воздухе, и карлик проснулся, одной рукой пытаясь схватить незнакомца за запястье, а другой потянувшись к своему мечу, чтобы одним ударом прикончить вора. Но спаситель Шеа был слишком быстр для него. Длинный железный шип с резким звоном металла отвел удар меча в сторону и широким взмахом скользнул по обнаженному горлу карлика. Незнакомец поднялся на ноги и поспешил прочь от мертвого тела, но от шума борьбы уже просыпался весь лагерь. Карлики мгновенно повскакивали на ноги, выхватив свои мечи, и бросились на него прежде, чем тот успел покинуть лужайку. Человек в алом был вынужден обернуться и принять бой, держа в одной руке короткий нож, лицом к лицу с дюжиной противников.
Шеа видел, что этот человек обречен, и приготовился покинуть свое убежище в роще, чтобы хоть как-то помочь ему в бою. Но удивительный незнакомец отразил первый натиск охотников с такой легкостью, будто имел дело с мышами, парировал все их беспорядочные удары и оставил на земле два тела, бьющиеся в предсмертных судорогах. Затем, когда нападающие снова двинулись на него, он издал резкий возглас, и из тени на другом конце лагеря выпрыгнула массивная темная фигура с огромной дубиной в руках. Не замедляя бега, черное существо в неописуемой ярости ворвалось в ряды ошеломленных карликов, расшвыривая их чудовищными ударами дубины, словно разметая опавшие листья. Минуту спустя все карлики мертвыми лежали на земле. Шеа, стоя на границе рощи, изумленно смотрел, как великан приближается к его спасителю, чем-то похожий на собаку, стремящуюся порадовать хозяина своим послушанием. Незнакомец что-то тихо сказал гиганту, а затем неторопливо двинулся к Шеа, оставив своего спутника рядом с телами карликов.
— Думаю, здесь больше делать нечего, — проговорил человек в алом, направляясь к Шеа и поигрывая в здоровой руке кожаным мешочком.
Шеа не упустил возможности рассмотреть его лицо, хотя и продолжал теряться в догадках, кто же такой его благодетель. Его развязная походка говорила Шеа, что он имеет дело с высокомерной личностью, столь же невероятно самоуверенной, сколь и умелой в рукопашном бою. Его жесткое загорелое лицо было гладко выбрито, за исключением ровно подстриженных коротких усиков над верхней губой. По этому лицу нельзя было понять его возраст; оно не казалось ни молодым, ни старым. Манеры его были моложавыми, но грубая кожа и задумчивые глаза говорили о том, что он уже отметил свое сорокалетие. В его темных волосах светлели отдельные седые пряди, но, возможно, то была лишь игра тусклого утреннего света. Лицо его было широким, с резкими чертами; на нем особенно выделялся крупный, часто улыбающийся рот. Это лицо привлекало внимание своей обманчивой красотой; что-то подсказывало Шеа, что оно служит лишь маской, скрывающей истинный облик незнакомца. Тот уверенно остановился перед нерешительно переминающимся юношей, улыбаясь и ожидая, пока тот выразит свое отношение к спасителям; очевидно, он не был уверен, чего можно ожидать от юноши.
— Я хотел бы поблагодарить вас, — быстро проговорил Шеа. — Если бы не вы, для меня все было бы кончено‡
— Разумеется, разумеется. Мы, правда, не каждый день занимаемся спасением людей, но ведь эти твари могли зарезать тебя просто для забавы. Я сам родом с Юга, знаешь ли. Давно уже там не бывал, но все— таки там мой дом. Я точно могу сказать, ты и сам оттуда. Наверняка, из какого-нибудь поселка на холмах? Конечно, в тебе есть и эльфийская кровь‡ Он резко оборвал фразу, и Шеа на миг заподозрил, что этот человек знает о нем все, и что он попал из одной беды в другую, намного худшую. Он невольно бросил короткий взгляд на громадное существо, высящееся рядом с телами карликов, чтобы убедиться, что это не Носитель Черепа.
— Так кто же ты, приятель, и откуда родом? — внезапно осведомился незнакомец.
Шеа назвал ему свое имя и объяснил, что родом он из Тенистого Дола. Он рассказал ему, что плыл по реке на юг, когда его лодка перевернулась и течение унесло его и выбросило на берег, где он и столкнулся с карликами. Вымышленная на ходу история была достаточно правдоподобна, чтобы незнакомец мог в нее поверить, а правду Шеа не собирался открывать первым встречным, пока сам не узнает о них побольше. Под конец своего рассказа он заявил, что встретившие его карлики почему-то решили взять его в плен. Незнакомец долго смотрел на него, рассеянно вертя в руках кожаный мешочек, и на его губах играла веселая улыбка.
— Да, почему-то мне все-таки не верится, что все так и было. — Он коротко рассмеялся. — Но я не виню тебя. На твоем месте я и сам не стал бы сразу рассказывать все как есть. У нас еще будет для этого время. Меня зовут Панамон Крил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
