Одри не смогла удержаться от улыбки.
— Зачем вы затеяли эту авантюру? — спросила она меня.
— Видите ли, Эдна — дочь Старки, и, по-моему, она — единственное средство, которое может заставить его быть разумным. И, как мне кажется, довольно действенное средство…
— Вы так думаете? — перебил меня Рэгг. — Но ведь я вам еще не все рассказал. Эдна все выложила Вольфу, и тот поспешил обратиться в полицию. И теперь вас разыскивают по обвинению в похищении.
— Что?!! Меня ищет полиция?
— Повторяю, Вольф заявил на вас в полицию, — терпеливо объяснил Рэгг. — Мэйси очень доволен. Он приказал вас найти.
Резко зазвонил телефон. Я снял трубку. Это был Латимер.
— Есть новости? — спросил я.
— Старки мертв. Его убил Джефф. А Джеффа застрелили полицейские, когда он пытался скрыться.
Я вздохнул немного свободнее.
— Это самая хорошая новость за последнее время!
— Рад слышать это, — ответил Латимер. — Но кроме этой новости, есть еще и другая! Мэйси только что подписал ордер на ваш арест.
— Ну это мы еще посмотрим. Если они думают, что меня можно просто так… — не окончив фразы, я положил трубку и обратился к Одри и Рэггу: — Ждите меня здесь. Я поеду к Вольфу.
— Но ведь вам же нельзя выходить! — запротестовал было Рэгг. — Полиция патрулирует город, и вас сразу же схватят…
— Я поеду, и ни один коп Кранвиля не помешает мне это сделать.
Я вышел из номера, громко хлопнув дверью. К дому Вольфа я подъехал как раз в тот момент, когда от него отъезжал полицейский автомобиль. Я переждал еще некоторое время, а затем пересек лужайку и, подойдя к входной двери, «повис» на звонке.
Хотя шел уже второй час ночи, в доме, похоже, никто не спал — свет горел во всех окнах. Дверь открыли почти сразу же. Я оттолкнул слугу и решительно вошел в холл.
— Где Вольф?
Слуга удивленно вытаращился на меня.
— Вам не стоит сейчас попадаться ему на глаза. Он в таком состоянии…
— Где он?..
Сверху раздался голос Вольфа:
— Кто там, Джексон? С кем вы говорите?
Я подошел к лестнице, ведущей на второй этаж.
— Добрый вечер! — поприветствовал я своего шефа.
— Это вы? Вон из моего дома! Джексон, позвоните в полицию!
Я повернулся назад и сунул пистолет под нос слуге.
— Зайдите-ка сюда! — Я показал ему на привратницкую. — И оставайтесь там до тех пор, пока вам не будет приказано выйти оттуда, если не хотите иметь неприятности.
После этого я, не опуская пистолета, повернулся к Вольфу. Он молча пялился на меня во все глаза.
— А теперь пройдемте к малышке Эдне, — приказал я ему. — Шагайте вперед!
— Вы мне за это заплатите! — пробурчал Вольф, но все же повиновался.
Эдна лежала в постели. Увидев меня, она просто заклокотала от бешенства.
— Спокойнее, — бросил я ей. — И расслабьтесь немного. Я вам ничего плохого не сделаю.
— Если вы думаете, что вам это пройдет даром… — начал было Вольф.
— Садитесь! — оборвал я его. — Нам нужно поговорить.
Эдна внезапно сбросила одеяло и выпрыгнула из постели.
— Я позвоню в полицию! — завизжала она голосом, срывающимся от бешенства. — И они вышвырнут этого подонка!
Вольф молчал, опустив голову. Он видел только направленный в него пистолет.
Я позволил Эдне дойти до телефона, потом в два прыжка настиг ее и, увернувшись от удара в лицо, схватил поперек туловища и швырнул на кровать. Когда она вновь попыталась подняться, я с размаху шлепнул ее по ягодицам. Звук получился такой, будто лопнул бумажный пакет. Она тут же спряталась под одеяло, подвывая от бессильной злобы.
Я уселся так, чтобы видеть их обоих.
— А теперь давайте побеседуем.
— Вы влипли!.. — перебил меня Вольф. — Вы больше не работаете на меня. Я подал жалобу, и вас посадят в тюрьму.
Я рассмеялся.
— Ладно, пусть я влип. Но прежде чем пойти в тюремную камеру, я кое-что расскажу вам. Знаете ли вы, что Старки мертв? Полчаса назад его убили. Что вы на это скажете?
Глаза Вольфа растерянно замигали, но он ничего не сказал.
Эдна приглушенно вскрикнула, лицо ее исказилось от душевной муки. Зарывшись лицом в подушку, она отчаянно зарыдала. Вольф удивленно смотрел на нее.
— Эдна — его дочь, — внес я необходимое разъяснение. — Папаша послал ее в ваш дом, чтобы она шпионила на него…
Наступило молчание, нарушаемое только рыданиями Эдны. Вольф сидел неподвижно, уставившись в пол, словно в шоке.
— Вы лжете! — наконец выпалил он.
— А почему бы не спросить ее самое, лгу я или нет? Держа под боком эту девчонку, вы теряете последние шансы стать мэром этого паршивого городка. Ваши противники в любой момент могут вытащить на свет божий какую-нибудь историю, которая вас дискредитирует, а может быть, даже заставит покинуть этот город.
Он показал мне пальцем на дверь и голосом, хриплым от бешенства, прорычал:
— Убирайтесь!
— Я уйду, успокойтесь. Но вначале позвоните Мэйси и скажите, что отказываетесь от своей жалобы на меня. Если вы это не сделаете, я предам гласности историю о вашем любовном гнездышке.
— Я не хочу вас больше видеть в городе! — завопил он. — Вы мне надоели! Я заберу эту жалобу, если вы после этого немедленно исчезнете!
Я рассмеялся.
— Вы заберете жалобу без всяких условий, Вольф. Это не вы меня, а я вас держу в руках. У меня готовый материал для первой полосы. Первоклассный материал, сенсационный! Утром город узнает, что дочь владельца игорных притонов Старки — ваша любовница. Вот тут уж вам деваться будет некуда.
Вольф взорвался.
— В конце концов, это моя газета, не ваша! Я распоряжаюсь ею, а не вы!
— Так будет с того дня, когда вы поставите нового редактора. А пока что Филдс выполняет мои распоряжения, и весь штат газеты — его люди.
Было видно, что Вольф колеблется. Я снял трубку и набрал номер комиссариата полиции. Когда на том конце ответил Бэффилд, я отдал трубку Вольфу и вполголоса заметил:
— Скажите ему, что это была ошибка и я здесь ни при чем. Просто у девчонки приступ истерии и она немного не в себе.
Последовал длинный путаный разговор сначала с Бэффилдом, а после с Мэйси. Вольф наотрез отказался от жалобы на меня, но по характеру диалога я чувствовал, что Мэйси взбешен. Наконец Вольф положил трубку и посмотрел на меня с нескрываемой злобой. Я поднялся.
— Итак, все улажено?
Не дожидаясь ответа, я взглянул на Эдну и добавил:
— Лучше всего вам избавиться от нее. От меня вы уже избавились. С этого момента я работаю за свой счет. Я приехал в Кранвиль, чтобы найти трех исчезнувших девушек, и я их найду. Только не суйте нос в эту историю, и тогда — кто знает! — возможно, вы и станете мэром. Теперь, когда Старки вышел из игры, перед вами только Эслингер. Со Старки я разобрался, как всегда разбираюсь с людьми, которые суют мне палки в колеса. Понятно?
Я вышел, не дождавшись ответа. Было около трех часов ночи. Я очень устал.
Теперь я должен заняться поисками убийцы Мэриан Френч. Я отдавал себе отчет в том, что это будет нелегко, но твердо решил найти его, чего бы это мне ни стоило.
Возвратившись в отель, я нашел Рэгга и Одри крепко спящими. Мне пришлось довольно долго трясти их, чтобы разбудить.
Одри поднялась с постели и сладко потянулась.
— Я так устала… — промурлыкала она и тут же спохватилась. — Вы видели Вольфа?
— Да, видел… Вы можете спокойно возвращаться домой. Увидимся завтра, вернее уже сегодня, утром. Мне нужно переговорить с вами. А вы, Рэгг, закажите здесь номер. Вольф уволил меня и, соответственно, вас. Вы еще хотите стать детективом или уже разочаровались в этой профессии?
— Так я больше не газетчик? А я думал, что состарюсь в «Кранвильской газете». Эта работа была смыслом всей моей жизни… Что ж, отныне считайте меня своим помощником.
— Тогда не возвращайтесь домой, а идите и закажите номер. Вы рождены быть детективом, а не прозябать редактором паршивой газетенки.
Он направился к двери, но на пороге остановился и подмигнул мне:
— Хотите сплавить меня к администратору, а сами будете здесь развлекаться?
— Закажите номер на двоих, — строго сказал я, выталкивая его в коридор. — Нужно экономить.
Отправив Рэгга, я вернулся к Одри.
— Как вы себя чувствуете? Что еще я могу для вас сделать?
— Я чувствую себя вполне прилично, только немного устала. Дело с похищением Эдны Вильсон улажено?
Я сел рядом с ней на кровать и, взяв за руку, сказал:
— С Вольфом все улажено. В его нынешнем положении он не может позволить себе роскошь иметь неприятности.
Она перевела взгляд на мою руку.
— Да, конечно… Надеюсь, вы были осторожны?
— Можете не беспокоиться, у меня есть опыт укрощения и не таких мерзавцев, как Вольф.
Я как бы в рассеянности поглаживал ее руку, думая про себя, что она все же чертовски милая девушка.
