— Что можешь сказать — говори, — произнес кто‑то из вождей.
— Новый город получает энергию по кабелю, проходящему через пустыню. Таким образом, солдаты могут бесконечно перезаряжать энерганы и энергопушки и легко отобьют любую атаку. Пока энергия поступает, у нас ничего не выйдет. Армейские патрули охраняют его по всей протяженности. Но даже если мы перебьем охрану, выкопать и перерезать подводящий энергию кабель сложно без специальной техники, а ее у нас нет…
Слав остановился перевести дух и увидел, как вожди замерли, впитывая каждое его слово:
— К тому же, как я говорил, есть воздушный флот, который перебросит подкрепления, едва мы подберемся к кабелю. Оборона правителя практически безупречна…
— Да он снова за свое! — встал вождь Гребцов. — Он гмор и, видно, не хочет, чтобы мы победили!
— Ты хочешь запугать нас? — вскочил один из вождей и выхватил меч. — Вот! — закричал он, потрясая клинком. — Смотри и бойся, гмор! Вот то, что заставит вас умыться кровью!
— Убери оружие, ты на совете! — велел Игор. Разозленный вождь с лязгом вогнал меч в ножны. — И запомните все: Слав — не гмор, он наш, хоть и родился в Дирне. Разве мало таких людей работают с нами и помогают нам? Слав виноват лишь в том, что не знает, на что способны пустынники.
— Да! Это точно! Верно сказано! — откликнулись вожди.
— Я могу провести отряд к Дирну, чтобы вывести из строя накопители, — сказал Слав. Юноша понял: это и есть его шанс попасть в город. — Накопители снабжают гморов энергией. Если мы сломаем их, Дирн падет. Лучше меня это не сделает никто…
Вождь, вытаскивавший меч, захохотал. Следом засмеялись многие, и Слав понял: они не верят ему. Игор улыбнулся, и сердце Слава окаменело: и он тоже?
— У меня есть человек, который знает, как пробраться в Дирн, — сказал Игор. — А тебе, Слав, лучше не рисковать. Юр! — позвал он.
Славу показалось, что он ослышался, но в шатер вошел человек в обычной одежде пустынника: кожаные штаны и куртка, ручного шитья рубаха. Темное, загорелое лицо с широко расставленными глазами невозможно было не узнать…
— Юр!
— Слав!
Они обнялись. Варвары изумленно смотрели, как молодой гмор застыл в объятьях немолодого пустынника. Они обнимались так, словно сын нашел отца.
— Тебя прислал отец? — шепнул Слав. Юр задержал ответ лишь на мгновенье, но для юноши оно показалось часом:
— Нет. Твой отец изгнал меня.
— Как?! Как такое могло быть? — ошеломленно проговорил Слав. Слав забыл, где он находится, что десятки глаз смотрят на них. Он встретил того, кого никак не ожидал здесь увидеть!
— Как же я рад, что вижу тебя, Слав! Я думал, ты погиб!
— Вы знаете друг друга? — удивленно спросил Игор. — Поистине, тесен наш мир.
— Слав — мой ученик, — улыбаясь, сказал Юр. — Я учил его всему, что знаю.
— Так вот в чем дело… Юр — великий воин, — сказал Игор, обращаясь к вождям. — Я слышал о нем, когда был еще мальчишкой. Он пришел к нам из Дирна, чтобы биться на нашей стороне.
— Если вождь позволит, — поднял руку Юр, — то я скажу. Я слышал, что говорил Слав. Он правильно мыслит: не отняв у гморов энергию, нам не победить. Надо напасть на Дирн и разрушить энергоблоки.
— Но он говорил, что Дирн неприступен! — сказал кто‑то.
— Я не предлагаю атаковать в лоб — это безумие. Надо пробраться в гмород тайком и взорвать накопители. Взрывчатка у нас есть.
— Правильно! Пусть падут от своего же оружия! — выкрикнул один из вождей, и Слав вздрогнул. Это был голос возмездия. Страшный и справедливый. Но откуда у варваров взрывчатка?
— И как же туда пробраться? — спросил кто‑то.
Юр обвел глазами собравшихся:
— В прилив нижние уровни почти касаются воды. Надо всего лишь подплыть под платформу, и мы сможем пробраться на нижние уровни.
Слав слушал и понимал, что план может сработать. По крайней мере, лучшего плана никто здесь не предложит.
— Накопители находятся как раз там, — ответил бывший телохранитель. — Мы поплывем ночью. Без лодок. Только вплавь. В лодках нас легко заметит и расстреляет охрана. Ведь пустынники не разучились плавать?
— Нет, — сказал вожак Гребцов. — Мы не разучились. Но плыть придется очень долго…
— Всего два километра, — ответил Юр. — И то в самый пик прилива. Если на день раньше или позже — значительно меньше. Сильные воины смогут проплыть. Я смог. Мы доплывем до нижних уровней, зацепимся веревками и взберемся на платформу. Не думаю, что внизу есть охрана. А если и так, мы перебьем ее и отключим город от энергии. И тогда ты можешь начинать штурм плато. Есть только одна неувязка.
— Какая? — спросил Игор.
— Проход к распределителям защищен не только охраной, — проговорил Юр и посмотрел на Слава. Юноша поймал его взгляд и понял: Юр вытащит его отсюда! — Там двери, защищенные высшей степенью защиты. Их не взорвать. Но у нас есть ключ.
— Какой?
— Он, — сказал Юр, указывая на Слава. — Только его рука откроет эти двери.
Вожди переглянулись. Игор посмотрел на Слава. Глаза юноши встретили его ясным прямым взглядом. Он не должен предать, подумал вождь. И время не ждало: начинался прилив…
— Да будет так! — Игор повернулся к Юру. — Сколько людей тебе нужно?
— Хватит двадцати. Если это хорошие бойцы.
— Я отберу двадцать лучших бойцов для тебя, — торжественно сказал Игор. — Ты выполнишь то, что мы решили, или умрешь. Никто из вас не смеет вернуться, пока я не увижу сигнал: дым над Дирном!
Глава 41. Волод. Диктатор.
В секцию позвонили. Мерк включил внешний экран: перед дверью стояли трое крепких парней в униформе Службы Безопасности. Раскрыли! Чертов варвар не смог убить диктатора и попался! Отец предупреждал о подобном исходе, но Мерк не верил…
— Открывайте, Мерк! Мы знаем, что вы внутри!
Думать некогда. Схватят его — развяжут язык, СБ это хорошо умеет делать. Расскажешь все, что знаешь и помнишь, а значит, они выйдут на Отца. А Отец — это все, что у него есть, то, ради чего он живет…
— Открывайте немедленно! Мы взломаем дверь!
Ломайте, ломайте… У меня есть несколько минут… Мерк прошел на кухню, открыл встроенный шкаф. В глубине, на полке, стояла небольшая коробочка. Мерк открыл ее. Внутри лежала маленькая черная игла. Взяв ее двумя пальцами, Мерк подошел к окну. За спиной послышался шелест расплавленного металла: агенты СБ резали дверь.
Мерк посмотрел на улицу. Город еще спал. Новая заря еще только занималась на востоке, окрашивая небо розовым и лазурным. Время почти остановилось. Мерк, как никогда, ощущал каждую секунду нового дня, который он уже не увидит. И что с того? Что изменится в мире с его смертью? Мерку приходилось убивать. Он не испытывал угрызений совести, считая, что смерть — естественное продолжение жизни. Так учил Отец. Глупые люди боятся и плачут, когда угрожают их жизни. Какой вздор! Он, Мерк, будет смеяться…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
